Размеренная жизнь Антонины Вилковой изменилась кардинально практически в один зимний день. И это можно было бы назвать новогодним чудом, если б на самом деле причиной всему не стали старые ботинки Тони. Потёртые, стоптанные и очень скользкие по причине изношенности подошвы. Не один раз они подводили её в самый неудобный момент, пока девушка в конце концов не научилась передвигаться по утоптанному снегу осторожно. Выглядела её походка в такие моменты комично. Согнутые в коленях ноги, частые, семенящие шажки, старушонка, да и только. Но зато так удавалось избежать падений и ушибов, а то шишки на затылке едва успевали проходить.
В этот раз Тоня расслабилась. Потому что увидела в витрине необыкновенной красоты платье. Залюбовалась, забыла обо всём на свете, глядя на манекен, а когда развернулась и пошла дальше, шмякнулась во весь пласт.
Ну вот чего она застыла перед этой витриной? Всё равно "не по Сеньке шапка". Даже будь у неё такая сумма, уж нашла бы куда её потратить. Да хоть вон на ботинки новые. А платье ей такое и ни к чему вовсе, его и надеть-то некуда. Не на корпоратив же новогодний, которого, к слову сказать, в их коллективе, состоящем из двух пенсионерок и самой Тони, не будет. Так, поздравят друг друга на словах и разойдутся, радуясь лишнему выходному.
А через неделю Тоню уволили. То есть сначала она получила сотрясение и ей дали больничный, а по выходе на работу уволили. Можно было конечно побороться, да только ни место, ни должность лишней нервотрёпки не стоили. Но и настроение от того, что лишилась, хоть и маленького, но стабильного, дохода, упало напрочь.
Рассчитывать Тоне было не на кого, жили они вдвоем с мамой, которая получала пенсию по инвалидности. Образование у девушки имелось, и хорошее, вот только опыта кот наплакал, да и тот в одной направленности, по начислению жильцам оплаты за услуги ЖКХ.
Осталась Тоня без работы перед самым праздником, что конечно не есть хорошо. Но с другой стороны, без этого не произошло бы событий, в корне изменивших её жизнь.
В общем, праздник подоспел, а в доме имелось только самое необходимое, по причине скудости доходов: соль, сахар, растительное масло и мука. Мука у Тониной мамы имелась всегда, любила она дочку выпечкой побаловать. Ну и экономия опять же. Вот и решила женщина к столу пирогов напечь, а Тоня отправилась прямо с утра за капустой для начинки. И тут в дело снова вступили старые ботинки.
Она поторопилась. Сделала слишком большой шаг и... Ноги взмыли вверх, а сама Тоня полетела на тротуар, сделав перед этим кульбит и ухватив за полу чьё-то пальто. Только это её не спасло, наоборот скорее. Потому что хозяин пальто тоже не удержался на ногах и рухнул всем своим немаленьким весом прямо на Тоню. И это было последним, что она помнила.
* * *
Денис Новиков, владелец фирмы "ЭкоСтрой", отпустив водителя, колесил по улицам городка своей юности без какой-либо цели. Он даже сам себе не смог бы признаться, какая сила потянула его в это захолустье. Областной центр, где открылось дочернее предприятие его холдинга, располагался в более чем сорока километрах и никаких дел у Новикова здесь не было. И никого из знакомых в Мысках за двадцать пять лет не осталось, а если и остались, встречи с ними он не жаждал. Если только...
Анюта... Столько лет прошло, а её лицо так и стояло перед глазами. И это выражение...в котором были и тоска, и вера. Что он вернётся. Потому что обещал.
А он не просто обещал, он на самом деле собирался вернуться. Потому что был уверен, жить без своей Анечки не сможет. Оказалось, смог. Переезд всей семьёй в столицу, ВУЗ, учеба, новые друзья. Потом диплом, работа в фирме отца и женитьба на дочери партнёра.
Когда не стало родителей, Новиков взглянул на свою жизнь другими глазами. И понял, что кругом пустота и холод, и внутри, и снаружи. Детей нет, жена – чужой человек, только обрадовалась, когда он предложил развод. Да такими отступными любая бы осталась довольна. А Денису и не жалко было, лишь вдохнул полной грудью.
Аня всегда жила в его душе теплым воспоминанием. Только он изо всех сил старался держать это воспоминание внутри, открывая по стране филиал за филиалом, загружая себя работой по полной и даже сверх того. И вот не удержался, дал волю чувствам, оказавшись поблизости от Мысков.
Проколесив ночь по городу, утром Денис закончил маршрут в районе, где когда-то жила его Анюта. Знакомые места, только на пятачке, где раньше кособочились деревянные дома, вырос большой торговый центр. В остальном всё выглядело, как и много лет назад. Почему-то сдавило грудь и пересохло в горле, попить бы. Новиков огляделся, заметил маленький магазин на первом этаже одного из строений и вышел из машины.
