Директор Центра «Зотов» Дарья Филиппова рассказывает о истории музея и ретроспективе Владимира Татлина
В этом году культурный центр и конструктивное пространство «Зотов» в Москве празднует свое трехлетие. День рождения отмечают большой выставкой «Татлин. Конструкция мира» — первой за 30 лет ретроспективой художника в России. Дарья Филиппова рассказала о том, почему конструктивизм неисчерпаем, а Владимир Татлин — герой нашего времени.
Беседовала Елена Соломенцева
Вы помните первую выставку Центра «Зотов»? За что вы переживали больше всего?
Как можно такое забыть? Это была выставка «Конструктивизм. Начало» — очень логичная для открытия центра с нашей тематикой. Больше всего я переживала за то, чтобы это была выставка музейного уровня: высокого качества, с работами, которые зрители привыкли встречать в музейных пространствах.
Конечно, еще волновалась насчет стройности повествования. Объем информации был большой, задействовано два этажа, и куратору хотелось охватить вообще все. А это довольно сложно сделать так, чтобы выставка не ощущалась какой-то кашей.
Вначале мне казалось, что самое сложное — это выстроить долгосрочную выставочную программу центра, чтобы горизонт планирования был не менее двух лет. По факту оказалось, что главная задача — сформировать команду. У нас не было возможности взять какой-то готовый успешный коллектив, пришлось подбирать правильных для «Зотова» людей по крупицам.
Некоторые ваши выставки предлагают нетривиальные смысловые ракурсы: ольфакторный акцент «Красной Москвы», аналогии в искусстве «Русского невероятного»... Как вы выбираете темы?
Начинается все с накопления идей: из обсуждений с научным отделом, кураторами, партнерами, друзьями формируется лонг-лист возможных тем. Он проходит фильтр рационализации: соотносим с нашими потребностями и возможностями, распределяем в соответствии с наличием информационных поводов.
Хороший кейс — выставка «Любовь в авангарде». У нас проходил конкурс грантов на исследовательские работы, победитель которого как-то упомянул в разговоре с нашим куратором, что материала у него по итогам набирается на целую выставку. Они объединили усилия — и получился проект о творчестве пары авангардистов Михаила Матюшина и Елены Гуро.
Сначала мы как бы варились в собственном соку — своими силами придумывали темы и воплощали их в выставках. Постепенно круг людей, которые приходят к нам с предложениями, стал расширяться.
Например, «Красная Москва» родилась из разговора одного из наших научных сотрудников со знакомой ольфакторной исследовательницей. Выяснилось, что есть научная работа о городских запахах как раз интересного нам периода 1920–1930-х. Постепенно история стала обрастать контекстом, добавились ракурсы — женский образ, история парфюмерии, городская среда. «Красная Москва» — хороший пример сочетания выставочного аттракциона с качественным научным подходом. Она, как мне кажется, показала, что развлекательный элемент не всегда ведет к бессмысленности: можно сделать так, что на выставке будет и информативно, и интересно.
Почему именно «Татлин. Конструкция мира» был выбран для празднования дня рождения «Зотова»?
Этот проект — классный подарок центра самому себе. Хотя Татлин конструктивистом себя не считал, его новаторские идеи в разных областях — от инженерии до дизайна,— безусловно, имеют прямое отношение к конструктивизму.
Татлин — совершенно наш герой, ключевая фигура для истории русского авангарда вообще и для 1920-х годов особенно. Его объекты — «Летатлина», башню «Памятник III Интернационала», контррельефы — знает весь мир. А по степени смелости его идеи не имеют себе равных. Да и вообще, все его творчество пронизано духом визионерства.
Сделать ретроспективу художника такого масштаба (более 220 экспонатов из 25 музеев и частных собраний.— Прим. ред.) впервые за 30 лет — огромная честь и ответственность для такой небольшой организации, как наша. В принципе это уже уровень федерального музея и новая высокая планка для «Зотова».
Наследие Татлина в очень небольших количествах представлено в Русском музее и в Третьяковке, но это, конечно, не полный объем. Ценность нашей выставки в том, что можно рассмотреть фигуру мастера со всех сторон (экспозиция разделена на семь разделов: «Плаватель», «Певец», «Управник», «Вестник», «Учитель», «Летатель» и «Делатель».— Прим. ред.). Понять и прочувствовать, как развивалось его творчество, его мысль — в том числе в последние годы жизни. Увидеть художника таким цельным образом позволяет не только выставка, но и книга, которую мы выпустили.
Про его орнитоптер и башню наверняка что-то знают почти все, а вот поздняя живопись Татлина, представленная на выставке, для многих стала откровением. В кулуарах я слышала сравнения даже со стилем Ван Гога. Это, конечно, вряд ли, но фигура художника и правда предстает разносторонней и часто с неожиданных ракурсов. Насколько такой герой сейчас актуален?
Мне кажется, что Татлин — максимально современный герой. Он человек абсолютно визионерского склада, в котором было все, что так ценится в наше время: созидательная фантазия, способность воплощать в жизнь новаторские идеи, доносить свое видение мира до людей.
Еще и «универсальный человек» в терминах Ренессанса: и художник, и инженер, и дизайнер, и архитектор, который интересовался также театром и поэзией. В таком контексте часто упоминают Леонардо да Винчи, который и аппарат летательный собирал, и картины писал, и строение тела человека изучал… Но на самом деле таких людей немало. У нас был свой Леонардо, и не один.
