Пятая серия
Страшно подумать, как быстро Синицын отвык от нормальных-то условий жизни. Ещё не так давно, он бы назвал квартиру Макса и Миоки просто замечательной и уютной, у него ведь была квартира не хуже. Теперь же он стоял на пороге и стеснялся пройти внутрь.
Миока сильно утомилась, и как только оказалась среди своей уютной обстановке, она прошла внутрь, совсем позабыв пригласить гостя пройти. Синицын остался стоять в просторной прихожей переминаясь с ноги на ногу. Всю дорогу Миока молчала, Андрей так и не понял, как ему быть теперь, подождать пока Миока сама посмотрит, что там есть в компьютере её мужа или ему всё же можно пройти, как это бывало прежде.
— Андрей, ну где же ты?
Услышал Синицын голос Миоки из гостиной.
— Я... — Синицын смутился собственной нерешительности, — я, тапочки не могу найти, — солгал он.
— Проходи так, пол тёплый, — послышался голос Миоки.
— Хорошо, — буркнул под нос Синицын.
Он сбросил туфли и прошёл в гостиную.
Да-а, квартира Макса и Миоки, это не то что его социальная конура под чердаком. Четыре просторные комнаты, большая гостиная и большая кухня. Кухня оборудована по последнему слову кулинарной техники. Миока нигде не работала, Макс достаточно много зарабатывал и не хотел, чтобы его супруга где-то трудилась. Миока любила готовить, любила устраивать гастрономические праздники для своего мужа, такая уж Миока.
Пока хозяйка переодевалась у себя в комнате, Синицын уселся в роскошное кресло в гостиной, закинул ногу на ногу. Миока явилась очень скоро. Судя по её домашней пижаме, ехать сегодня ещё куда-то в планах нет. В одной руке она несла два бокала, в другой бутылку дорогого красного вина. Миока уселась на диван, поставила на край белого столика со стеклянной столешницей бокалы. Разлила вино по бокалам и не спрашивая одобрения Синицына протянула один из них ему. Андрей почувствовал себя по-свойски, как-то особо по-домашнему уютно, словно он не гость, а старый друг с детства, с которым необязательно церемониться.
Миока приложила палец в углу стола, отпечаток пальца считался и на стеклянной поверхности засветилась клавиатура. После пару кликов по стеклу включился большой экран, который служил и телевизором, и монитором одновременно.
— Посмотрим, что там есть у Макса.
Миока ловко бегала пальцами по кнопкам светящейся клавиатуры, на экране открывались папки и файлы.
— Ага, вот и его жёсткий.
Миока сделала небольшой глоток вина и навела курсор на папку с названием "Грань".
Синицын вина не пил, просто держал бокал в руках.
Папка "Грань" оказалась пустой.
— Ничего нет? — спросил Синицын.
— Странно. Не понятно, — удивлённо призналась Миока, — здесь было почти на пять терабайт информации. Я же совсем недавно смотрела.
— Недавно, это когда? — уточнил Синицын.
— Прямо перед тем, как пропал Макс. Он при мне в эту папку сгружал с электронки данные с результатами последних попыток оживить программу.
— Почту его можешь посмотреть?
— Конечно могу.
На экране стали открываться новые окна. Миока остановилась, на экране светилась пустая страница.
— Глазам не верю, —не понимая, что происходит призналась Миока, — вся почта исчезла. Даже от меня.
— Ты мужу на электронную почту письма писала? — искренне удивился Синицын.
— В основном документы, фотки иногда, но их тоже нет.
— Проверь свою почту, — предложил Андрей.
Миока открыла свою почту, пролистала её.
— Кто-то вычистил и всю мою переписку с Максом, — продолжала удивляться Миока, — как будто мы и не знакомы даже. Ни одного письма.
— Взломали?
Миока проделала несколько операций, шлёпая пальцами по стеклянной столешнице. Программа сделала сканирование всей системы. На экране появились результаты, которые говорили о том, что заражений вирусами нет, сбоев нет и попыток взлома системы тоже не было.
— Всё в норме. Инфу вычистили изнутри, сами пользователи.
— То есть, или ты, или Макс, — подвёл черту Синицын.
— Но это же невозможно. Я ничего не удаляла! Андрей, поверь! Я! Ничего! Не удаляла! Веришь мне? Клянусь, я ничего не удаляла!
Синицын посмотрел на Миоку, она в самом деле была в отчаянии.
— Верю, Миока. Я тебе верю, - спокойным, размеренным голосом убедил её Синицын, - и тем не менее кто-то всё удалил. Внешний доступ у кого-нибудь был?
— Только у меня и Макса.
— Проверь удалённые письма. Возможно, удастся что-то найти в корзине, а заодно определить время, когда исчезла твоя переписка с мужем.
Миока послушно всё сделала.
