Выдержка из жалобы на решение суда из которой можно понять все нюансы этого дела.
11 апреля 2024 года Верхнепышминским городским судом Свердловской области (судья Шелепова Е.А.) рассмотрено гражданское дело по исковому заявлению Рогожникова Дмитрия Владимировича, действующего в интересах недееспособной Кошкиной Татьяны Григорьевны, к Антипину Александру Сергеевичу о признании недействительными договора займа от 13.06.2019 года, договора залога и приведение сторон в первоначальное положение.
Решением суда в удовлетворении исковых требований отказано в полном объеме.
Мотивированное решение изготовлено 18 апреля 2024 года.
Рогожников Дмитрий Владимирович, действующий в интересах недееспособной Кошкиной Татьяны Григорьевны, с решением суда первой инстанции не согласен, считает, что решение суда вынесено с нарушением норм материального и процессуального права, и подлежит отмене по следующим основаниям:
1. Судом установлено и подтверждается письменными материалами дела, что Кошкиной Татьяне Григорьевне на праве собственности принадлежали земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: Свердловская область, г. Верхняя Пышма, ул. Танкистов, д. 9.
13.06.2019 года между Кошкиной Т.Г. и Антипиным А.С. заключен договор займа, в обеспечение которого заключен договор залога от 13.06.2019 года, предметом которого стали указанный земельный участок и жилой дом.
Решением Дзержинского районного суда г. Нижнего Тагила Свердловской области от 16.01.2020 года по делу № 2-46/2020 с Кошкиной Т.Г. в пользу Антипина А.С. взыскана задолженность по договору займа, обращено взыскание на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: Свердловская область, г. Верхняя Пышма, ул. Танкистов, д. 9, путем реализации их на публичных торгах.
В целях принудительного исполнения решения Дзержинского районного суда г. Нижнего Тагила Свердловской области взыскателю Антипину А.С. был выдан исполнительный лист. Постановлением судебного пристава-исполнителя Верхнепышминского РОСП ГУ ФССП России по Свердловской области на основании указанного исполнительного листа было возбуждено исполнительное производство в отношении должника Кошкиной Т.Г. Земельный участок и жилой дом были переданы в специализированную организацию на реализацию на торгах.
В соответствии с договором реализации арестованного имущества на торгах № 23-2156/21/66-09/386 от 26.04.2021 года земельный участок и жилой дом приобретены ОО «Торговая компания «ГРАНД». Переход права собственности к указанному лицу зарегистрирован в установленном законом порядке.
Кошкина Татьяна Григорьевна признана недееспособной решением Верхнепышминским городским судом Свердловской области от 16.11.2021 года. Рогожников Д.В. был назначен опекуном недееспособной Кошкиной Т.Г. приказом Территориального отраслевого исполнительного органа государственной власти Свердловской области – Управления социальной политики Министерства социальной политики № 23 № 2371-оп от 08.12.2021 года (установлена предварительная опека над Кошкиной Т.Г.).
В соответствии со статьей 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения (пункт 1).
Сделка, совершенная гражданином, впоследствии признанным недееспособным, может быть признана судом недействительной по иску его опекуна, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими (пункт 2).
Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса (пункт 3).
Таким образом, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.
Для проверки доводов истца судом по делу была назначена судебная амбулаторная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой было поручено специалистам Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Областная клиническая психиатрическая больница».
