Слова Владимира Васильевича немного успокоили Тину. Она пошла на кухню, заварила чай, достала всё, что было у неё в холодильнике.
- Мне теперь надо хорошо питаться, иначе все мои болячки долго будут заживать, - говорила она вслух, делая бутерброды, нарезая хлеб, наливая чай. - И ещё это будет немного отвлекать меня от моих проблем. Говорят, что некоторые люди, заедая свои проблемы, набирают вес. Ну и наберу, женщина я сейчас свободная, нет рядом Егора, который всё время напоминал мне, что ему нравятся стройные женщины.
- Да, честно признаться, я потеряла фирму по своей глупости или доверчивости, но это уже неважно, - продолжала горестно рассуждать Тина, - но это же не так страшно и непоправимо, как было тогда, когда я потеряла своих родителей. А после их смерти я ведь выжила и даже замуж умудрилась выйти, правда, неудачно. Но это опыт, горький, но опыт, который мне, надеюсь, в жизни пригодится.
А как говорят мудрые люди, только горький опыт может чему-то научить, вот и будет эта ситуация мне хорошим уроком.
Зато я познакомилась с таким замечательным человеком, как Владимир Васильевич. Надеюсь, что он меня познакомит со своей женой, у меня к ней много вопросов есть, потому что она была в такой же ситуации, как я сейчас. Но, наверное, у меня посложнее — меня ещё и муж предал, и разорил в такое трудное время.
И тут ей пришла в голову мысль:
- А почему я считаю, что у меня более сложная ситуация, я ведь совершенно не знаю, а что было с ней до того, как она обгорела! Да, точно говорят, что своя боль больнее, потому что она ближе к сердцу.
А вечером позвонил Егор. Тина, увидев, кто звонит, сначала не хотела отвечать, но потом ей стало интересно, что он ещё может сказать после такого скандала.
А он начал с оскорблений:
- Привет, убогая! Ну и как тебе в роли обыкновенной смертной без папиной фирмы, которая накрылась медным тазом? Жалко мне тебя — ни денег, ни здоровья у тебя сейчас нет.
- Да иди ты со своей жалостью, - ответила Тина. - Ты чего злорадствуешь, наверное, давно мечтал меня разорить?
- А как ты догадалась? - язвительно засмеялся Егор. - А ты что думала, что я всю жизнь у тебя в шестёрках бегать буду? Хорошо начинать на готовеньком, богатенькой папиной дочкой, а ты попробуй начать с нуля.
- Я-то попробую, а вот у тебя ворованные деньги как пришли, так и уйдут, да ещё и твои кровные с собой прихватят. Бизнесмен из тебя никакой, я уже убедилась в этом, да и человек ты ненадёжный, гнилой. Ты думаешь, сейчас раз — и начнёшь с чистого листа, ничего подобного, у тебя уже репутация подмочена. Думаешь, никто не узнает о твоих делах? Очень ошибаешься. Такие новости быстро разносятся, никто с тобой не захочет иметь дела. Хорошую репутацию нарабатывают годами, а ты сразу будешь начинать с ворованных денег. Ну, дай Бог тебе нарваться на таких же, как ты. Всё, не звони больше.
- И не подумаю, а зачем сейчас ты мне?! - хмыкнул он. - На развод я сам подам, пожалею тебя, тяжело ведь тебе, болезной, бегать с костылями-то.
Тина долго сидела на диване, раздумывая о разговоре с Егором. Неужели он всё время чувствовал себя ущемлённым?! Но ведь этот бизнес был основан её отцом, а не его, и бизнес по праву перешёл к ней. Да и она несколько лет уже работала с отцом, поэтому была в курсе всех дел фирмы. Она вспомнила, как Егор восторженно сказал тогда, за рулём новой машины, что чувствует себя человеком в такой машине. Он чувствовал бы себя также, будь он хозяином фирмы.
Она вздохнула:
- За рулём такой машины он не смог быть хорошим водителем, так бы он не смог и вести дела фирмы. Как сказал бы мой папа — он обыкновенный выпендрёжник.
На следующее утро Тина встала рано — надо было успеть позавтракать, собраться, вызвать такси и спуститься вниз, а с её ногой это было непросто. Но не успела она позавтракать, как зазвонил телефон.
Она с удивлением ответила:
- Доброе утро, Владимир Васильевич, что-то изменилось в вашем расписании?
- Нет, ничего не изменилось. Я звоню, чтобы сказать, что за тобой заедет моя жена. Я сейчас скину тебе её телефон. А ты спокойно собирайся, она позвонит тебе, когда доедет, - сказал он. - Приезжай, я буду ждать тебя в своём кабинете.
У Тины выступили слёзы на глазах от такой заботы совершенно чужих людей.
И ещё она обрадовалась тому, что наконец познакомится с женой Владимира Васильевича.
Тина уже собралась и сидела в прихожей в ожидании жены Владимира Васильевича. Неожиданно раздался звонок в дверь. Тина, недоумевая, кто бы это мог в такую рань прийти, открыла.
- Здравствуйте, Тина, - в дверях стояла миловидная молодая женщина. - Я жена Владимира Васильевича, меня зовут Варвара, для своих - Варя. Я приехала за вами. Володя сказал, что вам надо помочь.
