— Как он мог так со мной поступить?! Я же всю себя ему отдала. Карьеру похоронила, чтобы борщи варить. Двоих детей выносила, а он, паразит, променял меня на какую-то крашеную девку! — Марина уткнулась лицом в плечо подруги, размазывая тушь по щекам.
Жанна сидела рядом на продавленном диване и гладила её по спине. На тесной кухоньке пахло остывшим кофе и сигаретами — подруга курила у открытой форточки, плевать ей было на декабрьский мороз.
— А ты что думала, они все такие, — Жанна только подливала масла в огонь. — Стоит отвернуться — уже на сторону глазеют! Ты с кастрюлями возишься, а он молоденьких высматривает. Таких историй — вагон и маленькая тележка. Природа у них такая, мужицкая, ничего тут не сделаешь…
Уж она-то знала, о чём говорила: два развода за плечами, и оба раза муж сбегал к другой. Но Жанна не унывала — верила, что где-то бродит её единственный, настоящий и верный.
— Только на секунду расслабишься — и уведут. Никакие котлеты домашние не спасут! — не унималась она.
Марина слушала молча, глядя в одну точку. За окном валил мокрый снег, налипал на стекло грязными хлопьями. В голове билось одно: что она сделала не так? В чём виновата?
Старалась же. Угождала во всём. Может, в этом и ошиблась — растворилась целиком в человеке, который того не стоил.
Вот так откровенничать им удавалось нечасто. Дети, работа, бытовуха — всё время куда-то улетает. Но для обеих эти посиделки были вроде глотка воздуха — выговориться, сбросить камень с души. Кто лучше поймёт женщину, чем такая же баба?
С Антоном Марина познакомилась ещё в школе — учились в параллельных классах.
Высокий, темноволосый, с насмешливыми глазами — он далеко не сразу заметил тихую угловатую Марину, которая из кожи вон лезла, чтобы понравиться. Вокруг него вечно крутились девчонки поярче, побойчее.
Их стремительная свадьба сразу после выпускного всех удивила. Ну что может быть общего у такого видного парня и невзрачной Марины, которая теряется на любом фоне?
Но сначала родился один ребёнок, потом второй — и все убедились: этот странный союз оказался на удивление прочным.
Только через несколько лет Антону стало тесно в семейной жизни. Его всё чаще видели в обществе посторонних женщин — «доброжелатели» тут же донесли молодой жене.
— Заставь его поревновать! — советовала Жанна, прихлёбывая кофе из щербатой чашки. — Заведи кого-нибудь на стороне! Пусть увидит, что ты тоже кому-то нужна и что он у тебя не единственный свет в окошке.
Она-то точно понимала, как привлечь мужское внимание. При двух разводах Жанна оставалась яркой бабой — рыжие волосы, острые скулы, хриплый смех. Мужики на неё оглядывались.
«Может, правда стоит послушать?» — думала обиженная жена, вертя в пальцах салфетку.
Только где взять подходящего кандидата? Кого-то, кто согласится сыграть роль ухажёра? По-настоящему изменять мужу Марина не собиралась — не из той она породы.
— Слушай, давай я Дениса попрошу! — вдруг предложила подруга.
Имелся в виду её нынешний ухажёр — спокойный добродушный парень, который наверняка согласится подыграть.
— А это нормально вообще? — засомневалась Марина. Потёрла виски — голова начинала гудеть. — Ты сама с ним без году неделя, а уже втягиваешь в такое...
— Да ладно тебе! Ради меня он на всё пойдёт, он у меня вот где, — Жанна затушила сигарету в пепельнице.
Вся эта затея Марине не нравилась. Что-то фальшивое в ней было, неправильное. Но она согласилась — терять уже нечего.
Антон с каждым днём отдалялся. Приходил поздно, отвечал сквозь зубы, смотрел мимо неё, будто она стала невидимкой.
Вряд ли эта комедия поможет, но вдруг сработает?
План был простой: разыграть сцену измены. Марина должна оказаться в объятиях Дениса ровно в тот момент, когда муж вернётся с работы. Всё у них дома.
В назначенный день Марину трясло. Трижды переодевалась, потом плюнула и осталась в сером свитере. Да какая разница.
Денис явился минута в минуту. Невысокий, русоволосый, с мягким взглядом карих глаз. От него тянуло морозом и чем-то древесным — то ли одеколон, то ли просто зима въелась.
— Не переживайте, — сказал негромко, заметив её напряжение. — Всё получится.
Марина вдруг почувствовала, что верит ему. Было в этом человеке что-то надёжное, основательное.
Когда он осторожно обнял её — по сценарию — она неожиданно не отстранилась. Руки у него были тёплые, а прикосновение — бережное, почти невесомое. Мелькнула мысль: Антон никогда так не обнимал. Даже в первые годы.
— Это что за цирк?! — раздалось от двери.
Антон стоял на пороге в расстёгнутой куртке. Лицо побелело, на скулах заходили желваки.
— Да успокойся ты! — Жанна выскочила из кухни, где отсиживалась. — Мы зашли поздравить вас с Новым годом, уже уходим. Праздничные обнимашки, ничего такого. На себя лучше посмотри!
