История Джейн Гудолл — о доверии к жизни и внутренней силе.
1. Когда мир становится домом
Есть люди, которые остаются с нами даже после своего ухода.
Они не исчезают — просто общаются с нами из другого измерения.
Такой человек — Джейн Гудолл.
Эта великая женщина всегда вызывала во мне глубокое восхищение, это человек, перед которым я смиренно преклоняюсь и которого благодарю за присутствие в нашем мире – при ее жизни и даже после нее.
Каждый раз, начиная свой курс «Мастер НЛП Коммуникации» я цитирую ее высказывание: «Один шимпанзе – не шимпанзе». Это о том, что все мы связаны, и человек в этом смысле мало чем отличается от других представителей животного мира: проявляться и расти мы можем только в среде себе подобных.
Учёная, баронесса, бесстрашный исследователь, защитница Земли, женщина, которая научила человечество не смотреть сверху вниз ни на кого и ни на что — ни на животных, ни на природу, ни на самих себя.
Она прожила девяносто один год и ушла 1 октября 2025 года — во время своего очередного выступления в Калифорнии.
До последних дней она оставалась в движении: путешествовала, встречалась с молодёжью, выступала в парламентах, школах, на конференциях.
Это был идеальный финал для человека, который всю жизнь был «в пути».
Ее свет не угас — он даже стал распространяться еще дальше.
Джейн говорила незадолго до своего ухода:
«Я не боюсь. Свет, который ты несёшь, не принадлежит тебе — он просто проходит через тебя».
Эта фраза — как пароль её души.
Она прожила жизнь, не удерживая свет, а пропуская его сквозь себя и делясь им с другими.
Действительно, свет невозможно присвоить — его можно только пропускать и отдавать дальше.
2. Детство, в котором читалась судьба
Джейн родилась 3 апреля 1934 года в Лондоне, в семье инженера Мортимера Морриса-Гудолла и писательницы Маргарет Майфэнви Гудолл, которая публиковалась под псевдонимом Vanne.
Когда девочке было четыре года, отец подарил ей игрушечного шимпанзе по имени Джубили, который стал ее талисманом на всю жизнь.
Мать Джейн, Маргарет Майфэнви Гудолл, сыграла в ее судьбе одну из ключевых ролей, и эту удивительную женщину можно смело считать примером Матери с большой буквы – мать, которая на протяжении всей своей жизни поддерживала мечту любимой дочери.
Когда Джейн однажды сказала ей, что хочет изучать зверей в Африке,
Маргарет уверенно ответила: «Если ты действительно этого хочешь — наблюдай, учись, трудись, и у тебя всё получится».
Эти слова стали для Джейн первой установкой доверия к жизни — тем, что позже в НЛП обучении назовут «базовым убеждением» и «внутренней опорой».
Когда Джейн было пять лет, началась Вторая мировая.
Отец ушёл добровольцем на фронт, а мать с дочерьми переехала к морю, в Борнмут.
Там, под шум прибоя, у девочки проснулась та особая чувствительность ко всему живому, которая потом станет её даром. В доме были собаки, кошки, морские свинки, черепахи, пони...
Она таскала домой улиток, жуков, лягушек, «чтобы они не мокли под дождем» — ей было их жалко.
А мудрая мама не читала ей нотаций, а просто осторожно спрашивала:
— Как ты думаешь, им удобно жить в коробке?
И Джейн, подумав, возвращала их в сад. Так в сознании ребёнка рождалась будущая философия:
никакую жизнь нельзя контролировать, её можно только уважать.
3. Первая экспедиция. «Мама поехала со мной в Африку»
После школы Джейн работала секретарём и официанткой, копила деньги.
Её мечта не угасла.
В 1957 году она поехала к подруге в Кению и вскоре встретила там Луиса Лики, известного палеоантрополога, который в то время как раз искал человека, способного наблюдать животных в их естественной среде. Джейн без колебаний предложила ему свою кандидатуру. Луиса Лики не смутило, что у девушки не было диплома: он увидел в ней нечто, что было куда ценнее академического образования.
И Лики отправил Джейн в Танзанию, в национальный парк Гомбе.
Но тут возникло неожиданное препятствие: власти не разрешили молодой женщине ехать туда одной.