По заключению комиссии экспертов № 1187 от 15.05.2023 года Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Областная клиническая психиатрическая больница» Кошкина Т.Г. в настоящее время обнаруживает признаки психического расстройства в форме «Органического расстройства личности и поведения в связи с сосудистым заболеванием головного мозга» (код по МКБ-10: F 07.01). Также комиссия экспертов пришла к выводу, что Кошкина Т.Г. в 2019 году на момент заключения оспариваемых сделок уже страдала психическим расстройством органического спектра (код МКБ-10: F 06) когнитивными и эмоционально-волевыми нарушениями. Медицинский психолог в составе экспертной комиссии пришел к заключению, что поведение Кошкиной Т.Г. в юридическом акте свидетельствовало о нарушенном целеполагании, были нарушены мотивационные механизмы. Эксперты пришли к выводу, что в юридически значимый период (июнь 2019 года) Кошкина Т.Г. обнаруживала не только клинические проявления психического расстройства органического спектра, но и такие социально-психологические факторы как одиночество, неспособность к глубокой коммуникации, дистанцированность и закрытость, утрата отношений с детьми в сочетании с недооценкой мотивов поведения других людей, доверчивостью и неспособностью прикладывать волевое усилие для сопротивления потребностей посторонних. Поведение в юридическом акте свидетельствовало о нарушенном целеполагании, были нарушены мотивационные механизмы как интеллектуально, за счет формирования органической неполноценности, так и за счет эмоциональных механизмов, что исключало критическую оценку и возможность регулировать свое поведение в юридическом акте. Письменная продукция подэкпертной показывала изначальную несостоятельность понимания сути юридического акта, не носила рассудительный характер, подтверждала неспособность прогнозировать последствия и не критичность в оценке своих возможностей. В юридически значимом периоде у подэкспертной было понимание только 1 и 2 уровня (внешняя и внутренняя сторона явления) при нарушенном понимании 3 уровня (социальный смысл), отсутствии уровня личностного смысла (4 уровень понимания), что фактически лишало возможности действовать разумно в своих интересах и управлять своим поведением. Таким образом, Кошкина Т.Г. во время заключения юридического акта 13.06.2019 года находилась в таком состоянии, когда не могла понимать значения своих действий и руководить ими.
В судебном заседании от 04.09.2023 года один из экспертов комиссии Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Областная клиническая психиатрическая больница» - Горохова О.В. была допрошена в судебном заседании относительно судебного заключения. Эксперт Горохова О.В. подтвердила в ходе судебного заседания, что можно сделать вывод о том, что на июнь 2019 года у Кошкиной Т.Г. имелось психическое расстройство органического спектра без уточнения диагноза, поскольку имелся морфологический субстрат. Было установлено такое состояние, при котором она не могла понимать значение своих действий и руководить ими. У подэкспертной Кошкиной Т.Г. имелись психологические особенности – тихая, замкнутая, ее все обижали (протокол судебного заседания по гражданскому делу № 2-150/2023, том 3, л.д. 92-96). Также в материалы гражданского дела были представлены письменные пояснения судебно-психиатрического эксперта Гринь В.В., который указал, что проведенная по данному делу экспертиза была выполнена в полном объеме, объективно, всесторонне, в соответствии с Федеральным законом, даны исчерпывающие ответы на поставленные вопросы, и он не усматривает необходимости в проведении повторной стационарной экспертизы в отношении Кошкиной Т.Г.
Стороной третьего лица ООО «Торговая компания «ГРАНД», ответчиком Антипиным А.С. в материалы дела были представлены рецензии, выполненные на заключение комиссии экспертов Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Областная клиническая психиатрическая больница», и ходатайства о назначении повторной экспертизы. Соответствующие рецензии выполнены специалистами, которым не были представлены для ознакомления материалы гражданского дела, не изучены медицинские документы, они не осматривали саму подэкспертную Кошкину Т.Г. Соответствующие рецензии являются лишь выражением мнения конкретных специалистов, которые выражали свое мнение относительно самого заключения, без проведения какого-либо собственного исследования.
Суд первой инстанции, согласился с мнением рецензентов третьего лица и ответчика относительно того, что поскольку в наличии данные функциональной диагностики мозга подэкспертной Кошкиной Т.Г. датированы только 2021 годом, то соответственно, у экспертов не было возможности сделать вывод о наличии психического заболевания Кошкиной Т.Г. в июне 2019 года. В связи с чем, судом по делу была назначена повторная амбулаторная судебная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза в отношении Кошкиной Т.Г., проведение которой поручено экспертам ФГБУ «НМИЦ психиатрии и наркологии им. В.П.Сербского».
