Бабушкина молитва
Я выросла в семье, где была единственным ребенком. Мои родители на лето отправляли меня из Воронежа в деревню к бабушке, в Курскую область. Там сразу приходилось включаться в помощь по хозяйству: научилась провожать и встречать коров, поить теленка, окучивать картошку.
Каждая пешая прогулка с бабушкой в сельский магазин за хлебом становилась приключением. Тогда в селе не было еще асфальта, и после дождя на сапоги налипала грязь, превращая каждый шаг в испытание. Иногда просто не было сил тащить этот груз и приходилось выпрыгивать из сапог и уже босыми ногами шлепать по теплому чернозему. Однажды меня укусила наша собственная собака. Бабушка несла меня на спине несколько километров до ближайшего медпункта, успокаивая и подбадривая.
Почему так подробно останавливаюсь на воспоминаниях, связанных именно с бабушкой? Потому что именно она, Прасковья Федотовна, привила мне любовь к молитве. После всех дел по хозяйству она тихонько заходила ко мне в спальню, крестила и читала «Пресвятую Богородицу» и «Отче наш». До сих пор ощущаю тот покой и теплоту, которые исходили от ее уверенности в силе молитвы. Посеянные в детстве простой сельской женщиной семена веры сыграли значительную роль в выборе моего жизненного пути.
Закалка характера
В выходные дни всей семьей мы ездили на дачу под Воронеж. Самым трудным заданием был сбор облепихи. Колючее дерево, сплошь усеянное ягодами, шипами ранило кожу, сок попадал на царапины, руки щипало, но сдаваться было не в моих правилах. Однажды на сбор урожая лечебной ягоды ушла целая неделя. Со своей задачей справилась, а поцарапанные руки еще неделю прятала от посторонних глаз в рукавах кофты.
Этот случай нередко вспоминала, будучи уже матерью, когда супруг служил в женском Алексеево-Акатовом монастыре. В ограде монастыря росло множество прекрасных деревьев, среди которых были и облепиховые. После службы мы обычно ждали папу и любовались оранжевыми гроздьями. Дети слушали мой рассказ и пробовали на вкус полезную и красивую ягоду, которую защищают такие острые шипы.
Браки заключаются на небесах
«Браки заключаются на небесах», – нередко говорят о таинстве супружеского выбора. В нашем случае это так.Десять лет подряд ездила с родителями на дачу и ни разу не встретила Александра, хотя наши мамы хорошо знали друг друга. Получилось, что мы все детство были с Сашей рядом – он на своей даче, я на своей. Помогали родителям, ходили купаться на речку, собирали грибы. Только, удивительно, никогда не пересекались.
Как-то родители остановились рядом с участком Абакумовых поздороваться и предложили встретиться за вечерним чаем. Завязалось знакомство. В это время их единственный сын служил в Германии, в десантных войсках. Однажды я подарила его сестре свою фотографию, написав на обратной стороне дружеские слова и указав номер домашнего телефона. До сих пор задаюсь вопросом: зачем было писать номер, который она и так знала?
Мой будущий супруг вернулся из армии, пришел в гости и увидел на полочке в серванте мое фото. «Ты сразу запала мне в душу», – признавался Саша потом. Взял фотографию в руки, увидел на обратной стороне номер телефона и запомнил его!
…Был обычный летний день. В квартире раздался звонок. Я сняла трубку, и еще до того, как услышала голос, в голове пронеслось: «Саша». Чудо!
– Меня зовут Саша, – сказал он.
Так началась новая страница нашей жизни.
Невидимая война
Через год после свадьбы у нас родился сын Олег. Казалось, счастью не будет конца. Но вскоре ребенок начал постоянно, изматывающе болеть. Когда врачи поставили диагноз «бронхиальная астма», мой мир рухнул. Для меня, молодой мамы и медсестры, знающей всю серьезность этой болезни, это стало тяжелейшим ударом. Радость материнства затмил постоянный, томительный страх за каждое дыхание собственного ребенка.
Это сейчас медицина шагнула далеко вперед, создав препараты, которые позволяют таким детям жить полноценно. А в начале 90-х мы были практически безоружны. Каждый приступ удушья был как нож в сердце. Отчаяние сжимало горло, хотелось опустить руки, плакать и кричать от бессилия. Но я понимала: нельзя. Если я сдамся, кто поможет моему сыну? Эта невидимая война за его дыхание закалила меня и научила главному: перед хронической болезнью нельзя капитулировать. С ней нужно учиться жить, бороться и находить силы для надежды.
Рядом всегда был муж, моя опора. Он учился, подрабатывал и все свободные минуты посвящал нам с сыном. Его стойкость и любовь стали для меня тем якорем, который не давал утонуть в отчаянии.
Перелом
Испытания с сыном были лишь подготовкой к тому, что ждало меня саму. Однажды после простуды у меня разболелся зуб. В поликлинике царили ужасающие условия: медсестра мыла инструменты под краном, о стерилизации не было и речи. Но от острой боли я закрыла на все глаза. Той ночью у меня поднялась температура под 40, и я впала в полубред. Диагноз прозвучал как приговор: сепсис. Заражение крови.
В 22 года моя жизнь начала обратный отсчет. Потеря зрения, провалы в памяти, я была прикована к больничной кровати. Врачи констатировали: порок сердца. Казалось, всё – я стала инвалидом, и жизнь потеряла всякий смысл.
Ангелы-утешители
Но именно в этой кромешной тьме ко мне снова пришло чудо. В палате лежала женщина, которая, словно ангел-утешитель, начала пересказывать мне жития святых. Ее рассказы отвлекали от тяжелых мыслей, капля за каплей возвращая желание бороться.
Когда встал вопрос об операции на сердце, заведующая отделением, сама будучи верующим человеком, пригласила ко мне священника. Я ждала отца Николая как последнюю надежду. После соборования на душе стало светло и появилось давно забытое чувство – облегчение.
А однажды по коридору навстречу мне шла монахиня. Мы встретились взглядами, и она, улыбнувшись, сказала: «Когда выздоровеете, приходите к нам в Акатов монастырь». Я спросила: «А как я вас узнаю?» Она скромно ответила: «Буду стоять с крестиком, узнаете». Позже я узнала, что это была сама наместница обители.
Рождение новой жизни
В больнице я провела три месяца: привезли меня туда зимой, а забирали, когда за окном пели птицы. Моя душа позвала меня в Акатовскую обитель. Стала посещать там службы. Монастырь находился неблизко, сил не было, но расстояние совсем не чувствовала. Приняла это место всем сердцем.
Известие о моей беременности стало последней каплей в духовных поисках мужа Александра. Все годы испытания болезнью он был рядом со мной. Его любовь и преданность были безграничны. А тут при таком стечении обстоятельств – чудо новой жизни! Врачи сомневались: выношу ли ребенка, выдержу ли роды? Не сомневались лишь мы с мужем: дитя – Божий дар! Саша принял решение пойти служить в храм, оставил светскую работу, поступил в духовную семинарию.
Промысл Божий
Когда я лежала слепая и обездвиженная, жизнь разделилась на до и после. Но именно в этот период к нам с мужем пришло понимание, что жизнь не просто калейдоскоп событий, это – Промысл Божий.
«Все, что происходит, все эти испытания – все не зря, ведет к чему-то дальнейшему, полезному для души. Даже если сейчас больно и непонятно, но это наш путь», – утешал меня тогда Саша.
Пройдет время – и все пазлы сложатся. Александр станет служить в соборе, а я стану матушкой и матерью пяти сыновей и пяти дочерей.
Подать записку о здравии и об упокоении
ВКонтакте / YouTube / Телеграм