Дикая история расправы над новорождённым пугает и сама по себе, и деталями: главная подозреваемая оказалась блогершей с явным уклоном в психологию, «генетическую память» и прочее «инфоцыганство». Как женщине «продали» идею богатой и счастливой жизни, которая её не отпускала, и предали окружающие мужчины, как она сама заявляла.
Петербургские следователи утром 9 декабря сообщили о страшной «находке», сделанной в квартире на Ушинского днём ранее – об утопленном в тазу новорожденном, который и 20 дней не прожил. Главная и единственная подозреваемая – его 36-летняя мать. По данным 78.ru, расправиться с малышом она могла решив, что «не прокормит ребёнка», что выглядит страшным отзвуком всей философии женщины, блогерши, чьи публичные записи теперь смотрятся как хронология «болезни» и страшного отчаяния с чудовищными последствиями.
«Щёлкнуло» из-за молока
По данным 78.ru, погибшему малышу было всего 16 дней. О его гибели сообщила сама главная подозреваемая – Анастасия Скворцова.
После звонка в полицию она дожидалась силовиков дома в квартире на Ушинской улице: прибывшим оставалось лишь зафиксировать страшное.
– Расследованием установлено, что днём 08.12.2025 женщина в квартире по улице Ушинского в Санкт-Петербурге поместила своего новорожденного сына в таз, наполненный водой, и удерживала, перекрыв доступ к кислороду. В результате действий фигурантки мальчик скончался. Женщина 1989 года рождения задержана, ей предъявлено обвинение в инкриминируемом преступлении, – сообщили в региональном управлении СК о начале расследования уголовного дела, возбуждённого по части второй статьи 105-й об убийстве.
Инцидент уже стал поводом для проверок органов опеки: городская прокуратура уточнила, что там заинтересовались соблюдением «требований федерального законодательства о профилактике безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних».
При этом существует сценарий, при котором отвечать за произошедшую трагедию будет кто угодно, но не сама Скворцова. Дело в том, что это не первое, не второе, даже не третье убийство ребёнка матерью всего за последние пару месяцев, и в каждом случае возникает «органическое» подозрение на невменяемость совершающих подобное женщин.
«Мотив» Скворцовой, как по кавычкам можно догадаться, также вызывает определённые вопросы к состоянию женщины. По данным источника 78.ru, триггером стало то, что у неё пропало молоко – после этого, Анастасия решила, что не прокормит мальчика. Однако это был лишь «спусковой крючок». Дама была блогершей с «парапсихологическим» уклоном, но между сообщениями об «изучении иерархии семейных систем» и приглашениями на игры «Моё призвание» для скучающих в декрете, Скворцова постила натурально крики о помощи.
«Там рай и добро»
Блогерша публиковала в соцсетях почти всю свою биографию в деталях. Погибший новорожденный – не первый её ребёнок, женщина уже была замужем. С экс-супругом расписалась ещё в «десятые» годы, когда ей было 23 года. Завести малыша они не могли довольно долго – она делилась тем, что восемь лет хотела стать матерью и в 2017-м родила дочку. Ребёнок живёт с отцом: фактов насилия со стороны мамы, насколько известно, не было, родительских прав её никто не лишал.
Параллельно с этим женщина училась на различных курсах: в 2013-м прошла по макияжу и парикмахерскому искусству, начала работать по направлению, но затем – беременность, декрет, не меньше восьми месяцев без работы, во время которых, как складывается полное впечатление, женщина и начала усиленно искать себя. Уже в «двадцатые» Скворцова зашла в мир «нутрициологии», психологии (всех особенностей абьюзов, в частности) и прочего. А началось всё, как стало известно 78.ru, прямо хрестоматийно – с курсов Елены Блиновской после которых, по информации знакомых с бытом пары, та потихоньку начала интересоваться, почему супруг (брак, по мнению Скворцовой, у неё был абьюзивный) не богач и вообще, она хотела бы другого от этой жизни. Примерно в этот временной период и подруги начали замечать «что-то не то».
