Когда, срочно вызванной на съёмки "сакральной для нас" ленты "Ирония судьбы, или С лёгким паром!", роскошной Барабаре Брыльской предложили разумное праздничное платье советской учительницы, польская актриса поначалу даже отказалась его примерять.
Опытная красавица оперативно предложила озабоченному Эльдару Рязанову свои достойные варианты, возможно, приобретённые ранее в парижских бутиках. Однако наш режиссёр видел ленинградку Надю Шевелёву только в этом "светло-коричневом" наряде. Наверное, Эльдар Александрович представил на минуточку импортную красавицу, да ещё и встречающую своего Ипполита в дивном французском платье с отечественной электробритвой в руках... .
Конечно, тогда бы коробочка духов "Клема" приобрела бы какой-то иной смысл... . Видимо, прикинув за и против, Рязанов таки настоял на том варианте, в котором и полагалось встречать Новый год одинокой советской учительнице... .
А вот крайнее разочарование Нонны Мордюковой, в созданном Никитой Михалковым образе её "Марии Коноваловой" в фильме "Родня", легко можно понять. Ведь наша блистательная актриса самолично упросила талантливого Виктора Мережко сочинить на неё приятный сценарий, особенно после изнурительной работы в тяжёлой драме Чухрая "Трясина". Обрадованная прекрасной историей от Виктора Ивановича, великолепная Нонна Мордюкова начала искать достойного режиссёра, способного блестяще воплотить этот сценарий на плёнке. Выбор пал, естественно, на одарённейшего Никиту Михалкова. В назначенный день, основательно принарядившаяся Нонна Викторовна, сияя тщательно накрашенными "глазами", пришла к замечательному Никите Сергеевичу. Однако тот увидел образ, приехавшей в Столицу к дочери провинциальной женщины, абсолютно в другом "свете".
После обстоятельных конфекционных пертурбаций, удивлённая народная артистка, с трудом узнала в стоящей перед зеркалом "Марии Коноваловой", недавно ещё такую счастливую и роскошную, Мордюкову. К тому же, изобретательный Никита, придумал вставить вместо одного из зубов, сотворённую из фольги "железную фиксу". Теперь, вместо кинодивы в нарядном платье, на обескураженную Нонну Викторовну, взирала одетая в жутковатую кофту и нелепую юбку, ещё и с вызывающим "перманентом" на голове, дико не красивая и постаревшая ... тётка. Понятно, что возмущённая столь радикальным преобразованием народная артистка, тут же отказалась сниматься ... .
Нет, ... только представьте, что юных главных героев чудесной мелодрамы "Сто дней после детства" звали - Митя Лопухин и Лена Ерголина. Печально, но терпимо. А вот самой красивой девочке в картине, прелестной 14-летней Ирине Малышевой, вообще, досталась роль "Сони Загремухиной". К тому же, художник по костюмам Людмила Кусакова, разумно предложила одеть хорошенькую школьницу в "старомодное" платье с "кружевами".
Увидев себя в такой странном фасоне, особенно на фоне менее симпатичной Тани Друбич, Ирина "закатила" реальную истерику. Яркая школьница желала сниматься в красивых, привезённых из дома, современных столичных нарядах, а не в этом "антеделювиальном" платье. В итоге, крайне раздосадованную москвичку с трудом убедили одеться в предложенное, однако по мере съёмок неугомонная Малышева частенько выходила на съёмочную площадку совсем не в том, что на сегодня рекомендовала мудрая Людмила Кусакова... .