Кратко об ордене :
Орден тамплиеров возник в 1119 году, когда несколько рыцарей решили посвятить себя защите паломников в Святой Земле. Приняв белый плащ с красным крестом, каждый из них давал три обета, которые определяли всю его дальнейшую жизнь.
Он отказывался от имущества, живя в бедности и полном доверии к ордену. Он принимал обет целомудрия, отрекаясь от семьи ради служения Богу. И он давал обет послушания, подчиняясь уставу и воле магистра так же строго, как военный — приказу командира.
Так рождался рыцарь-тамплиер — воин и монах одновременно, человек строгого долга, чья сила была в дисциплине, единстве и полной верности своему делу и Богу.
Теперь переместимся на пару веков вперед
В начале XIV века Королевство Франции переживало тяжёлые времена: войны, расходы, пустая казна. Король Франции Филипп IV по прозвищу "Красивый" был должен многим, но самым крупным кредитором был Орден Храма — могучее братство рыцарей-тамплиеров. Эти воины в белых плащах с красным крестом начинали как стражи паломников, но за два столетия превратились в настоящую международную силу, обладавшую землями, флотами, замками, деньгами и собственными законами.
Филипп терпеть не мог долгов, но ещё сильнее он не мог терпеть власти, которая не подчиняется ему. А орден подчинялся только Папе. Их независимость раздражала короля, и постепенно в его голове созрел план — дерзкий, опасный и, главное, крайне выгодный.
Осенью 1307 года Париж жил обычной жизнью: ремесленники открывали лавки, монахи расходились по молитвам, даже рыцари-тамплиеры чувствовали себя спокойно. Их великий магистр Жак де Моле, человек преклонного возраста, благородного и упрямого, находился в столице и вёл переговоры с королём.
Но в ночь на 13 октября всё изменилось. На рассвете солдаты вошли во все командорства ордена. Двери выламывали, братьев поднимали с постелей, связывали, зачитывали приказ о немедленном аресте. Многие не понимали, что происходит, другие пытались протестовать, но сопротивляться королевской воле было невозможно. Им предъявили невероятные обвинения: ересь, отрицание Христа, оргии, плевки на крест, поклонение идолу Бафомету.
Эти обвинения были ложью, но в них верить и не требовалось. Допросы шли по всей стране, и большинство признаний добывали пытками. Крики, раскалённое железо, выкрученные суставы — всё это становилось инструментом политической игры. Под давлением ломались даже самые стойкие.
Жак де Моле долго держался, но, измученный пытками, он тоже подписал признание. Потом он откажется от него — и это станет его приговором.
Королю теперь нужно было заставить Папу — Климента V — распустить орден. Папа сопротивлялся, сомневался, созывал комиссии, но документы с признаниями, добытыми палачами Филиппа, делали своё дело. В 1312 году Климент издаст буллу "Vox in excelso" — и Орден Храма перестанет существовать.
И всё же трагедия была не завершена. В 1314 году Жака де Моле и нескольких старших рыцарей вывели на остров Сите, в самом сердце Парижа. Толпа шумела, ожидая покаяния, но магистр, вместо того чтобы повторить признание, громко заявил о невиновности ордена. Он отверг всё, подписанное под пытками. Тем самым он подписал себе смертный приговор.
Его и его товарищей привязали к столбам и сожгли заживо. Говорят, что стоя на костре, он проклял короля и Папу, и в течение года оба умерли — легенда, которую любят повторять историки и романисты.
После падения ордена по Европе разошлись слухи о его сокровищах, тайных архивах, спрятанных кораблях. До сих пор спорят, исчезло ли что-то ценное из Парижского хранилища или король всё получил. Отсутствие доказательств только породило мифы — о Святом Граале, о проклятии династии Капетингов, о тайных преемниках ордена и о том, что часть его братьев ушла в подполье, став основой масонства.
Сегодня невозможно пройти мимо этих легенд: тамплиеры стали символом тайного знания, героизма и трагической гибели, в которой реальная политика переплелась с мистикой. Но если отбросить легенды, останется одна простая, человеческая история: могущество привлекает зависть, богатство — алчных, а независимость — тех, кто хочет управлять всем вокруг. И когда эти три силы сталкиваются, даже самый сильный орден оказывается беззащитным.