Но Антон разозлился. Впервые за много месяцев Марина увидела в его глазах что-то живое — пусть злость, но хоть не равнодушие.
Больше всего его задело, что жена даже не попыталась отстраниться. Стоит перед ним какая-то другая — раскрасневшаяся, взволнованная. Красивая.
— Совсем стыд потеряла! — начал он.
И тут Марину прорвало. Сама не ожидала — слова хлынули сами:
— Ты ещё смеешь меня упрекать?! Когда весь город знает, с кем ты вечера проводишь! Думаешь, мне не рассказывали? Я всё знаю, слышишь?! Больше терпеть не буду!
Голос дрожал, но она не останавливалась. Быстро собрала детей, покидала в сумку самое необходимое и вышла, хлопнув дверью.
На улице мела позёмка. Старший сын молча тащил рюкзачок, младшая дочка хныкала — не понимала, что происходит. Марина шла, глотая ледяной воздух, и чувствовала странное облегчение. Словно сбросила с плеч что-то тяжёлое, что давило годами.
Переехала к матери — в маленькую двушку на окраине. Устроилась на работу, потихоньку выстраивала новую жизнь.
Шли недели, боль притуплялась. Обида на Антона никуда не делась, но перестала жечь изнутри. Он не появлялся, денег на детей не давал — будто вычеркнул их из памяти. Наслаждался свободой.
На день рождения Марина позвала только Жанну. Та обещала прийти вместе с Денисом.
Но на пороге появился он один — с огромным букетом бордовых роз. Щёки горели от мороза, на воротнике пальто таял снег.
— Жанна приболела, — сказал, слегка смущаясь. — Просила поздравить от её имени.
— Проходите, конечно. — Марина посторонилась, пропуская его в тесную прихожую. — Очень рада.
И правда была рада. Сердце вдруг забилось чаще — она с удивлением поняла, что ей приятно его видеть. По-настоящему приятно.
Весь вечер проговорили, не замечая времени. Он рассказывал о работе — реставрировал старую мебель, — она слушала и думала: надо же, какой интересный человек. И чего Жанна вечно жаловалась, что с ним скучно?
Дети тоже к нему потянулись. Сын притащил показать рисунки, дочка забралась на колени. Соскучились по мужскому вниманию — отец-то их не баловал даже когда жил дома.
Пора было прощаться. Дети уже клевали носом, давно следовало их уложить. Но расставаться не хотелось — ни ей, ни ему.
Уже в дверях Денис замялся, явно подыскивая повод увидеться снова. Взгляд его упал на сломанный детский велосипед в углу — погнутое колесо, слетевшая цепь.
— Я мог бы починить, — сказал он. — Если разрешите, загляну на днях.
— Конечно, — Марина улыбнулась.
Он приходил снова и снова. Починил велосипед, потом кран на кухне, потом расшатавшуюся дверцу шкафа. Марине было тепло от его заботы, от того, как естественно он вписался в их маленький мир.
Но она помнила: Денис — парень Жанны. Её лучшей подруги. Нельзя так поступать. Надо прекратить эти встречи, пока не поздно.
А потом позвонила Жанна.
— Слушай, я тебе должна кое-что сказать! — затараторила в трубку. — Я, кажется, влюбилась! По-настоящему!
Марина замерла.
— Дениса мне, конечно, жалко, он хороший. Надёжный, серьёзный. Но понимаешь, мне с ним как-то пресно. Хочу, чтобы искры летели, чтобы голова кружилась! А с ним — тишина.
Жанна перевела дух:
— У нас на работе новенький появился, Максим. Такой заводной, энергичный! Вот он мне точно подходит.
Марина молчала, боясь поверить.
— Слушай, а давай вы с Денисом встретитесь? — продолжала подруга. — Я же видела, как он на тебя смотрел тогда, в Новый год. Сходите куда-нибудь, я вас как бы случайно застану и устрою сцену ревности. Будет повод его бросить. Ну пожалуйста! Я же тебе тогда помогала, помнишь?
Марина повесила трубку и долго сидела неподвижно. За окном темнело. Дети возились в соседней комнате.
Денис свободен. Свободен.
Всё сложилось лучше, чем она могла представить. Неугомонная Жанна нашла своё счастье с темпераментным Максимом — они отлично подошли друг другу. А Марина готовилась к свадьбе с тихим, терпеливым Денисом, который смотрел на неё так, будто она была самым ценным на свете.
На свадьбе Жанна подсела к невесте и шепнула, хитро улыбаясь:
— Береги его. Хороший мужик, таких мало.
Марина сжала её руку:
— Спасибо тебе.
— За что?
— За всё. За тот дурацкий план. За то, что привела его тогда.
Жанна рассмеялась:
— Ну, я же говорила — для подруги ничего не жалко!
За окном банкетного зала падал снег. Денис сидел рядом, его ладонь накрывала её руку — тёплая, надёжная. Марина подумала, что иногда жизнь выводит к счастью самыми кривыми дорогами. Главное — не побояться шагнуть в неизвестность.