Найти в Дзене

Дом для сердца. Глава 8. Дом, который мы строим

«Стены, которые мы строим, чтобы защититься от боли, к сожалению, не пропускают и тепло. Иногда нужно, чтобы кто-то снаружи просто постучал». Дом Элены Андреевны находился в тихом микрорайоне на окраине города, где кончались многоэтажки и начинались частные дома с небольшими участками земли. Артём никогда здесь не был. Когда папа привез его в субботу утром, он смотрел в окно и чувствовал, как его нервозность растёт. «Ты волнуешься?» — спросил папа, припарковав машину. «Немного, — признал Артём. — Я не знаю, что ожидать». «Ожидай того, что ты помог кому-то. Что ты изменил чью-то жизнь. Это достаточно большая вещь». Папа остался в машине, дав Артёму пространство для этого визита. Артём вышел и посмотрел на дом. Это был небольшой коттедж, белый, с красной крышей и палисадником, в котором росли цветы. На крыльце стояла деревянная скамейка, и рядом с ней лежала Рунечка. Когда Рунечка увидела Артёма, она вскочила на ноги и бросилась к нему, лаяла, прыгала, вертела хвостом так быстро, что ка
«Стены, которые мы строим, чтобы защититься от боли, к сожалению, не пропускают и тепло. Иногда нужно, чтобы кто-то снаружи просто постучал».

Дом Элены Андреевны находился в тихом микрорайоне на окраине города, где кончались многоэтажки и начинались частные дома с небольшими участками земли. Артём никогда здесь не был. Когда папа привез его в субботу утром, он смотрел в окно и чувствовал, как его нервозность растёт.

«Ты волнуешься?» — спросил папа, припарковав машину.

«Немного, — признал Артём. — Я не знаю, что ожидать».

«Ожидай того, что ты помог кому-то. Что ты изменил чью-то жизнь. Это достаточно большая вещь».

Папа остался в машине, дав Артёму пространство для этого визита. Артём вышел и посмотрел на дом. Это был небольшой коттедж, белый, с красной крышей и палисадником, в котором росли цветы. На крыльце стояла деревянная скамейка, и рядом с ней лежала Рунечка.

Когда Рунечка увидела Артёма, она вскочила на ноги и бросилась к нему, лаяла, прыгала, вертела хвостом так быстро, что казалось, что её хвост вот-вот отлетит. Она была счастлива. Настоящая, истинная, несомненная счастлива.

«Привет, красавица, — сказал Артём, гладя её и смеясь, когда она лизала его лицо. — Ты выглядишь так счастливо».

«Она говорит об тебе каждый день, — услышал Артём голос Элены.

Элена стояла в дверях дома, улыбалась, и в её глазах были слёзы. Она была одета в удобную одежду дома — свободный свитер и джинсы, и выглядела более расслабленной, чем когда Артём видел её в его доме.

«Входи, пожалуйста. Я приготовила кое-что к обеду».

Дом внутри был теплым и уютным. На стенах висели фотографии — Рунечки в разных возрастах, Элены с друзьями, картины, которые выглядели как они выбирались с любовью и мыслью.

В гостиной было удобное, живое пространство. На полу лежала новая лежанка для собаки, большая и мягкая, с игрушками рядом. На столе были фотографии Рун и Артёма, которые Элена, похоже, распечатала из его поста в социальных сетях.

«Я хотела, чтобы она помнила тебя, — объяснила Элена, видя выражение его лица. — Даже если ты не приходишь ко мне каждый день, я хочу, чтобы твой образ был вокруг неё. Чтобы она знала, что у неё есть люди, которые заботят, кроме меня».

Они ели обед в кухне — суп с хлебом и салат. Рунечка лежала под столом, её голова на ногах Артёма. Элена рассказала ему о своей жизни, о которой он ничего не знал раньше.

«Я жила одна много лет, — сказала она. — После того как мой муж умер. Я работала, приходила домой, кормила кошку, смотрела телевизор. Жизнь была... правильной, но пустой. Я не была несчастлива, но я также не была счастлива».

Она взяла чашку чая и посмотрела в окно.

«Когда я взяла Рун, это было импульсивно. Я видела её в приюте, и что-то во мне сказало, что нам нужно быть вместе. Мой муж всегда говорил, что собака даст мне цель. Он был прав. Рун дала мне причину просыпаться по утрам, не просто существовать, а жить».

«А потом вы её потеряли, — сказал Артём.

«Да. Это была ужаснейшая боль в моей жизни. Я думала, что больше не смогу её найти. Я думала, что я потеряла смысл своей жизни снова».

Элена положила чашку на стол и посмотрела на Артёма.

«Но потом ты появился. Мальчик, которого я даже не знала, взял мою собаку и позаботился о ней. Не потому что это был твой долг. Не потому что я тебя просила. А потому что ты увидел страдание и выбрал помочь. Ты знаешь, что это значит?»

Артём качал головой.

«Это значит, что в этом мире, в этом жестоком, холодном мире, есть люди, которые всё ещё способны на доброту. Люди, которые всё ещё верят, что одна жизнь может изменить другую. Ты изменил мою жизнь, Артём. Ты не только спас Рун. Ты спас меня».

После обеда они пошли гулять в маленький сад позади дома. Там была тропинка, которая вела в небольшой лесок. Рунечка бежала впереди, периодически оглядываясь, чтобы убедиться, что они всё ещё там.

«Рун любит эту дорогу, — сказала Элена. — Она бегает здесь каждый день, и я вижу, как она становится сильнее, здоровее, счастливее. Потребовалось ей некоторое время, чтобы привыкнуть к новой обстановке. Но теперь это её дом».

Они шли в молчании, и Артём наслаждался звуками природы — птицы, ветер в листьях, стук когтей Рунечки по земле.