Он не успел сгруппироваться, был в абсолютной уверенности, что на ногах стоит твёрдо. Как оказалось, зря. Внезапно будто кто подсечку сделал, Денис потерял равновесие и рухнул со всего маху прямо на пробегающую мимо девчонку. Мягко приземлился, даже боли никакой не почувствовал, потому на ноги вскочил почти сразу. А вот девчонка осталась лежать и не подавала признаков жизни. Новиков испугался. А ну как пришиб, всё же девяносто килограмм почти? Проверил – дышит. По щекам похлопал, девчонка глаза открыла.
— Фух, — Новиков выдохнул и вдруг замер, не в силах оторвать взгляда от девушки.
Как знакомо ему было это лицо. Особенно глаза, цвета молочного шоколада. Именно за этот цвет он называл когда-то Анюту Шоколадкой . После отъезда из Мысков Денис никогда ничего подобного не встречал, разве что во сне.
Усилием воли Новиков заставил себя вернуться в реальность.
— Как Вы? — обратился к девушке. — Что-то болит? Уж простите ради бога за этот конфуз.
— Да я сама виновата, — Тоня смутилась и попыталась подняться. Снова приземлилась, сомкнула веки. — Голова кружится, я посижу ещё немного.
— Я Вас отвезу домой, — Новиков встал и подхватил девушку на руки. — Адрес помните?
Усадил на переднее сиденье внедорожника, снова всмотрелся в лицо.
— Бледная-то какая, наверное лучше в больницу.
— Нет! Мне домой надо! Меня мама ждёт, она волноваться будет. И вообще, где капуста?
— Капуста? — Денис не сразу понял, о чём речь. Огляделся, заметил пакет и небольшой кочан рядом, поднял. — Послушайте, Вас как зовут?
— Тоня. Тоня Вилкова.
— Так вот, Тоня, — Новиков начал своим обычным тоном, но голос сел, когда смысл достиг сознания. — В больницу нужно обязательно, — продолжил сдавленно. — А капусту я сам отвезу. Вы ведь на Кирова 17 живёте?
— Да, а откуда Вы... — начала было девушка.
— Знаю, — Новиков сказал это уже совсем тихо, словно для себя. — Очень хорошо знаю.
Тоню оставили в больнице, чтобы провести обследование, а Денис поехал по знакомому адресу. Раз семь он подносил руку к кнопке звонка, убирал её, смотрел тупо на капустный кочан и пытался позвонить снова. Наконец решился. Дверь распахнулась мгновенно, настежь, едва не зацепив его нос.
— Тоня, ну где ты ходишь? У меня уже тесто давно подошло.
Последнюю фразу Анна произнесла медленно, будто увидела на своем пороге призрака.
— Здравствуй, Шоколадка, — выдавил из себя Денис и протянул хозяйке капусту. — Можно войти?
Анна посторонилась, пропуская гостя, потом опустила глаза на кочан и в тот же миг их подняла.
— Тоня, — ахнула испуганно. — Где моя дочь? Что с ней?
Денис в общих чертах описал ситуацию и велел собираться, пообещав остальное рассказать по пути.
— Аня, скажи, — закончив историю падения, спросил Новиков, — Тоня ведь моя дочь?
— Ей двадцать четыре, — ответила Анна, глядя в окно автомобиля. — Считай сам.
— Я почему-то так и подумал, — пробурчал себе под нос Денис.
* * *
— Мам, как тебе? — Тоня вышла на кухню в новеньких сапогах. Раньше она о таких и мечтать не могла. — Красиво, правда?
— Красиво, — согласилась Анна. — Надеюсь, что и удобно тоже.
— Не сомневайся, — девушка обняла мать за плечи. — А ты не будешь сильно скучать без меня? Понимаешь, работа в фирме отца даст мне хороший опыт. Только оставлять тебя одну никак не хочется.
Анна отчего-то смутилась. Отвернулась к окну, вздохнула.
— Я пока не хотела говорить. Потому что ещё не решила окончательно. Денис предложил мне поехать с ним в Москву.
— Правда? — Тоня взвизгнула, как ребенок и захлопала в ладоши. Потом ухватила мать за талию, закружила. — Соглашайся, мам! Отец до сих пор тебя любит, это же сразу видно. И ты ещё молодая. И красивая. Всё будет замечательно, не зря же Новый год – время чудес.
Анна подошла к зеркалу, убрала за ухо выбившуюся прядку. Время чудес, точно. Чудо, появившееся в их жизни благодаря старым ботинкам дочери. Хотя какая разница, посредством чего оно случилось? Главное, что случилось. И уж теперь-то всё обязательно будет хорошо.