Согласно заключению комплексной психолого-психиатрической комиссии экспертов ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени В.П.Сербского» Минздрава РФ от 22.11.2023 года, эксперты также пришли к выводу относительно того, что Кошкина Т.Г. в период заключения договора займа и залога от 13.06.2019 года имела неуточненное психическое расстройство в связи с сосудистым заболеванием головного мозга (код по МКБ-10: F 06.991). Об этом свидетельствуют данные материалов гражданского дела и медицинской документации об отмечавшейся у Кошкиной Т.Г. сосудистой патологии (гипертонической болезни, дисциркуляторной энцефалопатии, цереброваскулярного атеросклероза, хронической ишемии головного мозга, многоочаговой и перивентрикулярной лейкоэнцефалопатии), которая обусловила развитие церебрастенической симптоматики («шум» в голове, головокружение, головная боль), когнитивных, интеллектуально-мнестических нарушений, сопровождавшихся агрессивными тенденциями, нарастанием социальной дезадаптации.
Таким образом, ответ на вопрос суда № 1 о наличии у Кошкиной Т.Г. в момент заключения оспариваемых договоров по состоянию на 13.06.2019 года какого-либо психического расстройства (заболевания), которое могло оказать влияние на ее способность к осознанию существа сделок, их юридических особенностей, прогнозирование их результатов, регуляции своего поведения, комиссия экспертов при повторной экспертизе ФГБУ «НМИЦ психиатрии и наркологии им. В.П.Сербского» ответила идентичного тем же выводам, что и пришла комиссия экспертов Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Областная клиническая психиатрическая больница».
Ответ комиссии экспертов при повторной экспертизе утвердительный: Кошкина Т.Г. в период заключения договора займа и залога от 13.06.2019 года имела неуточненное психическое расстройство в связи с сосудистым заболеванием головного мозга (код по МКБ-10: F 06.991), которая обусловила развитие когнитивных, интеллектуально-мнестических нарушений, сопровождавшихся агрессивными тенденциями, нарастанием социальной дезадаптации.
Соответственно, комиссия экспертов и при первичной и при повторной экспертизе пришли к одним и тем же выводам, что подэкспертная Кошкина Т.Г. имела по состоянию на июнь 2019 года неуточненное психическое расстройство в связи с сосудистым заболеванием головного мозга (код по МКБ-10: F 06.991), которое обусловило развитие когнитивных, интеллектуально-мнестических нарушений, сопровождавшихся агрессивными тенденциями, нарастанием социальной дезадаптации.
В связи с этим, выводы специалистов в представленных третьим лицом и ответчиком рецензиях, относительно того, что отсутствует какая-либо медицинская документация, из которой возможно установить наличие психического расстройства (заболевания) у Кошкиной Т.Г. по состоянию на момент заключения оспариваемых сделок (июнь 2019 года) полностью опровергнуты выводами комиссии экспертов при проведении как первичной, так и повторной экспертизы.
На вопрос суда № 3 (Могла ли Кошкина Т.Г. в момент заключения договора займа и договора залога от 13.06.2019 года в полной мере понимать характер и значение совершаемых действий, а также руководить ими?) при проведении повторной экспертизы комиссия экспертов не стала отвечать, указав при этом, что, по мнению экспертов, представленная медицинская документация не содержит дифференцированого описания имевшихся у Кошкиной Т.Г. когнитивных нарушений в юридический значимый период а показания свидетелей, допрошенных в рамках гражданского дела противоречивы между собой и неполны.
В соответствии со статьей 85 Гражданского процессуального кодекса РФ В случае, если материалы и документы непригодны или недостаточны для проведения исследований и дачи заключения, эксперт обязан направить в суд, назначивший экспертизу, мотивированное сообщение в письменной форме о невозможности дать заключение.
Таким образом, комиссия экспертов при проведении повторной экспертизы в соответствии с нормами статьи 85 ГПК РФ воспользовалась своим правом не давать ответ на поставленный судом вопрос.
