ЧЕРЕП В БУДКЕ
Ночью к Ларе пришёл Вадик. Сначала она хотела заорать, но он сказал, что хочет поговорить.
— Лариска, скажи, где ты берёшь свёклу и морковь? И ты их моешь сама?
Сначала Лара хотела всё рассказать, но какая-то сила остановила её, и она сказала:
— Ну… там, в одном месте.
— Ларка, ты лучше скажи прямо — где и как. Хочешь, я тебе расскажу, где взял спички и соль?
— Где? — машинально спросила Лариса.
— Где, где… в дупле! — заржал Вадик.
— Да ну тебя, Вадя, иди спать.
— Только понимаешь, Ларка, больше в этом дупле ничего нет. И в соседних — тоже. Я каждый день хожу, ищу — и ничего. Тебе не кажется странным, что кто-то кладёт вам продукты? Ты понимаешь, что если мы найдём, кто это делает, то выберемся отсюда? Тебе не надоело каждый день жрать борщ?!
— Надоело, — ответила Лариса и перевернулась на другой бок. Слёзы катились по щекам. Но она каким-то чутьём понимала: нельзя рассказывать, где берёт свои продукты.
У неё были моменты, когда она подходила к своей трансформаторной будке и загадывала увидеть там мороженое, молоко или печенье — но это не работало.
На следующий день, после ночного разговора с Вадиком, она брела к своей будке и думала: почему они с ребятами не обсуждают, откуда берут еду, где находят продукты и почему не пытаются выбраться? А вдруг Вадик находит какие-то вкусняшки и жрёт их один? Он может.
Ларе показалось, что кто-то идёт за ней. Она обернулась — и никого не увидела.
Вот её будка. Сейчас она зажмурится, рванёт дверцу — и увидит там всё ту же свёклу и две морковки.
Вжих… Но вместо продуктов на неё смотрел череп.
Она завизжала, резко развернулась, чтобы бежать, и наткнулась на Вадика. Это он за ней следил.
— Ларка, почему там череп? Где жратва?
— Надо бежать, Вадим, мне страшно!
— Нет, Ларка, я придумал: нам надо в эту будку войти и всё узнать — откуда там появляются продукты.
Вадик уверенно шагнул к будке, открыл дверцу и залез туда.
Лара стояла и ждала. Но оттуда не доносилось ни звука. Она рванула дверь на себя — но Вадика там не было. Там лежал череп.
Лариса заорала и побежала обратно со всех ног.
Около костра её ждали ребята, но Вадика не было.
Алиса принесла в этот раз четыре картошки и полвилка капусты. У Дениса кусок мяса тоже был меньше, а хлеба — полбулки.
— Ребята, хватит уже! — заорала Лариса. — Сколько можно жрать этот борщ! Вадик пропал! Рассказывайте, где вы берёте продукты!
— Я боюсь рассказать, — сказала Алиса. — Мне как будто кто-то запрещает.
— Я скажу! — крикнул Денис.
— В первый раз, когда я шёл, долго не мог понять, что можно найти. Я ведь никогда раньше и в лесу-то не был. И вдруг увидел старый холодильник. Открыл — а там кусок замороженного мяса. Стало так жутко, что я схватил его и побежал. Но так как есть надо было каждый день, на второй день я пошёл туда же — и всё повторилось.
— У меня похожая ситуация, — сказал Павлик. — Только я нашёл старый комод… или шкаф, как он называется, я не знаю…
— Буфет, — подсказала Алиса.
— А у меня проще: у меня овощи в корзине лежат. Чистые, мытые — как в супермаркете. И мне тоже было страшно, и как будто кто-то запрещал говорить, как я их нашла.
— Пойдёмте за мной! — решительно скомандовала Лариса.
И ребята покорно пошли за ней.
В лесу уже смеркалось, и стояла какая-то необыкновенная тишина.
Они подошли к трансформаторной будке.
— Вот это место, — сказала Лара. — И в будку вошёл Вадик — и исчез.
Лариса рванула на себя дверцу — там лежал череп. Только ей уже не было страшно. Она решительно шагнула туда — и исчезла.
Алиса закричала, заплакала и завопила, что не хочет умирать.
— Не ори, дура! — заорал на неё Денис.
Он тоже решительно шагнул в трансформаторную будку — и исчез.
В будке по-прежнему лежал череп.
— Павлик, не покидай меня, мне страшно! — всхлипнула Алиса.
Павлик обнял её — и решительно кинул в будку. Алиса исчезла.
Павлик зачем-то перекрестился — и шагнул за ней.
Все четверо ребят стояли на улице своего города, около парка, откуда и начинали своё путешествие. Не было только Вадика.
Вадика позже объявили в розыск — он так и не появился
