План предварить вторжение Германии в Скандинавию и оккупировать шведские рудные месторождения был слишком амбициозным, чтобы иметь хоть какую-то реальную перспективу успеха.
Англо-французский Высший военный совет дал зеленую улицу плану операции "Стратфорд" уже на парижской встрече 5 февраля 1940 г., когда намерения Германии в отношении Скандинавии стали уже очевидны. План предполагал размещение в центральной части Швеции 100.000 солдат, полностью оснащенных вооружением и снабженных всем, что могло им понадобится при вторжении нацистов. За этим планом стоял Черчилль, как и за многими другими операциями, в ходе которых Союзники обманули сами себя: его безоглядная уверенность в возможности сделать все очень часто заканчивалось тем, что они оказывались бессильны сделать хоть что-то.
Военные игры Уинстона
Даже оглядываясь назад и зная, что (в конце концов через пять лет) он победил, легко убедиться: оптимизм, который он демонстрировал во время самых тяжелых для Союзников часов, сам приводил к неудачам. Говорят, что генералы терпят неудачи из-за того, что они пытаются вести прошлую войну. Черчилль не стеснялся повторно пытаться реализовать те идеи, которые он вынашивал в бытность свою Первым лордом Адмиралтейства в 1914-1915 гг. Его упрямство на этом посту привело к катастрофическому результату - провалу при Галлиполи, и теперь он предлагал операции, очень походившие на эхо того предприятия. Он настаивал, что ключевое значение имеют военно-морские силы:
"Как в 1915 г., главный вопрос для 1940 г. заключается в том, как и каким образом военно-морской флот может за счет своего превосходства в силах сократить войну".
Он продолжал рассматривать варианты, которые у него вряд ли были:
"Если мне придется выбирать между распространением военных действий на Скандинавию или на Балканы, я бы в любом случае предпочел первый вариант. Она ближе к нам, более пригодна для операций военно-морских сил (которые могут также действовать совместно с авиацией на Балтике). Самой Германии чтобы добраться до Скандинавии, придется пересечь море. Кроме того, скандинавы настоящие мужчины, которых хорошо иметь союзниками".
Отвлекающий удар в скандинавии?
Даже если Британия и подвергавшаяся тяжелому давлению Франция могли бы выставить достаточно людских ресурсов и справится с проблемами снабжения, а это очень большой вопрос, трудно понять, как можно оправдать направление столь больших усилий в театр, всегда наиболее вероятно остававшийся на периферии конфликта. В более поздние годы Черчилль раздражал американцев своим неувядающим инстинктом выбирать непрямой подход - своим предложением в 1942 г., чтобы Союзники шли к Германии через "мягкое подбрюшье" Европы, а не атаковали непосредственно через Францию. Он предпочитал стратегию, которую он любил уподоблять затягиванию петли на шее противника. Это яркий образ, но он говорит о человеке, который не думает в терминах быстрой победы. Конечно, он был необычным человеком во многих отношениях, но прежде всего в этом странном сочетании самоуверенного энтузиазма и выбора тщательно разработанного обходного пути.
В конце концов события обогнали планы Союзников, и Черчилль был сначала вынужден сократить масштаб своих планов операции "Стратфорд", а за тем потихоньку просто забыть о них. Но Скандинавия сохраняла свое значение: она никогда не была чем-то несущественным. По меньшей мере как источник ресурсов для Рейха она оставалась ценным призом и продолжала занимать место в расчетов Союзников.