Однако, это не ни в коей мере не исключает возможность другой комиссии экспертов, посчитать возможным и достаточным по материалам дела, ответить на аналогичный вопрос, мотивировав и обосновав свой ответ объективными данными, полученными в результате исследования и непосредственного наблюдения подэкспертной, а также материалами гражданского дела.
Соответственно, ответ на указанный вопрос суда со стороны комиссии экспертов при проведении первичной экспертизы комиссией экспертов Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Областная клиническая психиатрическая больница» (Могла ли Кошкина Т.Г. в момент заключения договора займа и договора залога от 13.06.2019 года в полной мере понимать характер и значение совершаемых действий, а также руководить ими?) не может быть поставлен судом под сомнение только на основании того, что комиссия экспертов при повторной экспертизе посчитала невозможным для себя проводить исследование и отвечать на этот вопрос в связи с неполнотой, по их мнению, материалов дела.
Выводы комиссии экспертов при повторной экспертизе не исключили и не поставили под сомнение выводы комиссии экспертов при первичной экспертизе. Более того, заключение экспертов при проведении повторной экспертизы при ответе на вопрос о наличии психического заболевания у Кошкиной Т.Г. на июнь 2019 года полностью совпадает. Каких-либо противоречий при проведении первичной экспертизы, нарушениях в выводах комиссия экспертов при повторной экспертизе не установила.
Также комиссия экспертов при проведении повторной экспертизы не подтвердила, но и не исключила того обстоятельства, что Кошкина Т.Г. в момент заключения договора займа и договора залога от 13.06.2019 года в полной мере не понимала характер и значение совершаемых , а также не могла руководить ими. На данный вопрос эксперты при проведении повторной экспертизы не отвечали и не проводили исследование, воспользовавшись процессуальным правом на это.
Суд первой инстанции приходит к выводам, что заключение комиссии экспертов № 1187 от 15.05.2023 года Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Областная клиническая психиатрическая больница» в отношении Кошкиной Т.Г. не может являться допустимым доказательством по делу.
Суд первой инстанции указывает, что на основании заключения комплексной судебной психолого-психиатрической комиссии экспертов ФГБУ «НМИЦ психиатрии и наркологии имени В.П.Сербского»от 22.11.2023 года, заключения (рецензии) специалиста № 08/08-Пх/23 Центра медико-криминалистических исследований Токарева А.О. (не предупрежденного судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения), заключения (рецензии) № УА-439 ООО «Уральская палата судебной экспертизы» Белова В.Г. (не предупрежденного судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения), материалов дела (в том числе ранее рассмотренные уголовное и гражданские дела), суд приходит к выводу, что на юридически значимый период (в момент заключения договоров займа и залога 13.06.2019 года), в представленной медицинской документации у Кошкиной Т.Г. не описано признаков какого-либо психического расстройства. Таким образом, суд приходит к выводу, что при рассмотрении настоящего дела, психического расстройства, которое сопровождалось бы нарушением способности понимать значение своих действий и руководить ими у Кошкиной Т.Г. в момент заключения договоров займа и залога от 13.06.2019 года не выявлено.
Данные выводы суда об отсутствии у Кошкиной Т.Г. какого-либо психического расстройства (заболевания) на момент совершения оспариваемых сделок, которое могло сопровождаться нарушением способности понимать значение своих действий и руководить ими, прямо противоречат материалам дела, а именно: выводам комиссии экспертов при проведении как первичной, так и повторной судебной экспертизы, где обе комиссии экспертов пришли к однозначным и идентичным выводам: что подэкспертная Кошкина Т.Г. имела по состоянию на июнь 2019 года неуточненное психическое расстройство в связи с сосудистым заболеванием головного мозга (код по МКБ-10: F 06.991), которое обусловило развитие когнитивных, интеллектуально-мнестических нарушений, сопровождавшихся агрессивными тенденциями, нарастанием социальной дезадаптации.
Данный вывод суд делает лишь на основании заключения (рецензии) специалиста № 08/08-Пх/23 Центра медико-криминалистических исследований Токарева А.О. (не предупрежденного судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения), заключения (рецензии) № УА-439 ООО «Уральская палата судебной экспертизы» Белова В.Г. (не предупрежденного судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения), а также исходя из собственного мнения суда, сложившегося относительно психического здоровья Кошкиной Т.Г., непосредственно опрошенной судом в ходе судебного заседания.
