Гарот встал между ними и Серой, медленно обнажая меч

❗️❗️❗️❗️❗️❗️❗️❗️❗️❗️❗️

Гарот встал между ними и Серой, медленно обнажая меч. Лезвие засветилось тусклым серебром, отражая свет трёх лун.

Рорки расступились, образовав полукруг. Семь из них приняли боевые стойки, восьмой — тот самый — остался стоять прямо, руки скрещены на груди.

Кай поднялся на колени, его дыхание выравнивалось. Птичий глаз заморгал, человеческий — сосредоточился на двойнике.

— Что вы хотите? — спросила Сера, и её голос прозвучал твёрже, чем она чувствовала.

— То, что нам обещано, — ответила её копия. — Твою долю. Твою память. Твою боль.

Высокий тщедужный существо протянул руку, и воздух перед ним задрожал, собравшись в марево.

— Мы — Ткачи, — просипел он. — Мы плетём полотно реальности. И сейчас пришло время переделать неудачный узор.

Коренастый засмеялся — звук, похожий на скрежет камней.

— Вы — ошибка. Мир, вышедший из-под контроля. Мы здесь, чтобы стереть вас.

Сера почувствовала, как перо в её груди бьётся, как птица в клетке. Оно тянулось к ним, к этим троим, к этим Ткачам.

— Нет, — сказала она. — Вы здесь, потому что боитесь. Боитесь того, во что мы превращаемся.

Её двойник улыбнулась — точь-в-точь как она сама, когда была уверена в своей правоте.

— Мы не боимся. Мы констатируем факт. Твоё существование угрожает структуре мироздания. Ты и те, кто с тобой.

Гарот сделал шаг вперёд. Его меч теперь горел ярко, освещая нервные лица Ткачей.

«У вас нет здесь власти», — прозвучало в головах у всех. «Это место — вне вашего полотна».

Коренастый Ткач взмахнул рукой, и Гарот отлетел назад, как будто его ударил невидимый молот. Он рухнул на землю, и серебряные нити на его рту лопнули, брызнув кровью.

— Неверно, — прошипел коренастый. — Власть у нас везде, где есть узор. А вы все — часть узора.

Кай вскочил на ноги. Его крылья — настоящие, пернатые, выросшие за последние минуты — расправились с шелестом. Перья на них были чёрными, с синим отливом, как у ворона.

— Отойдите от них, — сказал он, и в его голосе зазвучали обертоны, не принадлежащие человеку.

Ткачи повернулись к нему, и впервые на их лицах появилось нечто, похожее на интерес.

— Птица, — сказал высокий. — Почти готовая. Жаль, что не на нашей стороне.

— Я ни на чьей стороне, — ответил Кай. — Я на стороне тех, кого люблю.

Он взмахнул крыльями, и с них слетели десятки перьев. Они закружились в воздухе, превращаясь в стаю чёрных птиц, которые с криками набросились на Ткачей.

Началось.

Битва была хаотичной, лишённой привычной логики.

Птицы, вызванные Каем, клевали Ткачей, но те просто размахивали руками, и птицы рассыпались в пыль. Рорки — семь версий — бросились в бой, но их удары проходили сквозь Ткачей, как сквозь дым.

Только меч Гарота, теперь окровавленный, казался способным наносить им реальный вред. Каждый раз, когда лезвие касалось одного из них, Ткач вздрагивал, и его форма на мгновение теряла чёткость.

Сера стояла на месте, чувствуя, как перо в её груди пытается вырваться. Оно тянуло её к двойнику — к той, что выглядела как она.

— Не сопротивляйся, — сказала копия. — Это будет менее болезненно.

— Что вы хотите? — повторила Сера. — По-настоящему?

Двойник улыбнулась.

— Мы хотим завершить начатое. Мир, который вы знаете — лишь черновик. Неудачный эксперимент. Мы собираемся стереть его и начать заново.

— А мы? — спросила Сера.

— Вы — ошибки. Артефакты, оставшиеся от предыдущих версий. Вы должны быть удалены.

Высокий Ткач, уклоняясь от меча Гарота, щёлкнул пальцами. Пространство вокруг Рорков сжалось, и трое из них — три версии — взорвались, осыпав всё вокруг кровавым дождём.

Оставшиеся четыре Рорка отшатнулись, их лица исказились ужасом.

— Вы видите? — сказала копия Серы. — Вы даже не настоящие. Всего лишь возможности. Версии того, кем он мог бы стать.

Кай, защищающийся от коренастого Ткача, крикнул:

— Не слушай её, Сера! Они лгут!

— Мы не лжём, — возразила копия. — Мы просто показываем истину. Твою истину.