- Здравствуйте, Варя, - улыбнулась Тина. - А я вас не очень отрываю от своих дел, ведь я могла бы на такси доехать.
- Вот ещё, на такси, - отмахнулась Варя, - мы сами разберёмся. Давай на ты, а то я чувствую себя старой тёткой.
- Хорошо, - кивнула Тина, - вы... ты и действительно не тётка. У вас, правда, трое детей?
- Правда, - улыбнулась Варя, - два сыночка и лапочка-дочка.
- А большие?
- Старший на первом курсе учится, второй сын в девятом классе, а дочка - в первом.
- Здорово, - вздохнула Тина. - А мне уже двадцать пять, а детей у меня нет, хоть и замужем была.
Они стояли на лестничной площадке, дожидаясь лифта, и разговаривали.
Неожиданно Варя повернулась к ней и, внимательно посмотрев своими пронзительными серыми глазами, произнесла:
- И у тебя тоже будут, только наоборот.
- Как это наоборот? - не поняла Тина.
- Две дочки и сын, - улыбнулась Варя.
Подошёл лифт. Поражённая её словами Тина молча зашла в лифт, не зная, что и сказать.
А Варя, поглядывая на неё и молча улыбаясь, помогла ей дойти до машины.
Уже в машине, смеясь, спросила:
- Я тебя сильно озадачила?
- Честно говоря, я просто в шоке, - выдохнула Тина. - Откуда ты знаешь?
- Тоже честно отвечаю: не знаю. Информация приходит неожиданно, а откуда и от кого, мне неведомо.
- Это у тебя появилось после клинической смерти?
- Да.
- Я тоже перенесла клиническую смерть, но я не получаю никакой информации. И вообще, я осталась прежней, кроме вот этого, - она вздохнула и показала на лицо, - да вот ещё ноги сломанной.
- Ничего, нога заживёт, а лицо тебе поправят. Пластический хирург, который мне делал пластическую операцию, сделает и тебе. У меня ведь незаметно, что ожоги были?
- Нет, совсем не видно.
Варя откинула волосы:
- Смотри, а тут ничего не трогали, я специально такую причёску делаю, чтобы максимально закрыть лицо. А вот по рукам видно, что ожоги были сильные. А у тебя шрам только с одной стороны, так что не волнуйся, он сделает из тебя красотку.
Владимир Васильевич встретил их внизу в вестибюле больницы, поздоровался и сказал:
- Сейчас сразу сделаем рентген ноги, а потом в моём кабинете побеседуем.
- А я могу поприсутствовать? - спросила Варя.
- Ну, если пациентка не против, то пожалуйста, - он вопросительно посмотрел на Тину.
- Пациентка не против, - улыбнулась Тина.
Уже после рентгена, в своём кабинете, Владимир Васильевич воскликнул:
- Ну что, Тина Сергеевна, сейчас будем снимать гипс, он уже тебе не нужен, всё у тебя замечательно.
Когда нога освободилась от гипса, Тина сразу же хотела встать на ноги.
- Куда?! - остановил её Владимир Васильевич. - Нельзя же так сразу.
- А так хочется походить на двух ногах! - воскликнула Тина.
- Успеешь ещё. А сейчас посиди и расскажи, что с тобой вчера случилось.
У Тины сразу опустились плечи. Вздохнув, она вкратце рассказала, что произошло вчера.
Варя, сидевшая немного в стороне, покачала головой:
- Ничего себе, какие мужья бывают. Тина, не горюй, только скажи — спасибо, Господи, что взял деньгами. Всё у тебя наладится, а вот твой муж большую ошибку сделал, за которую заплатит высокую цену.
В кабинет заглянула какая-то женщина:
- Владимир Васильевич, к вам можно?
- Заходите, - кивнул он ей, потом посмотрел на жену. - А вы пока посидите в коридоре. Варя, помоги Тине.
Они вышли из кабинета и присели на мягкую кушетку.
Тина, вытянув свою ногу, в недоумении произнесла:
- Нога как будто не моя, плохо слушается.
- Это пройдёт, - улыбнулась Варя. - Она же в гипсе неподвижно находилась, вот мышцы и разленились.
Она поднялась:
- Посиди, пожалуйста, здесь. Я к своей знакомой забегу. Только никуда не уходи без меня.
Тина, разглядывая свою ногу, вдруг услышала знакомый голос:
- Как дела, Тина?
Она подняла глаза и увидела Веру Павловну.
Обрадованно воскликнула:
- Здравствуйте, Вера Павловна, как же я рада вас видеть!
Разговаривая с пожилой женщиной, Тина обратила внимание, что у неё опухшие красные глаза.
- Вера Павловна, у вас что-то случилось?
- Ничего не случилось, - у неё дрогнул голос, - глаза просто что-то слезятся.
Тина, помня рассказа Веры про соседей Веры Павловны, спросила напрямик:
- Соседи достали?
Вера Павловна молча кивнула, и у неё заблестели глаза от слёз.
У Тины от гнева вспыхнуло лицо:
- Ничего, Вера Павловна, я с ними разберусь, дайте мне только на ноги встать.
Тина не видела, как у подошедшей к ним Вари удивлённо расширились глаза. И как потом, внимательно глядя на Тину, она загадочно улыбнулась.
***
Продолжение: