Они поют на главных корпоративах страны. Получают миллионы за один вечер. Улыбаются с экранов, поздравляют с Новым годом и уверяют, что счастливы жить в России. Но утром улетают в Майами, Марбелью или Нью-Йорк, где давно живут по-настоящему. Там их дома, машины, бассейны, банки и семейный уют. Здесь рабочая вахта.
Никита Михалков впервые произнёс вслух то, что давно витает в воздухе. Он назвал артистов «гастарбайтерами культуры» и сравнил их с обслугой, которая приезжает в Россию исключительно за деньгами.
По его словам, мы оплачиваем роскошную жизнь тех, кто давно не считает эту страну своим домом.
Артисты с телеэкранов никогда не жалуются. Они не просят помощи и не говорят о кризисе. Их гонорары растут, гастроли расписаны на полгода вперёд. Но деньги, которые им платят, утекают не в российские школы, театры и дома престарелых. Они исчезают в Испании, США, ОАЭ и Монако.
Это не мнение. Это экономика. Например, годовой доход Филиппа Киркорова превышает 400 миллионов рублей. Его вилла в Майами стоит более миллиарда. Сюда же идут налоги, охрана, обслуживание, перелёты и расходы на поддержание имиджа. Всё это оплачивается с российских корпоративов и госзаказов.
Михалков называет это «самолюбованием, которое оплачивает народ». Он не скрывает раздражения: на сцену выходят те, кто уже давно mentally живёт за границей, а не в стране, где работает.
Режиссёр видит в этом не только предательство, но и снобизм. Его задела не сама недвижимость, а отношение. Эти артисты, по его словам, стремятся стать «белыми культурными людьми» с дорогими часами и золотыми картами. Их идеал не Пушкин, не Шукшин, не Высоцкий. Их ориентир Беверли-Хиллз и загородный гольф-клуб.
Они не хотят жить в России, но хотят здесь зарабатывать. Не готовы проводить зиму в Подмосковье, зато готовы петь на «Голубом огоньке». Сцену используют как ступеньку, публику как банкомат, а страну как временный пункт назначения.
Михалков видит в этом опасный разрыв. Если сцена становится лишь способом содержать виллу, искусство теряет душу. Артист превращается в подрядчика, а песня в счёт-фактуру.
Цифры говорят громче слов. Киркоров лидер по зарубежным тратам. Его недвижимость в Bal Harbour оценивается в 15–17 миллионов долларов. В Дубае у него три апартамента. Обслуживание всех объектов обходится в 15–25 миллионов рублей ежегодно. Это только содержание. Без учёта новых покупок.
Басков живёт скромнее, но тоже не бедствует. В его арсенале две квартиры в Монако и дом в Марбелье. Общая стоимость активов приближается к 15 миллионам евро.
Лепс предпочёл Доминикану и Нью-Йорк. Его расходы составляют не меньше. Только квартира на Манхэттене тянет на несколько миллионов долларов. Весь доход уходит туда. Чтобы поддерживать уровень, звёзды работают без остановки. Иначе схема рассыпается.
Американская мечта требует вложений. Только налог на дом у Киркорова в Майами 7,5 миллиона рублей в год. Сюда добавляются охрана, садовники, управляющие, перелёты и обслуживание техники.
В среднем, содержание одного объекта обходится в 5 миллионов рублей в год. Но артистов обычно не один дом. Есть квартиры для детей, апартаменты на случай гастролей и резервные инвестиции.
Чтобы оплатить всё это, необходимо минимум десять крупных концертов в месяц. Иначе образ «успешного артиста» начнёт трещать. Роскошь требует скорости. Работа становится бегом на выживание.
Михалков возвращает разговор к сути. Искусство, по его мнению, не может существовать без глубины. А когда артист занят логистикой между Москвой и Майами, творчество становится вторичным.
Он вспоминает имена, которые вдохновляли поколения. Эти люди жили скромно, но горели делом. Они не строили дворцы, а оставляли след в сердцах. У них не было личных самолётов, но были роли, книги, стихи, песни, которые пережили века.
Современные звёзды, как считает режиссёр, озабочены другим. Они считают лайки, инвестиции, квадратные метры. И вместо искреннего послания зрителю транслируют образ идеального потребителя.
Интересно, что сама система начинает давать сбой. Расходы растут. Давление усиливается. Некоторые артисты начали избавляться от зарубежной недвижимости.
Орбакайте продала дом в Майами за 11 миллионов долларов. Леонтьев выставил квартиру на продажу. Долина ищет покупателя на апартаменты в Лос-Анджелесе. Это не слухи. Это движения на рынке.
Публично причины не озвучивают. Но эксперты говорят о перегреве. Содержать такую роскошь становится всё труднее. Даже для топов. Гонорары не успевают за расходами. Валюта нестабильна. Спрос на концерты падает. А налоги не ждут.
Главный вопрос откуда берутся деньги. Ответ от нас. От налогов, от корпоратов, от спонсоров, которые закладывают расходы в билеты и товары. Мы платим за каждую перелётную роскошь, за каждый квадратный метр на побережье.
Михалков считает, что это должно прекратиться. Он не призывает к запретам. Он говорит о честности. Если артист выбрал жить там, пусть и работает там. Если он поёт здесь, пусть уважает публику и страну.
Артисты говорят, что они космополиты. Что искусство выше границ. Что зритель везде один и тот же. Но за красивыми словами скрывается простой расчёт. Они выбирают юрисдикции, где выгоднее. А не ту страну, где родились.
Для них Россия рабочая площадка. Бухгалтерия. Контракты. Платёжеспособный рынок. Но не родина, не дом, не место, куда хочется возвращаться.
Михалков задаёт жёсткий вопрос: можем ли мы больше верить тем, кто живёт в duty free? Тем, кто не выбирает между родиной и деньгами, а просто делает ставку на валюту?
Рынок меняется. Иллюзии трещат. Зритель устал от фальши. Его уже не удивить золотыми шторами и бассейном на крыше. Он ищет эмоцию. Он хочет правду. И всё чаще находит её не в залах Кремля, а в голосах тех, кто поёт от сердца.
Пока одни звёзды продолжают пахать на оплату налогов в США, другие делают ставку на искренность. Именно их начинают слышать. Потому что, как ни странно, правда снова входит в моду.