Советский районный суд Казани продлил арест 32-летнего Рафиса Султанова, которого следствие считает непосредственным исполнителем нападения на жену казанского дорожного магната Ирину Шевырёву. В суде он признал вину и заявил о раскаянии, однако рассказал, что был вынужден совершить преступление под угрозами. Султанов также признался, что годом ранее по указанию тех же лиц совершил первое нападение на Шевырёву.
Подробности — в материале «АиФ-Казань».
Исполнитель сознался, но сослался на давление
Судебное заседание, где рассматривалось ходатайство о продлении ареста, стало первым публичным появлением Султанова после экстрадиции из Таджикистана. Мужчина, ранее работавший в казанском отряде МЧС и спасавший людей, предстал в роли обвиняемого в особо тяжком преступлении. Следователь настаивал на продлении содержания под стражей, ссылаясь на сложность дела, в котором фигурируют несколько обвиняемых.
Султанов не стал оспаривать ходатайство. «Не возражаю», — кратко заявил он. Однако в перерыве заседания он сделал неожиданное признание. Бывший спасатель подтвердил, что годом ранее, в 2024-м, по указанию тех же лиц совершил первое нападение на Шевырёву, сбив её на электросамокате. За это, по его словам, он получил деньги и надеялся, что на этом всё закончится.
«Потом уже были угрозы — и пряником, и кнутом. Как только могли, убеждали в дальнейшем сотрудничестве. Дали знать, что может быть и хуже — уже мне», — рассказал Султанов. Отвечая на вопрос, почему для побега был выбран Таджикистан, он ответил: «Я не выбирал Таджикистан для побега. Это выбрали за меня. Меня туда отправили, можно сказать».
Обращение к жертве
В ходе общения с прессой Султанов попытался обратиться к потерпевшей. «Хотел бы извиниться... в содеянном. Я долго думал и действительно раскаиваюсь. Даже вспоминать не хочется... Мне очень жаль», — сказал он. Эти слова прозвучали на фоне эмоционального выступления самой Ирины Шевырёвой днём ранее, когда она просила суд отпустить её свекра, Станислава Шевырева, категорически отрицая его причастность.
Адвокат подсудимого Юлия Никулина, несмотря на признание вины клиентом, просила суд избрать более мягкую меру пресечения. В качестве аргументов она приводила положительные характеристики с места работы и жительства, отсутствие судимостей и явку с повинной. «Он согласился с предъявленным обвинением и, уже до того как был допрошен, рассказал о событиях», — отметила защитница.
Семейная драма
Следствие считает, что Султанов действовал не в одиночку, а в составе преступной группы, куда, помимо него, входили сотрудники компании «Волга-Автодор» и родственники потерпевшей. По версии обвинения, группа, включая свекра и мужа Ирины, Станислава и Ивана Шевыревых, а также начальника службы безопасности Андрея Черкасина, разработала план убийства. Покушение 14 октября у гимназии №94 не удалось лишь благодаря активному сопротивлению самой Шевырёвой.
Как ранее писал «АиФ-Казань», парадоксальность ситуации в том, что сама жертва преступления выступает в защиту основных подозреваемых — своего мужа и свекра. Это создаёт уникальную коллизию и ставит перед следствием сложнейшую задачу по установлению истинных мотивов и заказчиков, если таковые были.
Решение суда оставить Рафиса Султанова в СИЗО, несмотря на его раскаяние и сотрудничество со следствием, выглядит логичным с точки зрения ведения расследования. Он — ключевой свидетель и предполагаемый исполнитель, чьи показания могут быть ключевыми для установления всей цепочки. Его изоляция минимизирует риски давления на него или согласования показаний с другими фигурантами.
Однако его рассказ о принуждении добавляет новую интригу в и без того запутанное дело. Кто эти люди, которые «кнутом и пряником» заставляли его идти на преступление? Как его история соотносится с версией следствия о заказчиках из семьи Шевыревых, в невиновность которых верит сама пострадавшая? Ответы на эти вопросы предстоит найти в течение двух месяцев, которые Султанов проведёт под стражей. Пока же ясно одно — драма, развернувшаяся вокруг известной казанской семьи, приобретает всё новые, всё более мрачные оттенки.