И тогда мать Джейн совершила очередной поступок, являющийся примером безграничной веры матери в своего ребенка и его мечту. Маргарет спокойно объявила: «Я поеду с дочерью».
Это был беспрецедентный поступок для того времени. Тем более, Маргарет тогда было уже 52 года – в середине прошлого века женщины 50+ считались уже «сильно пожилыми» и точно не искали для себя «африканских приключений». Тем не менее, Маргарет сорвалась из комфортных условий и поехала с Джейн жить в дикие джунгли – это было, ко всему прочему, реально опасно.
Они жили в палатке, вдали от цивилизации, без каких бы то ни было удобств, готовили себе еду на керосинке. Джейн с утра скрывалась в зарослях со своим биноклем и дневником, и мать не докучалаей напутствиями вроде «смотри, дочка, будь поосторожней». Абсолютно веря в свою дочь и ее предназначение, Маргарет оставалась в лагере – присматривала за порядком, готовила обед и писала письма в Лондон.
Она не только разрешила дочери мечтать, но и вошла вместе с ней в ее мечту!
Впоследствии Джейн скажет:
«Я никогда не смогла бы быть тем, кто я есть, без моей матери.
Она не просто позволила мне мечтать и поддержала меня в моей мечте — она встала рядом и пошла в нее вместе со мной».
4. Африка. Как тишина стала методом
Через полгода, когда Джейн было позволено находиться в экспедиции без сопровождения, Маргарет вернулась в Англию, и Джейн осталась в своей палатке одна.
Первое время шимпанзе убегали при её появлении.
И тогда, чтобы завоевать их доверие, она решила просто сидеть — часами, днями, неделями. Она не пыталась никак на них «воздействовать» — только присутствовала рядом.
Именно этот принцип и стал основой её метода. Кстати, он очень перекликается с тем, что мы делаем на курсах НЛП: прежде, чем начинать устанавливать раппорт (глубокий контакт на уровне бессознательного), нужно просто быть по-настоящему видеть своего партнера. И неважно, кто при этом перед тобой – человек или любое другое живое существо. С этого же начинаются наши курсы коммуникации.
И вот однажды самец Дэвид Грейбирд подошёл к Джейн и взял из её руки банан.
Она записала в своем дневнике:
«Это был момент доверия, который изменил всё».
Так началась новая глава в истории науки.
Джейн заметила, что шимпанзе используют ветки как инструменты, охотятся, делятся едой,проявляют эмоции, сочувствие и агрессию.
Они — не цифры для статистики и не «материалы»для изучения, они — личности.
Джейн дала им имена: Фло, Голиаф, Гоблин, Фифи, Дэвид.
Научный мир был возмущён: «Она даёт им имена!», «Фи, женщина без образования!», «Она слишком эмоциональна, это непрофессионально!»
Но её дневники были безупречны, наблюдения — точны, факты — неопровержимы.
И, в конце концов, Кембриджский университет вынужден был признать ее бесспорные заслуги перед наукой и пригласил защищать диссертацию без бакалавриата - беспрецедентное событие в академическом мире.
Джейн сразу же стала доктором философии (PhD), не имея степени бакалавра, а Луис Лики заявил:«Теперь нам нужно переопределить понятие “человек” или включить шимпанзе в этот список».
5. Баронесса на дереве
В 1964 году Джейн вышла замуж за голландского фотографа и аристократа Хуго ван Лауика, который снимал её работу для National Geographic.
Так она стала баронессой ван Лауик-Гудолл, — ей тогда было 30 лет, и для тех времен это был весьма поздний брак, — но оставалась всё той же уникальной женщиной: вместо присутствия на торжественных приемах и бесед с представителями королевского двора она предпочитала сидеть на ветке дерева с блокнотом, наблюдая за своими шимпанзе.
Баронесса — в джунглях, учёный — с собакой на коленях (собаки всегда были ее любимыми животными), женщина — между миром академической науки и жизнью на дикой природе.
Этот контраст стал символом её жизни.
Позже Джейн скажет:
«Если мы хотим сохранить жизнь на Земле, нужно начать с уважения.
Любое живое существо имеет право быть».
Её любили приглашать во дворцы – правда, к нее редко было на это время.
Принц Филипп, президент WWF, всячески поддерживал её инициативы. Принц Чарльз назвал её «совестью планеты».
