Когда мне предложили пожить в японской семье по программе культурного обмена, я честно обрадовался. В голове всплывали картинки из кино: сакура, поклоны, рис, вежливые люди. Ну другая страна и иероглифы — летел в Японию с ощущением лёгкого приключения. Но никто не предупредил, что это будет не романтическое приключение, а социальный эксперимент на грани нервного срыва. Как оказался внутри системы, где каждая мелочь — ритуал, каждый шаг — правило, а любая ошибка считывается мгновенно. Месяц в доме семьи Сато под Киото стал для меня не отпуском, а настоящим психологическим квестом, где тебя постоянно проверяют не словами, а молчанием и взглядами.
Обувной ад: как я стал заложником тапочек
Я знал, что в Японии снимают обувь. Все знают. Но никто не говорит важного: это только начало. На пороге мне выдали домашние тапочки. Потом показали туалет — с отдельными туалетными тапками. Потом сад — там стояли третьи. На лестнице — четвёртые.
В первый же вечер я трижды прошёлся по дому в «запретных» туалетных тапочках. Хозяйка, Мидори-сан, улыбалась так вежливо, что от этого улыбка становилась похожей на приговор. А её дочь, пятнадцатилетняя Юки, отвела меня в сторону и спокойно сказала:
— «В Японии по обуви судят о человеке. Это как прийти на похороны в пляжных шортах».
К концу недели я ловил себя на том, что прежде чем открыть дверь, смотрю вниз, как солдат на плацу. Я переобувался по 15–20 раз в день и начал бояться собственных ног.
Ванна как религия: где ты сначала моешься, а потом заслуживаешь расслабление
Моё первое купание — провал. Я зашёл в ванну, включил воду и, как нормальный человек, начал мыться прямо в ванне.
Через минуту в дверь аккуратно постучал Хироши-сан. Его лицо было спокойным. Но опасно спокойным. Он что-то сказал по-японски.
Оказалось, я едва не оскорбил всю семью.
— Папа говорит, ты сейчас делаешь что-то очень неправильное. Можно я покажу?
Хироши-сан через дочь объяснил мне, что для японцев ванна — это святое место. Ты не имеешь права заходить туда грязным. Сначала ты моешься на маленькой табуретке, смываешь всё до идеала — и лишь потом заходишь в общую воду. Потому что эту же воду будут использовать все остальные. Да, все члены семьи купаются в одной воде.
Первые дни мне было физически плохо от температуры — около 42 градусов. А Хироши-сан сидел там по 30 минут и выглядел как человек, постигший дзен.
— Горячая вода изгоняет усталость дня, — сказал он однажды.
Я молча варился рядом.
Поклоны: как я унизил директора школы и устроил балет в магазине
Если вы думаете, что японцы просто «кланяются друг другу», вы ничего не знаете о Японии. Это не жест — это наука.
Оказалось, что поклоны здесь — не просто «привет», а целая система.
15 градусов — друзьям.
30 — старшим.
45 — начальству.
90 — почти молитва.
Я перепутал всё в первый же день. Поклонился директору школы на уровне «привет, бро». Учительница потом тихо сказала:
— «Лучше переусердствовать, чем обидеть».
В магазине мы устроили целый балет поклонов с продавщицей.
Самое комичное случилось в магазине. Продавщица поклонилась — я ответил. Она ещё раз — я опять. Потом при сдаче — я снова. На выходе — ещё раз.
Юки потом смеялась:
— Они кланяются по работе, а не лично тебе!
Палочки — 47 способов выглядеть варваром
Я был уверен, что умею есть палочками. Оказалось — я ходячий позор.
В первый же семейный ужин я:
- воткнул палочки в рис,
- показал ими на телевизор,
- взял еду из общей тарелки «своими» палочками.
Бабушка приехала на следующий день. Села напротив. И начала следить.
Когда я уронил кусок рыбы, она что-то сказала. Все засмеялись.
Юки перевела:
— Бабушка сказала, что рыба пытается сбежать в море.
Я больше не расслаблялся ни на секунду во время еды.
Национальный спорт — извиняться
В Японии не извиняются — там живут в режиме извинения.
— Встал утром — извинился.
— Вышел из дома — извинился.
— Пошёл за хлебом — извинился.
Когда пошёл дождь, Мидори-сан сказала мне:
— Сумимасен, сегодня плохая погода.
Будто это её личная вина.
Когда я простыл будучи у них в гостях — они извинялись. Когда выздоровел — извинялся я.
Я начал говорить «сумимасен» (извините) автоматически. Даже в мыслях.
Подарки как психологический экзамен
Я подарил семье простую матрёшку. Через неделю мне вручили дорогую коробку сладостей. Я открыл её сразу и начал всех угощать. И почувствовал: что-то пошло не так. Оказалось:
— нельзя открывать подарок при дарителе,
— нужно благодарить в три этапа,
— и обязательно отдариться потом.
В Японии за подарки благодарят трижды. Я чувствовал себя должником целую неделю.
Тишина, которая ломает нервы
Самое тяжёлое — это не тапочки. Не ванна. Не поклоны.
А тишина. Они могли часами сидеть в комнате… и молчать. И это было нормально. Это было уютно. Это было… правильно.
А я всё время пытался что-то сказать. Разрядить атмосферу. Заполнить паузы.
Юки однажды сказала:
— «Иногда важнее молчать вместе, чем говорить по одиночке», — сказала Юки.
И это ударило сильнее всех правил.
Для русского молчание — неловкость. Для японцев — комфорт.
А теперь, почему я хочу туда вернуться
Через месяц я уже автоматически кланялся, снимал обувь, шептал «сумимасен» и боялся палочек для суши.
Я уезжал — и мы плакали. Даже Хироши-сан вытирал глаза. Мидори-сан сказала:
— «Теперь ты знаешь, как живёт японская душа».
Я не стал японцем. Но я стал тише, внимательнее и аккуратнее к чужим границам.
И да. У меня дома есть специальные туалетные тапочки. Юки бы мной гордилась.
А вы бы выдержали месяц по японским правилам? Напишите в комментариях.