«Я хочу рассказать тебе кое-что, — сказала Элена, останавливаясь на маленькой поляне. — Кое-что личное. Если ты не хочешь слушать, я пойму».

«Я хочу слушать, — сказал Артём.

«Когда мой муж умер, я думала, что мир кончился. Что я не смогу быть счастливой снова. Я прошла через скорбь, через депрессию, через отрицание. И в какой-то момент я просто... сдалась. Я подумала, что жизнь — это просто выживание, просто прохождение дней, жди конца».

Элена села на большой камень, и Артём сел рядом.

«Но потом я встретила Рун. И она научила меня, что даже после боли, даже после потери, можно снова начать жить. Животные — они не задумываются о том, что они потеряли. Они просто живут, здесь и сейчас, полностью и честно».

Рунечка подбежала к ним и положила голову на колено Элены. Элена гладила её, и её глаза были влажными.

«Я думаю, что мы встретились неспроста. Ты, я, Рун. Может быть, вселенная связала нас вместе, потому что мы все нуждались друг в друге. Ты нуждался в ком-то, кого ты мог спасать, потому что твой собственный мир был разломан. Я нуждалась в том, чтобы кто-то показал мне, что я всё ещё способна любить, что я всё ещё имею цель. Рун нуждалась в доме, в семье, в любви».

Артём чувствовал, как его горло сжимается от эмоций.

«Я не знала, что моя жизнь такая грустная, — признался он. — Я думал, что я её скрывал хорошо. Что я был сильным».

«Ты был сильным, — сказала Элена. — Но сила не означает, что ты не испытываешь боль. Сила означает, что ты переживаешь боль и продолжаешь двигаться дальше. Ты продолжал двигаться дальше, Артём. Даже когда было трудно, ты находил причину помогать другим. Это настоящая сила».

Когда они вернулись к дому, папа уже вышел из машины и смотрел на сад с выражением интереса.

«Красивый дом, — сказал он Элене.

«Спасибо, — ответила она. — Это был дом моего мужа и моего. Теперь это дом Рун и мой. И этот парень здесь показал мне, что дом — это не просто место. Это люди и животные, которые ты любишь».

Папа посмотрел на Артёма с выражением гордости.

Когда они уходили, Рунечка сопровождала их до машины. Артём обнял её в последний раз.

«Я приду снова, — пообещал он. — Каждый выходной, если смогу. Ты моя девочка, всегда».

Рунечка лизнула его лицо, и Артём почувствовал, как слёзы текут по его щекам.

По дороге домой папа спросил:

«Ты хорошо?»

«Да, — ответил Артём. — Я просто... я понял кое-что. Элена потеряла своего мужа, и она одна. Она была одна долгое время. И я, Маша, мама — мы тоже одни, по-своему. Мы разломаны, разделены, но мы не одни, потому что у нас есть друг друг. У нас есть Рунечка. У нас есть люди вокруг нас, которые заботят».

Папа кивнул.

«Это очень мудро. И это правда. Ты не видишь, как ты вырос?»

Когда Артём вернулся домой, мама и Маша уже готовили ужин. Дом пахнул едой, смехом, жизнью.

«Как прошло? — спросила мама.

«Хорошо, — ответил Артём, и он улыбался. — Рун счастлива. Элена счастлива. И я... я думаю, что я тоже счастлив».

Маша обняла его.

«Я рада, что ты счастлив, Тёма, — сказала она. — Дом снова чувствует как дом».

Той ночью Артём открыл ноутбук и начал писать. Не в своем дневнике, а пост в группе «Спасайте лапы». Это был длинный пост, в котором он рассказал всю историю. О том, как он нашёл Рун в переулке, как он её спасал, как он её отпустил. О том, как через спасение собаки он спасал свою семью, спасал себя, спасал человека, который жил в одиночестве и думал, что её жизнь кончилась.

Он написал: «Мы часто думаем, что спасение — это большой, драматичный акт. Но я узнал, что спасение — это маленькие вещи. Кормление голодного существа. Дать руку потерянному. Показать любовь тому, кто забыл, как её чувствовать. Каждый из вас в этой группе — спасатель. Вы спасаете животных. Но, спасая их, вы спасаете людей. Вы спасаете части самих себя. Благодарю вас за то, что вы показали мне, что мир полон добра, полон людей, которые верят, что одна жизнь может изменить другую».

Комментарии пришли мгновенно. Люди писали о своих историях спасения, о том, как животные изменили их жизни, о том, как они тоже были потеряны, пока они не нашли цель в спасении.

Ольга написала: «Артём, ты молодец. Ты показал, что есть надежда. Что даже в тёмные времена мы можем находить людей и животных, которые светят для нас. Продолжай писать. Продолжай фотографировать. Твоя история может спасти кого-то ещё».

Артём прошёл в гостиную, где мама и Маша смотрели фильм. Дед Павел спал в кресле, его голова склонилась на грудь.

«Мама, — сказал Артём, сидя рядом с ней. — Я хочу помочь Ольге в её работе. В приюте. Я хочу помогать спасать животных. Я думаю, что это моё призвание».

Мама посмотрела на сына и улыбнулась.

«Я знаю, что это будет, — сказала она. — Я вижу это в тебе. Ты рожден для того, чтобы помогать».

На следующий день Артём написал Ольге сообщение, предложив помогать в приюте на выходных. Ольга ответила радостно, что они вас нужны, что есть много собак, кошек, других животных, которые нуждаются в заботе.

И Артём понял, что его жизнь уже не была просто про выживание, про существование в разломанной семье. Его жизнь была про цель. Про помощь. Про спасение.

Потому что спасение — это не конец истории. Это начало.