Глава 6: Учения, сигналы и корабельный быт
Про «невидимый шторм»
На обязательных учениях капитан приказал экипажу отработать действия при шторме в 6 баллов. Матросы натянули страховочные тросы, закрепили всё, что качается и гремит, — а за бортом был полный штиль, светило солнце и лениво кружили чайки. Мимо прошёл белоснежный пассажирский лайнер. Туристы на палубе в шоке столпились у борта, один даже в мегафон крикнул: «Эй, у вас что, шторм?!» Капитан, не моргнув глазом, ответил в свою рупорную трубу: «Учебная тревога! Тренируемся, чтобы в настоящий шторм не паниковать!» Туристы переглянулись, закивали: «А… ну, тогда понятно. Удачи!» Через час тот же лайнер снова оказался на траверзе — на нём теперь все пассажиры в спасательных жилетах толпились у шлюпок под громкую сирену. С их палубы прокричали: «У нас тоже учение! По пожарной безопасности!» Капитан, глядя вслед удаляющемуся судну, одобрительно кивнул: «Молодцы. Подтянулись к нашей школе выживания. Значит, не зря работаем.»
Язык жестов-2: сигнал «помогите!»
Иностранное судно отчаянно мигало лампой: «Need medical supplies!» Наш старпом, для которого английский ограничивался «окей» и «ноу проблем», уверенно ответил семафором: «ОК. Wait. We send.» Сбросили за борт герметичный ящик. В аптечку первой помощи, помимо бинтов и йода, на всякий случай положили запасные лампочки для прожекторов, набор гаечных ключей и прошлогодний номер газеты «Моряк». Иностранцы в панике спустили шлюпку и выловили груз. Наш боцман, наблюдая за этим, философски заметил: «Пусть порадуются разнообразию. А вдруг у них не только аптечка, но и лампочка перегорела, и газету почитать нечего? Всё пригодится в дальнем плавании.»
Глава 7: Корабельные талисманы и суеверия
Тайна корабельного кота
На старом, видавшем виды буксире «Труженик» жил кот Барсик — главный барометр и метеоролог. Если он сладко спал, растянувшись у тёплого камбуза, — быть штилю. Если забивался в самый дальний угол рулевой рубки — жди шторма не менее 7 баллов. Однажды Барсик бесследно исчез. Экипаж встревожился: «Да как же мы теперь погоду предсказывать будем? Курс без него не проложишь!» Обыскали всё судно. На третий день кота нашли в самом глухом трюме — он мирно дремал на ящике с надписью «Соль техническая». Капитан, увидев это, торжественно вздохнул: «Ну всё. Родилась новая примета. „Соль на борту — шторм в море“. Записывайте.» С тех пор тот ящик с солью стал сакральным объектом и официально именовался «Барсиковым предсказателем». Его даже краской подновляли.
Как учили чаек
Матрос-новичок, движимый добротой, решил подкормить чаек, круживших за кормой, кинув за борт полбуханки хлеба. Поднялась невероятная драка с дикими криками и хлопаньем крыльев. Новичок возмутился: «Ну и манеры! Хоть бы „спасибо“ сказали!» Стармех, не отрываясь от починки насоса, буркнул: «А они говорят. На своём, чайчьем. Слышишь: „Кар-р-р!“ — это значит „Спасибо, добрый человек!“» Матрос, серьёзно нахмурившись, прислушался: «А если протяжное „Кар-р-р-р!“?» Стармех, скрывая ухмылку, ответил с важным видом: «Тогда это переводится как „Ещё, пожалуйста! Очень вкусно!“» Новичок кивнул и пошёл за второй буханкой.
Глава 8: Камбуз, навигация и суровая правда
Про «секретный ингредиент»
Кок, желая внести кулинарное разнообразие, сварил на обед гороховый суп. Экипаж, попробовав, заморщился: «А что это за такой… глубокоморский привкус?» Кок, сияя от гордости, признался: «Секретный ингредиент! Добавил экстракт натуральной морской воды для пикантности!» Матросы переглянулись. Один пробурчал: «Так мы её и так пьём, когда волна через борт перехлёстывает. Зачем ещё в суп лить?» Кок, ничуть не смутившись, парировал: «А тут — концентрированная! Технология!» Капитан, доев свою порцию и отодвинув тарелку, вынес вердикт: «Инновации оценил. Солёнее некуда. Зачёт ставлю за смелость. Но в следующий раз, повар, концентрируй на борщ.»
Курс на… холодильник
В тот самый густой, молочный туман, когда радар показывал одну муть, капитан снова отдал свой знаменитый приказ: «Держи курс на запах борща!» Матросы, уже наученные, всё же ворчали: «А если кок сегодня борщ не варил? Или мы его уже съели?» Капитан, философски глядя в белую пелену, изрёк: «Тогда курс — на камбуз. Там подскажут, чем пахнет сегодня. Навигация — она гибкая наука.» Примерно через двадцать минут в тумане действительно стал чувствоваться смутный, но верный аромат тушёной капусты с копчёностями, который вскоре сменился узнаваемым дымком портовых пирсов. Судно мягко пришвартовалось к родному причалу. Боцман, проходя мимо капитана, одобрительно хмыкнул: «Точно. Морская навигация: от кончика носа до края тарелки. Работает.»
Глава 9: Рыбалка, поломки и медицинские тайны
Про «невидимую рыбу»
Рыболовное судно «Упорный» второй месяц не могло заполнить трюмы. Тралы выходили пустыми. Капитан, в очередной раз глядя на жалкие три карася, вздохнул: «Может, рыбы тут вообще нет?» Старпом, человек с богатой фантазией, ответил с каменным лицом: «Как нет? Есть. Но она… невидимая. Смотрите, вода-то плещется? Круги идут? Это она, осторожная, плавает. Мы просто её не видим.» Матросы, услышав это, дружно загрохотали. Но капитан, почесав подбородок, вдруг серьёзно кивнул: «Логично. Ладно, будем ловить невидимую. Старпом, запиши в судовой журнал: „Улов — 0 (ноль) тонн. Объяснение: рыба невидимая. Морально-волевой дух экипажа — на высоте.“»
Как спасали якорь
Якорь капитально засел в вязком грунте. Капитан скомандовал: «Все на лебёдку! Раз-два — взяли!» Матросы дружно налегли, лебёдка взвыла. Якорь с громким чмоканьем вдруг вырвался… и, описав в воздухе короткую дугу, с грохотом улетел за борт, утащив за собой добрых полсотни метров якорного каната. Воцарилась гробовая тишина. Боцман первый нарушил её, почесав затылок: «Ну что ж, товарищи. Теперь у нас, можно сказать, два якоря. Один — традиционный, на дне. Второй — прогрессивный, плавучий, в толще воды. Значит, на запасной можем не тратиться. Экономим!» Капитан, с трудом сдерживая смех, добавил: «Верно. Запишем в журнал: „Якорь-дублёр установлен в экспериментальном режиме. Испытания прошли… с неожиданным результатом.“»
Про «морскую медицину»
Матрос пришёл к судовому доктору (он же — второй механик) с жалобой: «Голова раскалывается, товарищ врач!» Доктор, не отрываясь от чтения инструкции к японскому двигателю, спросил: «От качки?» «Вроде да…» — заныл матрос. «Рецепт простой, — выдавил доктор. — Три раза в день по пятнадцать минут смотри на линию горизонта. Успокаивает вестибулярный аппарат.» «А если не поможет?» — не унимался матрос. Доктор наконец поднял на него глаза: «Тогда применяй метод психологического преодоления. Притворись, что тебя не укачивает. Веди себя соответственно.» Матрос удивлённо округлил глаза: «И это поможет?» «Конечно! — уверенно заявил доктор. — Если притворишься убедительно и поверишь в это сам, организм может и перестанет жаловаться. Самовнушение — лучшая таблетка.»
Глава 10: Капитанская харизма
Как искали капитана
Новый, рьяный штурман полчаса бегал по судну, чтобы сдать вахту и подписать журнал. Капитана нигде не было: не на мостике, не в кают-компании, не в машинном отделении. В отчаянии он заглянул в капитанскую каюту. Капитан спал на койке, но вместо одеяла на нём была накрыта большая, старая карта мира. Штурман осторожно кашлянул: «Товарищ капитан, разрешите сдать вахту? Вас весь экипаж ищет…» Капитан, не открывая глаз, пробурчал: «Я тут. На карте. Ищи внимательнее.» Озадаченный штурман уставился на карту. «Так вы… в Тихом океане? Район Маркизских островов?» — уточнил он. Капитан сладко зевнул и устроился поудобнее: «Точно. И знаешь, что самое хорошее здесь? Совершенно не качает. Вот где настоящий, стратегический отдых. Вахту принял. Свободен.»