Особенно много как раз в 1920–1930-х. Тот же Яков Чернихов…
Да, архитекторы вроде Ивана Леонидова, братьев Весниных. Многие их визионерские идеи получают воплощение только сейчас.
История конкретно Татлина интересна и с человеческой, и с профессиональной точек зрения. Вся его деятельность — пример того, как искусство может совмещаться с технологией и обретать функциональность. Этот художник не творил в вакууме, он думал о том, как искусством преобразовать окружающую реальность: улучшить быт, например. Татлин в хорошем смысле был зациклен на инновации — ему нужно было создавать что-то, чего до него не существовало, совершать прорыв в будущее.
Именно то, как он смотрел на мир и развивал свои идеи, кажется мне очень вдохновляющим примером. Его уникальный склад мышления виден по чертежам, за живописью и по конструкциям, если приглядеться.
Как смотреть выставку «Татлин. Конструкция мира», чтобы лучше ее понять и получить удовольствие?
Мы создали несколько уровней и способов изучения наследия Татлина, чтобы каждый нашел подходящий для себя.
Если хочется получить информацию, есть подробный аудиогид и экспликации. Еще на выставке можно заметить кнопочки на стенах, которые включают аудиовоспоминания о Татлине от людей его круга. Он был выдумщиком, мифотворцем, искателем приключений и весельчаком — в юности плавал на корабле юнгой, шутил над друзьями. Там столько историй, анекдотов — очень интересно слушать, как приключенческий роман. Все это дает представление о человеческой стороне личности художника. Исторический контекст тоже необходим. Период 1920-х, когда активно творил Татлин, был моментом небывалой творческой активности, полета мысли, но со своими геополитическими и экономическими сложностями, конечно.
Если душа просит чувственного восприятия, есть музыкальное сопровождение. В каждом зале звучит специально созданная мелодия, которая погружает в атмосферу и настраивает на нужный лад. В зале, где экспонируется «Летатлин», можно просто наблюдать его и медитировать, сливаться с вечностью.
Бытует мнение, что в последнее время «публику перекормили авангардом». А как насчет конструктивизма? Вас часто спрашивают: что вы будете делать, когда исчерпаете эту тему?
Я не считаю, что публику перекормили авангардом или конструктивизмом. Потому что авангард — это не просто афиши в стиле Эля Лисицкого, это целый мир, образ мысли.
Что же вы будете делать, когда тема конструктивизма закончится,— мой любимый вопрос! Я отвечала на него уже миллион раз, но его продолжают задавать. Думаю, будут задавать и дальше.
Если воспринимать конструктивизм как определение из учебника по искусствоведению — на двух страницах с перечислением в скобках трех-четырех авторов, то, конечно, тема покажется слишком узкой. На нашей первой выставке «Конструктивизм. Начало» в принципе можно было и закончить, потому что уже рассказали вкратце про всю «поляну». Но конструктивизм — это не определение, а явление. Даже не художественное течение, а именно виток философии со своими представлениями об искусстве, о жизни. И они проросли, дали свои плоды почти во всех сферах. Мы это каждый раз на выставках подчеркиваем: вот конструктивизм в архитектуре того времени, вот, например, в графическом дизайне, вот — в театре, вот — в музыке, вот — в изобразительном искусство и так далее.
Кроме того, для нас конструктивизм — это еще определенный период в жизни страны и людей, их бытовая реальность. Можно рассказывать про любые аспекты действительности, испытывавшие на себе влияние конструктивистских идей (то есть фактически обо всем). Количество и вариации тем зависят только от нашей фантазии.
В планах «Зотова» есть создание постоянной экспозиции об истории конструктивизма. Зачем она вам? Выставок уже недостаточно?
Она нужна, чтобы создать информационную базу, к которой зритель сможет обращаться в любой момент. Мы хотим суммировать весь корпус знаний о конструктивизме в своеобразную «шпаргалку-конспект»: кратко рассказать, что это вообще такое, какие у него признаки, как можно рассматривать. А в выставочных проектах уже заниматься более узкими ракурсами, неисследованными темами, восполнять пробелы. Наша постоянная экспозиция должна стать начальной ступенью в деле изучения конструктивизма, «базовым минимумом», как сейчас говорят.
Что тогда «роскошный максимум»? Кинопрограмма, театральные и музыкальные проекты?
Кино — важная часть конструктивистского процесса. В следующем году у нас будет выставка о режиссере Дзиге Вертове, который был во многом первооткрывателем и пионером киноиндустрии. А вообще программу формируют наши кураторы в основном из фестивального кино, но не только. Бывают тематические подборки к выставкам, просто интересные новинки.
Что касается музыкантов, пытаемся сочетать классику и современность, держать баланс. Иногда приглашаем молодых ребят, которые сейчас в каком-то смысле в авангарде культуры. Конструктивисты 1920-х были примерно в таком же возрасте, и в этом есть своего рода перекличка прошлого и настоящего.
Невозможно фокусироваться исключительно на том, что было. Миссия Центра «Зотов» не только знакомить аудиторию с наследием конструктивизма и авангарда, но и помещать его в современный контекст. Вот мы вместе с нашими зрителями и стараемся находить таких героев — новых авангардистов.
А ваша миссия?
У меня, как директора музея, нет отдельной от него миссии. Я просто очень люблю свою работу и приду туда в субботу (смеется).
Выставка «Татлин. Конструкция мира» в Центре «Зотов» продлится до 22 марта 2026 года
В Telegram каждый день Weekend. А у вас еще нет? Присоединяйтесь!