В связи с этим, данные выводы судом сделаны при существенном нарушении норм процессуального права, что повлекло к постановке незаконного и необоснованного решения суда.
Выводы суда первой инстанции, относительно того, что заключение комиссии экспертов № 1187 от 15.05.2023 года Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Областная клиническая психиатрическая больница» в отношении Кошкиной Т.Г. не может являться допустимым доказательством по делу, не мотивированы и не основаны на материалах дела.
В соответствии со статьей 60 Гражданского процессуального кодекса РФ «Допустимость доказательств» предусмотрено, что Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.
В связи с этим, допустимость доказательств – это форма доказательств. В силу ст. 60 ГПК РФ допустимость доказательств означает, что обстоятельства дела, которые по закону должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими средствами доказывания. ГПК РФ приводит исчерпывающий перечень средств доказывания: объяснения сторон и третьих лиц, показания свидетелей, письменные и вещественные доказательства, аудио- и видеозаписи, заключения экспертов.
Таким образом, допустимость доказательств предполагает, что они должны быть собраны в порядке, установленном ГПК РФ и иным федеральным законодательством, а также выражены в средствах доказывания, перечисленных в ГПК РФ.
В связи с этим, выводы суда первой инстанции о том, что заключение комиссии экспертов № 1187 от 15.05.2023 года Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Областная клиническая психиатрическая больница» не может являться допустимым доказательством, противоречат нормам гражданского процессуального права, поскольку данное заключение экспертов является одним из средств доказывания по гражданскому делу и получено в соответствии с требованиями закона.
Оснований не принять заключение врача-судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов) от 15.05.2023 года № 1187, выполненного года Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Областная клиническая психиатрическая больница» в отношении Кошкиной Т.Г. в качестве допустимого доказательства по делу не имеется, поскольку оно научно-обосновано и мотивировано, составлено в соответствии с требованиями Федерального закона N 73-ФЗ от 31.05.2001 г. "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", ст. 86 ГПК РФ; заключение дано компетентной экспертной комиссией врачей, имеющих специальное образование и длительный стаж работы по специальности, выводы экспертов полные, носят категоричный характер, эксперты не заинтересованы в исходе дела, предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, оснований сомневаться в компетентности экспертов у суда не имеется.
Указанное заключение содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.
Вопреки доводам представленных в материалы рецензии при проведении экспертизы использованы научные методы, которые используются при проведении соответствующих экспертиз, а именно: методы исследования: клинико-психопатологический (медицинское наблюдение, клиническая беседа, сбор анамнеза, катамнеза, описание психического состояния, анализ имеющихся симптомов психического расстройства), экспериментально-психологический (использовались полученные экспертом-психологом данные следующих методик: "Пиктограмма", "Ассоциативный тест", "Сравнение понятий", "Исключение предметов", проба Эббингауза, субтесты Векслера, тест Шульте, "счет по Крепелину", запоминание 10 слов и простого рассказа, трактовка сюжетных картинок, тесты Розенцвейга и Люшера, рисуночные методики "Дом-дерево-человек" и др.) и статистический (метод углового преобразования Фишера). Данные об использованных методах содержаться непосредственно в самом заключении экспертов, а также были оглашены экспертом при его опросе в судебном заседании.
Иные методы для проведения комплексных психолого-психиатрических экспертиз в настоящее время в медицинской практике не опробованы и не используются.
Как было пояснено экспертом в судебном заседании, если выраженность нарушений головного мозга подэкспертной, согласно медицинской документации от 08.02.2021 года (инструментальное исследование – КТ головного мозга) свидетельствует о длительности патологических процессов, то это позволяет дать заключение с указанием, что по состоянию на 13.06.2019 года у подэкспертной Кошкиной Т.Г. имело место органическое психическое расстройство, вызванное заболеванием головного мозга.