– Я с ней перестала лет 5-6 общаться назад. Только то, что мне показались какие-то у неё нарушения с психикой. Человек с ума стал сходить. <…> Просто какие-то неадекватные вещи мне стала говорить, – поделилась давняя знакомая женщины Анна Голубовская в разговоре с 78.ru.
Дальнейший её путь словно у оборотня, которого «покусали»: Анастасия сама начала создавать проекты, предлагая обучение «родовой истории» (версия очередного «учения» о «памяти генов»), лекции по «психосоматике», упомянутые игры-интенсивы «Моё призвание», телесные мастер-классы и другие «образовательные» услуги. К слову, довольно недешёвые – чтобы пройти «К корням», нужно было отдать не меньше 30 тыс. рублей для примера. И такие находились, судя по выкладываемым блогершей отзывам. Скворцова, кстати, вполне конкретно обозначала то самое «другое», чего она так жаждет:
– А можно инсценировать свою смерть? Чтобы я умерла для всех. И уеду отсюда навсегда под другим именем. И не вернусь. Не хочу здесь жить, с такими людьми. Не хочу никого из них видеть. Я бы уехала на Мальдивы… Там моё место. Писала бы книги. Там другие люди и природа. Там рай и добро. А здесь предательства, ложь, манипуляции, мрази продажные… лживые, – выкладывала в истории свою переписку Скворцова.
Предмет разговора – это вторая популярная тема в блоге Анастасии: она вела натуральную «войну», как может сложиться впечатление, со всем миром, но особенно мужской его частью. И это была не единственная проблема – «мечтательный» путь Блиновской к миллиардам ожидаемо привёл не к успеху, а к огромным долгам, в которых женщина близких винила.
«Я уже и так на коленях, избита, унижена, уничтожена…»
Цитата выше из той же серии историй Анастасии, где она публиковала сообщения о том, что её все бросили. Беременность у женщины выдалась крайне тяжёлая. В мае она целый список злоключений выкладывала, в числе которых:
- заблокированные из-за долгов карты;
- долги людям, «которые ей помогли», висящие с апреля;
- папа «кинул» на зарплату (мужчина – бенефициар строительной компании, где она с братом числились), а заодно «переписал» её квартиру на некоего своего знакомого, из-за того, что ранее недвижимость заложили ради спасения родительского бизнеса;
- брат, которому она посвящала такие эпитеты как «конченный продажный лицемер» и «позор рода», удерживает её личные вещи, в том числе необходимое для работы оборудование;
- бывший муж, который не платит алименты;
- отец ребёнка, которым она была беременна – «исчез»;
- нет денег на адвокатов и суды с целой кучей компаний, которые якобы должны ей деньги.
Перед следователями задача на самом деле нетривиальная – выяснить, насколько заявления правдивы, а насколько истории для «донатов» или же «доработанные» не ради наживы, а изменённым сознанием. Частично сказанное подтвердить можно уже сейчас – по крайней мере долги невыдуманные. На юрлице её компаний ООО «СТК-ФЭМ» и ООО «Доннас» (её брат также с фирмой связан юридически) числятся на данный момент задолженности на 1,1 млн рублей. С другими деталями истории сложнее.
В контру обвинениям родственников звучит рассказ подруги Анны Назаровой 78.ru. Она работала со Скворцовой над одним проектом летом. В беседе женщина отметила, Анастасия, может, и была обижена на родителей, но находилась у тех на содержании. Собственно, о том же писал ей и брат: содержание сообщения видно на историях, где его «позором рода» называют, там мужчина упоминает также, что это она всех родных заблокировала и не отвечала.
Примерно то же и с Назаровой случилось.
