Потихонечку, шаг за шагом, Роман вышел из коварного ущелья, свернул резко направо, чтобы уйти из поля зрения хищника. Так сказать, чтобы глаза ему не мозолить. Пройдя примерно с километр, он понял, что идёт по старому руслу высохшей реки. Надо сказать, что река эта в своё время была очень широкой и полноводной. Во всяком случае до противоположного берега было примерно метров пятьсот, а в некоторых местах и того больше. Почему река высохла или просто ушла из старого русла Роман выяснять не стал. Надо было искать место с пологим склоном, чтобы выбраться из этой природной ловушки. Почему ловушки? А потому что он сейчас был со всех сторон, как на ладони. По идее надо было поднимать в воздух наблюдательный дрон, хотя бы для того, чтобы, как говорится, не жечь топливо понапрасну. Точнее энергию высокоёмкостных батарей. Реактором можно было воспользоваться только при переброске из одного временного периода в другой.
Он не успел. Атака была неожиданной и явно не с того ракурса, откуда её вообще в это время можно было ожидать. Трицератопс был обстрелян с воздуха. Огромного размера, метров пятнадцать в размахе крыльев, страшнющего вида птерозавр выпустил по танку короткую очередь из двух крыльевых пушек. Как бы не абсурдно это звучало, но это факт! Просвистев на десятиметровой высоте это страшилище, боевым разворотом с набором высоты начало выходить на новую атаку. Судя по скорости набора высоты, учитывая, что при этом он ни разу не взмахнул своими здоровенными крыльями, можно было сделать вывод, что на нём стоят весьма оборотистые реактивные движки. Все эти мелкие нюансы Роман отмечал чисто автоматически, между делом! Восхищаться или пугаться, или паниковать у него времени не было.
При всём своём великолепии, танк не был предназначен для боя с воздушным противником, угол подъёма пушек был невелик. Роман загнал трицератопса передними лапами на склон или, вернее говоря, на берег, но не перпендикулярно этому берегу, а под самым большим углом, почти по касательной... на грани опрокидывания танка на бок. И в самый последний момент успел поймать в прицел атакующий самолёт. Задранные вверх лобовые пушки трицератопса рявкнули залпом! Движки птерозавра кашлянули, захлебнулись и с нарастающим воем понесли железную птичку по нисходящей к земле. Вдруг раздался громкий хлопок и высоко над падающим самолётом раскрылся темно-зелёный купол парашюта.
Разглядывать красоту приземления парашютиста было некогда! Роман аккуратно дал заднюю скорость и развернувшись практически на месте побежал в сторону предполагаемого приземления летчика. Очень хотелось ему узнать причину столь враждебного отношения к совершенно незнакомому человеку. И ещё хотел поинтересоваться откуда в древнем мире вдруг появились столь продвинутые технологии?... Уж не пришельцы ли из далёких галактик приложили здесь свою руку? Все эти мысли короткими очередями пролетали в голове Романа, когда он во все лопатки своего трицератопса нёсся за спускающимся с неба парашютистом. У него очень чесались кулаки! В предвкушении разборки с врагом, выскочил из танка. На бегу выхватил из кабуры пистолет... и убрал обратно. Парашют накрыл своего хозяина и он в нём запутался. Роман сел на землю, скрестив ноги. Достал пистолет и положил его рядом. В такой позе китайского философа, который ждёт, когда мимо проплывёт труп врага, стал ждать когда наконец его противник справится с непокорным парашютом.
Надежда, как говорится, не прошла мимо, наконец из складок парашютной ткани показалась одна рука, затем другая и, наконец, голова парашютиста. Оглядев туманным взором окрестности, взгляд остановился на Романе. Летчик опираясь на левую руку, правой стащил с головы шлемофон. По плечам рассыпались шикарные каштановые волны. "Вот только этого мне под занавес и не хватало!" - в сердцах подумал Роман. Незнакомка-противница, между тем, ткнулась носом в песок и больше не шевелилась. Когда он перевернул её на спину, заметил в комбинезоне на правом плече дырку. Пока сходил и принес перевязочный пакет, комбез был уже весь в крови.
Продолжение следует...