Король Мэддокс очень любил охоту. Роскошные комнаты королевского замка ему давно уже наскучили. В ухоженном дворце и намека не было даже на белую мышь, не то что на других грызунов. И Король внес в свое расписание еженедельную охоту.
Королева Эффи, его супруга, была категорически против его отъездов на природу, но смирилась и не возражала. Она любила своего супруга. И его настроение для неё было важно.
Король же с каждым разом улетал всё дальше и дальше от дворцового парка и даже леса, который начинался сразу же за оградой парка. В тот раз он перелетел гремучий водопад, не успев предупредить свою стражу, состоящую из гвардейцев, которая неизменно его сопровождала. Он увидел крупную мышь, которая бойко двигалась между камней и в какой-то момент исчезла в белом тумане, клубящемся у водопада. Мэддокс последовал за ней и уже не бежал, а летел.
Так он неожиданно оказался на отдельно стоящем каменном выступе, затянутом облаками. Послышалась музыка. Мэддокс остановился, внимательнее прислушался и двинулся на звук.
На круглой террасе, окруженной облаками с трех сторон и освещенной солнцем с четвёртой, стоял роскошный белый рояль. За ним сидела ослепительно белая кошка с разными глазами. На её шее красовался розовый бант. И она же была виновницей чарующих звуков.
Мэддокс был покорён.
Отныне все его вылазки неизменно приводили его к Афродите.
- Моя Богиня! – сказал король, как только узнал её имя.
Король в очередной раз наслаждался звуками музыки на круглой террасе, когда вдруг Афродита, слегка прищурив зеленый глаз, мягко промурлыкала:
- Мой Король, мне бы подошла корона?
Король, не приняв всерьез вопроса, предложил ей примерить свою корону. Но Афродита, жеманно покачав белой головкой, сказала:
- Нет, эта корона Короля. Я же хочу примерить корону Королевы.
- Что ты, моя Богиня, это строжайше запрещено, - промурчал в ответ Король. – Ты же понимаешь, корона волшебна, и передавать её в чьи-то лапы, кроме королевских, недопустимо.
- Ах, мой Король, неужели вы мне откажете в такой ничтожной просьбе? – продолжала кокетничать Афродита.
- Я вынужден! – твердо ответил Мэддокс, поднявшись с мехового кресла.
- И мне пора уходить. До свидания, дорогая.
Едва он произнес последние слова, как Афродита издала дичайший вопль, и в ту же минуту на террасе появился огромный черный кот. Битва была страшной, о её последствиях сказано выше.