История Таврии обычно всплывает как пример автомобиля с хорошей идеей, но слабой реализацией. Разработанная на запорожском «Коммунаре», она сильно отличалась от прежних «Запорожцев». Невысокая трёхдверка с передним приводом и узнаваемыми линиями кузова выглядела почти европеец — недаром многие сравнивали её силуэт с тогдашней звездой — ВАЗ-2108.
Но потенциалу машины так и не дали раскрыться: мотор откровенно не хватал звёзд с неба, а качество сборки оставляло желать лучшего. Она была живой, лёгкой на ходу, перспективной — но родилась в неудачное время.
Когда всё шло не по плану
Первые годы этой машины и её производных — пятидверной «Даны» и позже проработанной «Славуты» — пришлись на самый провальный момент: развал Союза, засуха денег и фактическая остановка производства.
Завод пытался выжать максимум из старой конструкции почти восемь лет, хотя всем было ясно: тягаться с растущим потоком импортных машин она уже не может.
Единственный шанс — найти сильного иностранного партнёра, который принесёт технологии и деньги. И среди всех возможных вариантов откликнулась только южнокорейская Daewoo — фирма тогда в СССР почти неизвестная, но имеющая поддержку настоящего гиганта — General Motors.
Вторая жизнь: появление «Таврии Новой»
После создания совместного предприятия «АвтоЗАЗ-Дэу» корейские специалисты приступили к быстрому «реанимированию» модели. Пока шла реконструкция завода и подготовка площадок под будущие Ланосы, Сэнсы и Нексии, инженеры пытались улучшить то, что уже было в наличии.
И буквально за год появился обновлённый вариант — «Таврия Нова». Машину задумали как максимально доступную, но при этом лишённую детских болезней оригинала. И ставка сработала: купить новенькую Таврию могли те, кому ВАЗ-2109 или даже «восьмёрка» были уже не по карману.
Что именно изменили корейцы
Корейцы не стали изобретать чудеса — они сделали то, чего Таврии всегда не хватало: нормальный контроль качества.
На заводе:
- заменили прессовое и часть сварочного оборудования,
- обновили покрасочный цех,
- привезли новые материалы и внедрили строгий запрет на «некондицию».
Под нож пошли дешёвые патрубки, слабая пайка радиаторов, проводка, лампы, контакты — всё то, что подводило старую Таврию.
После обновления машина наконец стала соответствовать изначальным инженерным расчётам минимум на 80–85%.
Даже снаружи это было заметно: лакокрасочное покрытие перестало облезать, щели и зазоры уменьшились почти вдвое.
В салоне тоже стало приятнее. Советский интерьер с огромной «торпедой» уступил место более компактной панели, кресла стали эргономичнее, свободного пространства прибавилось.
Новый мотор — новая динамика
Без модернизации двигателя никакие улучшения интерьера не спасли бы ситуацию. Старый мотор был слабым.
Сначала появилась версия МеМЗ-2457 с увеличенным рабочим объёмом, потом — МеМЗ-301 с распределённым впрыском топлива. Эти силовые агрегаты фактически сделали Таврию другой машиной.
Подвеску тоже переработали — валкость ушла, поведение стало предсказуемым, а расход топлива при аккуратной езде держался в пределах 5 литров.
Цена, которая решила всё
Менеджеры Daewoo занялись оптимизацией производства так жёстко, что даже сегодня можно только догадываться, какой объём «лишних расходов» был выкорчеван.
В результате Таврия Нова вышла на рынок примерно за 4 тысячи долларов.
Для сравнения:
- «классические» Жигули тогда стоили около 5 тысяч,
- Самары начинались от 7 тысяч.
Неудивительно, что продажи обновлённой Таврии пошли в гору. К 1998-му рассчитывали выпускать до 70 тысяч машин в год — огромный объём для ЗАЗа.
Но всё снова пошло наперекосяк
Корейский сценарий рухнул почти мгновенно — дефолт 1998 года, финансовые проблемы самой Daewoo, и поставки комплектующих просто остановились. Производство пришлось резко сокращать.
Последняя перестройка
Завод всё же сумел пережить очередной кризис: за несколько лет переоснастился, сосредоточился на выпуске более дешёвой Славуты и постепенно отказался от более дорогой Таврии Новой.
Цена Славуты к 2001 году опустилась до 2800 долларов — и эта модель удержалась на конвейере до 2011 года. Остановили её не из-за того, что она перестала быть нужна — просто мощности требовались для расширения сборки Сэнса и Ланоса.