Но где бы она ни была — в королевском зале или в хижине в Гомбе — она говорила о простом и главном: о шимпанзе, о лесах, о детях нашей планеты и их будущем.
6. Двое любимых мужчин
Джейн знала и счастье любви, и боль потери.
После развода с Хуго через десять лет их брака она снова выбрала Африку.
Вторым мужем Джейн (в 41 год) стал Дерек Брайссон, министр и директор национальных парков Танзании. Он помогал ей защищать заповедники и горячо поддерживал её исследования.
Джейн, которой на тот момент было 46 лет, очень тяжело пережила его уход. Она тогда сказала: «Я учусь отпускать с любовью. Это тоже часть уважения к жизни».
После ухода Дерека она больше не выходила замуж- её единственной любовью стала Земля.
7. Сажать деревья и любить всё живое
Где бы Джейн ни находилась, вокруг нее и рядом с ней всегда были животные. Собаки, кошки, попугаи, даже ёж, которого она однажды спасла.
Она сажала деревья, кормила птиц и говорила:
«Когда я сажаю дерево, я думаю о будущем. Может быть, кто-то под его тенью однажды поймёт, что всё живое связано».
В 1977 году она основала Институт Джейн Гудолл, а в 1991 году — программу Roots & Shoots, объединившую молодёжь по всему миру в проектах помощи природе.
Она часто повторяла: «Надежда — это не чувство. Это выбор».
8. Джейн как пример постоянного личного роста
Замечание Джейн о том, что «один шимпанзе – не шимпанзе» — это еще и о том, что человек вне контекста, собственно, и не человек.
И о том, что общение — это не просто обмен информацией, а некое единое дыхание, где важно всё: взгляд, интонация, пауза, тишина.
Именно с этого и начинается НЛП для начинающих — слышать не только сам текст, а жизнь в микропаузах между словами и буквами.
Джейн видела в каждом существе индивидуальность. Она никого не исправляла — просто слушала. Она не пыталась «переучить» мир — она училась у него.
И в этом — ее удивительная мудрость: тот, кто умеет по-настоящему наблюдать, по-настоящему становится человеком.
9. Практики на основе опыта и жизни Джейн Гудолл
1. Слушать без намерения понять.
Проведите день, наблюдая за людьми, животными, природой, ничего не интерпретируя.
Попробуйте делать так, как делала Джейн: просто присутствуйте, пока мир сам не покажет, что именно хочет вам сказать.
2. Отпускать с благодарностью.
Когда приходит время перемен, сопротивляться бесполезно.
Самое мудрое – просто произнести вслух или про себя: «Спасибо уходящему времени, теперь – другое время, и я приветствую новый начинающийся период».
Так делала Джейн, когда заканчивались разные этапы ее судьбы, когда уходили близкие люди — и это тоже становилось частью ее жизни.
10. Свет, который остаётся
Даже в девяносто лет Джейн выступала перед огромным количеством людей: тонкая, седая, прекрасная, элегантная, леди с безупречным вкусом и бесподобным английским юмором, в зелёной накидке с изображением шимпанзе, с той самой мягкой улыбкой человека, который знает то, что неведомо другим.
Ее знаменитая фраза — «Мир не так уж плох, если каждый день делать для него хоть что-то хорошее».
После её смерти тысячи людей по всему миру посадили деревья — живые памятники живому человеку.
Институт Джейн продолжает работу, молодёжь создаёт проекты, а королевские и президентские слова благодарности продолжают звучать в адрес этой женщины-легенды – тепло и по-человечески.
Джейн Гудолл прожила яркую и долгую жизнь, как будто на одном дыхании, ни на миг не изменяя себе.
Она была учёным, матерью, красивой женщиной, баронессой, другом животных и адвокатом Земли.
Но главное — она была человеком, который доверял жизни во всех ее проявлениях.
«Мы — часть природы. Не выше и не вне её — часть. И то, что мы делаем каждый день, имеет значение».
Думая о Джейн, я чувствую, что она по-прежнему где-то рядом.
Можно ли сказать, что звезды больше нет, если её лучи всё ещё освещают дорогу тем, кто ищет свой смысл?
Так и Джейн: её лучи идут к нам — мягкие, ясные, вечные.Благодаря таким людям как она, мы осознаем, что и у каждого из нас есть своя миссия на Земле, и она – вне времени и вне границ.