Таким образом, при отсутствии достоверных данных о психическом состоянии непосредственно в период сделки, но при наличии достоверных данных о психическом состоянии незадолго после совершения сделки, которые позволяют точно диагностировать психическое расстройство и оценить степень его про-гредиентности, можно с наибольшей степенью вероятности дать экспертное заключение. Косвенным подтверждением психического состояния при совершении сделки также могут служить показатели ситуационного социального функционирования в этот период (Д.А.Малкин. Экспертная оценка психического состояния лиц, совершивших сделки в рамках комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, диссертация на соискание ученой степени кандидата медицинских наук. 2004 год, стр. 20-21).
Экспертное заключение психолога-эксперта носит паритетный с заключением эксперта-психиатра характер, так как в силу экспертной сложности таких случаев требуется дифференцированный психопатологический и патопсихологический анализ изменений психики в юридически значимый период у подэкспертных.
На данные обстоятельства указывал и эксперт, допрошенный в судебном заседании, который отметил, что выводы комиссии в отношении Кошкиной Т.Г. сделаны на основании психопатологического и патопсихологического анализа подэкспертной.
В ситуационных показателях социального функционирования непосредственно в период сделки преломляются и косвенно отражаются, помимо психопатологической структуры, мотивационные составляющие юридически значимого поведения, т.е. такие ситуационные психологические характеристики обследуемых как целенаправленность своих действий, прогнозирование и критическая оценка своего уровня знаний и действий, обратная связь и коррекция совершаемых поступков, что и обусловило разработку более дифференцированных экспертных подходов. При анализе ситуационных показателей социального функционирования непосредственно в период сделки используется модифицированный психологический критерий сделкоспособности — способность осознавать формальную и содержательную сторону юридически значимого акта и осуществлять волевую регуляцию своих действий. Под формальной стороной психиатрами понимаются внешние характеристики юридически значимого события (понимание места, времени совершения какого-либо действия) без внутреннего осмысления сути происходящих событий, а под содержательной стороной — сложный комплекс психологических механизмов, результатом которого являются следующие параметры: оценка рисков, прогноз социальных и юридических последствий, оценка степени личной выгоды от сделки, учет интересов всех участников сделки, гибкость и высокая степень обратной связи с учетом изменяющихся событий и т.д. Свободное волеизъявление подразумевает свободный выбор из ряда вероятностей (вероятностных событий), а это определяет понимание события на содержательном уровне, поэтому отсутствие понимания содержательной стороны значимого события исключает свободный выбор (Д.А.Малкин. Экспертная оценка психического состояния лиц, совершивших сделки в рамках комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, диссертация на соискание ученой степени кандидата медицинских наук. 2004 год, стр. 14).
В этой связи, ситуационным психологическим характеристикам обследуемой Кошкиной Т.Г. при совершении оспариваемых сделок, экспертами дан глубокий анализ.
В совокупности психопатологический и патопсихологический анализ подэкспертной, оценка ситуационных психологических характеристик Кошкиной Т.Г. при совершении оспариваемых сделок, позволили экспертам прийти к соответствующим выводам, изложенным в экспертном заключении.
Выводы суда первой инстанции относительно того, что Кошкина Т.Г. и на момент совершения оспариваемых сделок, и в настоящее время сохраняет ориентацию во времени, письменную речь, самообслуживание себя в быту и при решение бытовых вопросов, также не имеют под собой какого-либо научного с медицинской точки зрения обоснования.