– Я её поддерживала, то есть она ко мне приходила. Я говорю: «Настя, давай что-то делать, давай как-то двигаться, давай что-то сделаем». Потому что по общению понятно было, что ей тяжело. Родители её поддерживали. Она была полностью, я так понимаю, на финансовой поддержке родителей, – рассказала Назарова, добавив, что последний раз с подругой вживую общалась в июле, затем они лишь переписывались, а в декабре Анастасия уже не отвечала.
К этому моменту она, судя всему, уже дошла до той грани, когда молока оказалось достаточно для «падения в пропасть»: как нам стало известно, она бывшего мужа за день до родов просила ей «помочь» уйти из жизни. Почему перед бездной, в которую летала Скворцова, не «дежурил» другой мужчина – отец убитого ребёнка?
«У него большое будущее»
Летом, как раз в июле, Скворцова писала в соцсетях:
– Я знаю, что это особенный ребёнок. У него большое будущее. Сила моего рода – мужчин-воинов, победителей, смелых и сильных и рода его отца – учёных соединились в этом чуде. Это будет великий, справедливый деятель. И это правда чудо, которое появится вопреки всему. Я тебя уже так сильно люблю и жду.
Слегка болезненный пафос обусловлен не только верой в историю рода. Отцом мальчика мог быть Пётр Казанский (женщина сама его упоминала), чья персона, в теории, могла убеждать, что у сына с такими родственными связями всё будет хорошо.
Мужчина – выходец из интеллигентной семьи профессоров, внук известного советского астрофизика, брат доцента филфака СПбГУ, спортивный функционер, руководитель организации «Спортивные Проекты», президент федерации мас-рестлинга Санкт-Петербурга, председатель Экспертного Совета по вопросам здоровья и физического воспитания обучающихся при Комитете Государственной Думы по образованию и науке 7 созыва и даже член Императорского православного палестинского общества и т.д. Регалии можно дальше перечислять - у него даже страница на Википедии есть, почти целиком из них состоящая. Мужчина в последней своей публикации от 8 декабря в личном тг-канале пишет о спорте, как об инструменте «создания позитивного имиджа государства».
Мужчина видный, публичный и, возможно, именно поэтому «испарившийся». Подруга Скворцовой в разговоре подтвердила, что у них могла быть связь, но не отношения: по чьей инициативе – вопроса особо не возникает. Сына мужчина не принял, а Анастасия утверждала, мужчина «готов был убить ребёнка, который получился в первые ночи, склонял к аборту, готов был пожертвовать в целом и моей жизнью». Насколько инфобизнесменка со странностями портила реноме видному мужчине? Достаточно, чтобы просто забыть про её существование?
Отец Петра в разговоре с 78.ru логично отметил, что в сферу отношений своего ребёнка особо не лезет, об отношениях сына по сути ничего не знал – только, что они общаются. В разговоре мужчина, правда, оговорился о причинах, по которых не разговаривал с потенциальной матерью внука (утверждать, всё же, только после генетической экспертизы можно):
– Знаю, что она пыталась со мной связаться, и знаю, что он [сын, Пётр] это не одобрил.
Впрочем, конечно, тут вопрос меры ответственности даже не к следователям – нет такой статьи как «оставление беременной в опасности с ней самой наедине». Вопрос «Кто виноват?», особенно в случае, если Скворцову признают невменяемой после отправки в СИЗО (следствие, как правило, ходатайствует об аресте в таких случаях), встаёт особенно остро в силу пугающей плотности страшных инцидентов.
На самом деле вопрос этот не про вендетту, а про «что делать?»: запрещать Блиновскую и других псевдонаучных «инфоцыган», менять систему мониторинга людей с психическими расстройствами, вводить «уголовку» для бросающих беременных или искать специалистов в каждый роддом для дополнительной работы рожениц с психологами, чтобы исключить опасности постродовой депрессии? Ответа однозначного не дашь, но проблему «точнее» и страшнее, чем детским телом в тазике – не выразишь.