Украина готова провести президентские выборы за 60-90 дней, при условии, что Запад поможет обеспечить безопасность голосования. Об этом поспешил заверить Зеленский сразу после того, как Дональд Трамп публично назвал его «торгашом», поставив под сомнение легитимность «де-факто» украинского президента. Срок полномочий Зеленского истек в мае 2024 года, и с тех пор вопрос о выборах превратился из внутриукраинского в международный.
Что реально нужно для проведения голосования на Украине? И кто может претендовать на президентское кресло, если выборы все-таки состоятся?
Как Зеленского к выборам подталкивали
9 декабря в интервью изданию Politico президент США Дональд Трамп жестко высказался о ситуации с выборами на Украине. По его словам, украинское руководство использует продолжающийся конфликт как повод для отказа от голосования.
«Вы знаете, они говорят о демократии, но дело доходит до того, что это уже не демократия», — заявил глава Белого дома.
Особенно резко прозвучала характеристика, которую Трамп дал украинскому лидеру: «Знаете, он… он… торгаш. Ну, ему придется взять себя в руки и начать, ну, принимать условия».
Ответ Зеленского последовал на следующий день. Выступая перед журналистами, он заявил о личной готовности идти на выборы: «Я готов к выборам. Более того, я прошу сейчас США помочь мне, возможно, вместе с европейскими коллегами, обеспечить безопасность для проведения выборов, и тогда в течение следующих 60-90 дней Украина будет готова».
До сих пор официальная позиция Киева состояла в том, что выборы невозможны до окончания боевых действий. Теперь риторика изменилась, пусть и с многочисленными оговорками, которые фактически делают эти обещания невыполнимыми.
Что говорит закон?
Конституция Украины прямо запрещает проведение выборов в условиях военного положения. Статья 83 Основного закона гласит, что в период действия военного или чрезвычайного положения выборы не проводятся. Это императивная норма, которую нельзя обойти простым решением парламента или указом президента.
Военное положение на Украине было введено 24 февраля 2022 года и с тех пор регулярно продлевается. Последнее продление состоялось 21 октября 2025 года, когда Верховная рада проголосовала за его пролонгацию еще на 90 дней — до 3 февраля 2026 года.
Значит, первое необходимое условие для выборов — отмена военного положения. Процедура выглядит следующим образом: президент издает указ об отмене, который затем должна утвердить Верховная рада.
Здесь возникает ключевой вопрос: готова ли Рада голосовать за отмену военного положения в условиях продолжающихся боевых действий? Депутаты понимают, что такое голосование возложит на них огромную ответственность. Более того, отмена военного положения автоматически означает и отмену всеобщей мобилизации. В нынешней ситуации на фронте это невозможно.
Получается замкнутый круг. Зеленский заявляет о готовности к выборам, но для их проведения нужно отменить военное положение. Отменить военное положение без заморозки конфликта нельзя. На заморозку конфликта на условиях Киева Москва не пойдет. В итоге Зеленский снова переложит ответственность на Кремль, заявив, что это Россия не дает провести демократические выборы.
Если после отмены военного положения ситуация на фронте ухудшится, политические последствия для тех, кто выступал «за» выборы будут катастрофическими.
Практические проблемы: как провести выборы?
Допустим, все юридические барьеры каким-то образом преодолены. Военное положение отменено, законодательство приведено в соответствие с новыми реалиями. Остается главный вопрос: как технически провести выборы?
Главная проблема — финансирование избирательных кампаний. В условиях экономического кризиса и зависимости от западной помощи где кандидаты возьмут средства на предвыборную агитацию? Это ставит под вопрос саму возможность конкурентных выборов.
Вторая проблема — отсутствие значительной части избирателей. На фронте находятся сотни тысяч украинских солдат. Организация голосования для военнослужащих в зоне боевых действий — задача очевидно непростая. При этом лишение военных права голоса поставит под сомнение легитимность всех результатов выборов.
По разным оценкам, от шести до восьми миллионов украинцев находятся за рубежом как беженцы. Организация голосования для такого количества людей в десятках стран — логистически крайне сложная задача.
Наконец, значительная часть территории Украины перешла под контроль российских вооруженных сил. Жители этих территорий — граждане Украины, и они имеют право голоса. Россия, безусловно, предоставит им возможность участвовать в голосовании. Однако признает ли Киев результаты такого волеизъявления? Очевидно, что нет.
Все эти проблемы Зеленский прекрасно понимает. Именно поэтому он говорит о необходимости помощи Запада в «обеспечении безопасности», что фактически означает требование прекращения огня как предварительного условия для выборов. Тем самым Киев заранее готовит почву для того, чтобы обвинить Москву в срыве демократического процесса.