Более того в психиатрии имеется иное обоснование. Так, в методической литературе по психиатрии содержится следующее: у лиц с парциальным слабоумием нередко отмечался т.н. "сохранный мундир" (это более характерно для больных с сосудистым генезом органического заболевания головного мозга), т.е. при внешне упорядоченной деятельности и активности, внешней сохранности личности, нарастающие грубые интеллектуальные и мнестические нарушения неявно выражены, однако при целенаправленном обследовании они проявляются отчетливо. В клинической картине у лиц с умеренной степенью умственной отсталости также преобладают выраженные стойкие интеллектуально-мнестические нарушения, проявлявшиеся в виде низкого уровня обобщений, примитивности суждений, недоразвития познавательных способностей, трудностей обучения, слабости интеллектуального контроля поведения, ограниченности круга интересов, недостаточной способности к пониманию мотивов действий окружающих, ориентировки в сложных нестандартных ситуациях, доверчивости, ведомости, повышенной внушаемости по отношению к субъективно авторитетным лицам. Эмоционально-волевые расстройства характеризуются психопатоподобным поведением — вспыльчивость, повышенная раздражительность, эмоциональная лабильность, возбудимость, несдерживание аффекта, расторможенность влечений, нарушения критических функций (Д.А.Малкин. Экспертная оценка психического состояния лиц, совершивших сделки в рамках комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, диссертация на соискание ученой степени кандидата медицинских наук. 2004 год, стр. 7-8).
В связи с этим, совокупность согласующихся между собой материалов гражданского дела, обстоятельств совершения оспариваемых сделок, выводов комиссии экспертов о наличии у Кошкиной Т.Г. психического расстройства на момент совершения оспариваемых договоров (договора займа и договора залога от 13.06.2019 года), выводов заключения комиссии экспертов № 1187 от 15.05.2023 года Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Тюменской области «Областная клиническая психиатрическая больница» Кошкина Т.Г. во время заключения юридического акта 13.06.2019 года находилась в таком состоянии, когда не могла понимать значения своих действий и руководить ими.
В соответствии со статьей 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения (пункт 1).
В связи с этим, требования стороны истца о признании договора займа от 13.06.2019 года, договора залога от 13.06.2019 года недействительными сделками, подлежат удовлетворению.
2. Кроме этого, сторона истца не может согласиться с выводами суда относительно того, что истцом пропущен срок исковой давности.
В силу п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
Согласно п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
Согласно разъяснениям, данным в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 года N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", в случае нарушения прав физических лиц, не обладающих полной гражданской или гражданской процессуальной дееспособностью (например, малолетних детей, недееспособных граждан), срок исковой давности по требованию, связанному с таким нарушением, начинается со дня, когда об обстоятельствах, указанных в пункте 1 статьи 200 ГК РФ, узнал или должен был узнать любой из их законных представителей, в том числе орган опеки и попечительства.
Вопрос о начале течения срока исковой давности по требованиям об оспоримости сделки разрешается судом исходя из конкретных обстоятельств дела.
Из заключения судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы следует, что с даты подписания Кошкиной Т.Г. оспариваемых договоров займа, залога (13.06.2019) и до признания ее недееспособной судом (16.11.2021) Кошкина Т.Г. не могла понимать значение своих действий и руководить ими. Рогожников Д.В. был назначен опекуном недееспособной Кошкиной Т.Г. приказом Территориального отраслевого исполнительного органа государственной власти Свердловской области – Управления социальной политики Министерства социальной политики № 23 № 2371-оп от 08.12.2021 года (установлена предварительная опека над Кошкиной Т.Г.).
Право выступить в интересах недееспособной путем подачи искового заявления возникает у опекуна с момента его назначения таковым. До этого момента никто кроме лица, не понимающего значения своих действий не вправе выступить процессуальным истцом.
Соответственно, срок исковой давности по исковым требованиям Кошкиной Т.Г. подлежит исчислению с 08.12.2021 года (первое назначение опекуна). С иском в суд опекун Рогожников Д.В., действующий в интересах недееспособной Кошкиной Т.Г. обратился 12.07.2022 года, т.е. в пределах установленного ст. 181 Гражданского кодекса РФ годичного срока, следовательно, срок исковой давности истцом не пропущен.
В соответствии с ч. 1 ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.
Согласно пункту 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О судебном решении" от 19 декабря 2003 г. N 23 решение является законным в случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).
Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
Таким образом, решение Верхнепышминского городского суда Свердловской области от 11.04.2024 года нельзя считать законным и обоснованным, поскольку оно вынесено с нарушением норм материального и процессуального права.