Мой дом приютился у правого берега р. Мелеузки, в самом сердце одноимённого городка. Прогулка до набережной - лишь короткое мгновение. Наша набережная - это комплекс благоустроенных спусков к реке, уютных смотровых площадок. Достаточно лишь захотеть - и вот ты уже сидишь на скамье или, облокотившись на перила, завороженно глядишь в тёмную глубь реки, провожая взглядом её неустанное течение.
Уже много лет река стала домом для сотен крякв. Их здесь не счесть, и год от года становится всё больше. Они не покидают нас, зимуют здесь, выводят потомство, радуя глаз горожан своими крохотными утятами, проворными и грациозными, не отстающими от своих матерей. И жители всем городом подкармливают их, не давая им голодать. Пусть их рацион и далёк от естественного, утки не брезгуют хлебом, поглощая его с аппетитом. И всё же стоит помнить, что избыток хлеба вреден для их организма. Оказываем им, так сказать, медвежью услугу.
Но речь не об этом, а о том, как однажды, прогуливаясь с семьёй по берегу, мы заметили среди привычного утиного царства яркое белое пятно. Приглядевшись, мы узнали в ней обычную домашнюю индоутку. И вот уже больше месяца я наблюдаю за ней, фотографирую и размышляю: как же она попала в стаю диких уток? Мысль о том, что она жила в ближайшем подворье, не покидала меня. И вот какие думы одолевали меня: утка-то непростая, со своими желаниями и взглядами на жизнь. По моим представлениям, она была обычной домашней индоуткой, и жизнь её проходила в замкнутом дворе с небольшим курятником-сараем, где каждый день был предсказуем, а конец - предопределён. Но нет, не такой жизни она хотела! Она мечтала о свободе, о воле, о жизни среди диких соплеменников, мечтала чувствовать воду и видеть гораздо больше, чем её домашние собратья. План побега, видимо, зрел в её голове давно. И, выждав удобный момент, она либо выскользнула за калитку, либо, ненадолго поднявшись на крыло, перелетела через забор и устремилась к реке, к диким сородичам. Уверен, оставшиеся домашние индоутки лишь на секунду оглянулись ей вслед и тут же забыли о ней, вернувшись к своей однообразной жизни. А наша индоутка родилась с характером как сталь и выбрала ту жизнь, о которой мечтала. Дикие кряквы приняли её в семью. Поначалу она держалась особняком, но потом влилась в коллектив, и сегодня ничем не отличается от них повадками. Единственное - её чисто белое оперение заметно издалека и притягивает взгляд.
Однажды я оказался на смотровой площадке с целью запечатлеть её в объектив фотоаппарата. И вот она, плавает среди стаи крякв. Я начал фотографировать, и вот удивительный факт: она подплыла ко мне поближе и начала позировать! То крылья раскинет, то грациозно проплывёт. Ну чем не утиная фотомодель? Выглядит она бодро, не голодает и вообще излучает утиное счастье. Наверное, именно о такой жизни она и мечтала.
Впереди зима, и я надеюсь, она переживёт эти тяжёлые времена. Иногда, прогуливаясь в вечерней темноте, я смотрю на реку и сразу вижу её - белым пятном она рассеивает мрак. Конечно, это минус - слишком сильно привлекает к себе внимание. Но зато зимой она не будет так сильно заметна.
Вот такая история. О том, как домашняя индоутка захотела жить свободно и смогла добиться этого, совершив побег из утятника. Летать они, к сожалению, не приучены, по крайней мере не могут надолго подниматься в воздух. Но я уверен, что она и этому научится. А пока ей остаётся лишь плавать в центре Мелеуза среди своих и надеяться только на лучшее.
Время шло, и индоутка становилась настоящей звездой Мелеузки. Её белоснежная фигура неизменно привлекала внимание прохожих, особенно детей, которые с восторгом показывали на неё пальцами и просили родителей купить хлеба, чтобы угостить «белую уточку». Она же, казалось, наслаждалась своим новым статусом, с удовольствием принимая угощения и деля их с остальными кряквами.
Однажды, наблюдая за ней, я заметил, как к ней подплыл селезень, самый крупный и видный из всей стаи. Они что-то «обсуждали», переговариваясь на своём утином языке, и я подумал, что, возможно, у нашей героини появилась пара. Это было бы замечательно, ведь весной она могла бы обзавестись потомством, и тогда на Мелеузке появились бы утята с необычной окраской, напоминая всем о смелой индоутке, выбравшей свободу.
Ильнур БАЙГИЛЬДИН.
Фото автора.