— Нет ничего... — разочарованно призналась она, но продолжила работу с компьютером.
Миока на большом дисплее-телевизоре открывала окно за окном. Она что-то судорожно искала, и делала это так быстро, что Синицын с трудом улавливал, что за окна всплывают по её команде. А всплывало всё подряд: соцсети, мессенджеры, переписки.
Наконец Миока остановилась и закрыла все окна одним кликом. На экране осталась заставка, на которой под мягкий шелест волн моря о крупную гальку, на безлюдном пляже, малиновое солнце сползало за горизонт.
Миока взяла бокал с вином, откинулась на спинку дивана и закинула ногу на ногу. Сделала глоток из бокала. Поставила бокал обратно на стол. Села ровно, оперлась обеими руками о диван. Склонила голову, чёрные волосы её каре свисли над лицом. Она посмотрела на Синицына, убрала прядь за ухо.
— Не осталось ни-че-го, - поведала она, прибывая в лёгком шоке, - совсем нигде, совсем ничего не о-ста-лось, - перешла она на полушёпот, - такое ощущение, что Макса стёрли из этого мира, словно его и не было никогда. Или это меня стёрли из его жизни.
Миока горько усмехнулась.
— Ну, это уж ты через край, — не согласился Синицын.
— Нет ни одной фотографии, где мы с Максом вместе. Ни одного совместного поздравления, ни одного совместного письма, комментария или сообщения кому-либо. Ничего. Нигде. Он исчез даже из рамочки, что стоит на моей тумбочке.
— То есть? — не понял Синицын.
Миока поднялась и прошла в спальню. Принесла оттуда рамочку протянула её Синицыну. Андрей посмотрел на фото в рамке. На ней фото Миока с счастливым лицом обнимает кучу разноцветных пикселей.
— Я сначала думала, что это рамка сломалась, теперь так не думаю.
— Она же цифровая, — покачал рамкой Синицын.
— А какой быть? — искренне удивилась Миока.
— Бумажных фотографий с тобой и Максом нет?
— Шутишь? Кто их вообще делает?
— М-да, в самом деле, — согласился Синицын, — а с Дробовым у вас случайно не было фотографий.
— Точно! — оживилась Миока.
— На сайте корпорации должны быть фотографии, как же я про них забыла.
Миока опять присела к светящейся клавиатуре на стеклянной столешнице. Через пару мгновений на экране появилась фотография коллектива на которой был Макс и Олег Дробов.
— Какого чёрта? — возмутилась Миока.
Синицын не сразу понял, в чём дело. На фото жизнерадостные и довольные лица.
— В чём дело Миока?
— Какого чёрта он её обнимает!
Миока подскочила к экрану ткнула пальцем в изображение на экране, повернулась гневно глядя на Андрея. Действительно, Макс на снимке слишком откровенно обнимал за место ниже талии и прижимал к себе белокурую красавицу в короткой юбке.
— Это Марианна Фонина? — осторожно предположил Синицын.
— Нет. Это тварь Погодина! — взорвалась в гневе Миока, — Ах ты шлюха дранная! Да как же раньше не замечала! Вот жешь тварь!
Миока подошла к столу, дрожащими руками налила себе полный бокал вина, выпила его залпом и плюхнулась на диван.
Она старалась не заплакать и успокоиться. К удивлению Синицына, у неё это получилось довольно быстро.
— Миока, может это просто фото, — попытался успокоить её Синицын, — был в хорошем настроении, неосторожно обнял коллегу. Может это ничего и не значит.
— Вот так, — выговаривала Миока пьяным, но спокойным голосом, одновременно указывая ножкой бокала в сторону экрана, — коллег не обнимают. Так обнимают любовниц и любимых женщин. Жаль, что ты этого не видишь.
Андрей посмотрел на фотографию ещё раз. Ну да, Макс и в самом деле слишком близко прижался к Погодиной. Если бы так обнимали на камеру его девушку, он бы без лишних раздумий дал бы Максу в морду.
— Понимаю, — признал Синицын.
Миока поднялась с дивана.
— Я спать, — ослабшим равнодушным голосом сказала она, — или в подушку рыдать. Не решила ещё. Останься пожалуйста, - обратилась она к Синицыну и её брови стали домиком, - прошу, останься. Еда есть в холодильнике, вино в баре, в ванной найдёшь чистое полотенце, спать можешь где угодно, только останься. Ты останешься?
Миока немного помолчала и добавила:
— Мне спокойнее, когда я знаю, что в квартире есть кто-то, кто не предаст меня. Останешься?
— Да Миока, конечно останусь. Можешь полностью на меня рассчитывать, - заверил её Андрей.
Миока еле заметно кивнула, почему-то махнула на Синицына рукой, прошла в спальню и закрыла за собой дверь.
Продолжение следует