Вопрос легитимности: кто сейчас управляет Украиной
Срок полномочий Зеленского истек в мае 2024 года. Очередные выборы были назначены на 31 марта того же года, но еще в ноябре 2023 года все парламентские фракции Верховной рады подписали декларацию об отказе от проведения выборов до окончания боевых действий. Киев настаивает, что согласно украинскому законодательству президент правомерно сохраняет свои полномочия до инаугурации следующего избранного главы государства.
Москва придерживается иной интерпретации. Владимир Путин подчеркивал: «Конституция Украины предусматривает возможность продления полномочий Верховной рады. В то же время в основном законе нет норм о продлении срока полномочий президента в условиях военного положения».
Наш президент указал, что согласно статье 111 Конституции Украины «полномочия высшей государственной власти, по существу президентские полномочия, переходят к спикеру парламента, тем более что в условиях действия закона о военном положении срок работы парламента продлевается».
По его оценке, «в нынешней ситуации на Украине единственным легитимным органом власти остается Верховная рада и ее председатель» — пост которого занимает Руслан Стефанчук.
Для Трампа этот юридический спор имеет практическое значение. Если он собирается вести переговоры о завершении конфликта, ему нужен собеседник с бесспорной легитимностью. Именно поэтому американский президент настаивает на выборах.
Возможные кандидаты: кто может сменить Зеленского
Если выборы все-таки состоятся, кто может претендовать на президентский пост?
Валерий Залужный — бывший главнокомандующий Вооруженными силами Украины. По данным издания The Times, уровень поддержки Залужного вплотную приблизился к рейтингу Зеленского. Популярность экс-главкома связывают с его ролью в организации работы ВСУ на начальном этапе конфликта.
Залужный представляет новое поколение украинского военного руководства. Он не служил в Советской армии и не учился в ее военных заведениях. При этом, как он сам признавал, в его рабочем кабинете хранится собрание трудов начальника Генштаба России Валерия Герасимова, которого он характеризовал как «сильного и непредсказуемого врага».
Отставка Залужного с поста главкома в феврале 2024 года и его последующее назначение послом в Великобританию были восприняты многими наблюдателями как попытка действующего президента убрать потенциального конкурента из страны.
Руслан Стефанчук, спикер Верховной рады, находится в уникальном положении. С точки зрения российской стороны и ряда юристов, именно он сейчас является наиболее легитимной фигурой в украинской власти — его полномочия, в отличие от президентских, прямо продлены Конституцией на период военного положения.
Стефанчук — юрист по образованию, профессор права. До прихода в политику он занимался академической карьерой и считался одним из ведущих специалистов по конституционному праву. Однако он никогда не позиционировал себя как самостоятельного политика и воспринимается как член команды Зеленского.
Андрей Гнатов, начальник Генерального штаба ВСУ, фигура менее публичная, но, по некоторым данным, именно он пользуется наибольшим доверием Вашингтона. Политолог Василий Вакаров охарактеризовал Гнатова как «идеального исполнителя воли Соединенных Штатов Америки», подчеркнув, что в случае достижения соглашений по Украине Вашингтону потребуется фигура, способная обеспечить реализацию выработанных решений. По его словам, Гнатов «не занимается бумажной работой, а четко понимает, что и как нужно делать».
Вакаров также выразил мнение, что в ситуации возможного заключения соглашения именно Гнатов, а не Зеленский, сможет отдать приказ об отводе подразделений ВСУ. В таком сценарии президент Украины «фактически перестает быть необходимым Вашингтону».
Что на самом деле стоит за заявлением Зеленского
Есть мнение, что заявление о готовности к выборам — прежде всего политический жест, адресованный Вашингтону, а не реальный план действий.
Аналитик Deutsche Welle отметил: «Мы слышали, как Зеленский сказал, что это возможно, если будет обеспечена безопасность и если парламент поддержит такое решение. Это два очень, очень больших «если». Я, честно говоря, не вижу, как это могло бы произойти, пока не будет хотя бы какого-то прекращения огня».
Он добавил: «На мой взгляд, сейчас это скорее вопрос риторики и политической картинки, демонстрация некоторой открытости со стороны Зеленского. А вот произойдет ли это на практике и будут ли выполнены все эти условия — большой вопрос».
Требование обеспечить безопасность фактически означает требование прекращения огня. Тем самым Зеленский заранее готовит почву для обвинений в адрес России в срыве выборов — схема, которую Киев использует уже не первый раз.
По данным Financial Times, администрация Трампа требует от Зеленского срочного ответа на мирный план и рассчитывает достичь соглашения уже к Рождеству, то есть до 25 декабря. В этом контексте заявление о выборах может быть способом выиграть время и продемонстрировать конструктивность без принятия конкретных обязательств.
А выборы-то будут?
Трамп явно хочет закрыть «украинский вопрос» до конца года. Зеленский пытается маневрировать между давлением Вашингтона и стремлением сохранить власть. Впервые за почти четыре года Зеленский публично допустил возможность выборов в обозримом будущем. Но не стоит забывать, что между словами и делами — дистанция, которую киевский режим преодолевать явно не торопится.