Сидим мы как-то в кондитерской «Куликовский» после смены. Дело было за месяц и 25 дней до Нового года, в воздухе пахло имбирным пряником и надеждой. Готовили мы панини с курицей, и, как водится, парочка вышла с поджаринами чуть сильнее положенного. Списав их, мы с Лерой устроили небольшой пир.
Разговорились о жизни, о праздниках. И я ей говорю: «Лер, Новый год – время чудес, вот честно». А она мне так, заломив свою белокурую головку, и отвечает с хитрой улыбкой: «Света я могу только тебе поведать, ты знаешь, какое самое эпичное «чудо» в моей жизни случилось как раз под Новый год? С Федькой, моим тогдашним спутником по несчастью».
Я, естественно, приготовилась слушать, отложив в сторону свой панини. И Лера, понизив голос до доверительного шепота, выдала мне эту сагу. А я теперь вам, по большому-пребольшому секрету, её пересказываю.
Акт 1: Стратегическое планирование и выбор цели
Дело было 30 декабря. Атмосфера в квартире Леры была предпраздничной только благодаря гирлянде на окне. Главные действующие лица – сама Лера и её друг Федор – напоминали пару тощих борзых, случайно забредших на чужую кухню. Состояние было такое, что от мыслей о мандаринах и оливье только мутило.
Спасительницей и мучительницей в одном лице выступила мама Леры. Женщина с волевым подбородком и печальным опытом, она забила большой, основной холодильник провизией на все праздники. И, предвидя рейды, перетянула его по периметру здоровенной, звенящей металлической цепью и повесила амбарный замок, достойный ворот Ширяйской крепости.
И тут Федору, чей мозг в поисках дозы выдавал поистине титанические идеи, пришла мысль. Он с тоской посмотрел на маленький старенький холодильник в углу, а потом – на этого закованного в цепи «Атланта».
«Лер! – просипел он, и в его глазах вспыхнул огонёк алхимика, видящего философский камень. – Смотри! Этот, маленький, – это так, мелочь пузатая. А вот ЭТОТ... – он почти благоговейно указал на закованного великана. – Это ж чёрный металл, цветной металл в компрессоре, ДА ЕЩЕ И ЦЕПЬ С ЗАМКОМ! Это тебе не хлам, это – капитал! За него дадут в ПЯТЬ раз больше! Мать не заметит – она к бабке в деревню уехала!»
Логика, ослепляющая в своей простоте, поразила Леру, как удар молнии. Конечно! Рискнуть и получить много, или остаться с малым? План был принят. Их не остановила ни цепь, ни замок, ни тот факт, что они с трудом держались на ногах.
Акт 2: Операция «Голый задник и железный друг»
Самое эпичное началось, когда они попытались сдвинуть этого закованного гиганта с места. Он оказался не просто увесистым, а монолитом. Два тела, в которых было килограмм по сорок пять сухого веса, напряглись до хруста в костях.
И тут случился первый кризис. Штаны Федора, и так висевшие на нём, как на вешалке для бикини, при первом же мощном рывке решили сползти окончательно, продемонстрировав всему подъезду его бледную, тощую поясницу.
«Всё, Лер, держись! Я сейчас! Ремень – он для дела нужен!» – крикнул Федор, не теряя присутствия духа. Сняв свой старенький кожаный ремень, он совершил стратегический маневр. Он зацепил пряжку за ту самую мамину цепь на холодильнике, а сам, с голой жопой, лег на холодный бетон лестничной площадки, превратившись в живую ломовую лошадь. Лера же, отчаянно фыркая и пытаясь не смотреть на открывающиеся виды, изо всех сил толкала конструкцию сзади.
Так они и спускались с пятого этажа: закованный в цепи холодильник, скрежеща и лязгая, как прикованный призрак, полуголый Федор, ползущий на четвереньках и оставляющий на ступеньках замысловатые узоры подштанниками, и Лера, подталкивающая всю эту кавалькаду и приговаривающая: «Тише, ты, а то мамаша Зинаида с третьего этажа услышит! Она же у нас, как сторожевой пёс!».
Акт 3: Шествие к храму коммерции
Вытащив своё сокровище на улицу, они поняли, что путь до Ленинского рынка – это не зимняя сказка, а суровая реальность. Холодильник приходилось тащить волоком по снегу, оставляя за собой борозду, как от падающего спутника. Прохожие оборачивались.
Один таксист даже высунулся и проорал: «Эй, Дед Мороз, тебя Санту на санках забыл?». Лера, не растерявшись, парировала: «Он у меня в холодильнике! Везу на вскрытие!».
Добравшись до рынка, они направились к знакомым «коммерсантам», чей ларёк носил гордое название «ПриёмЦветМет». Увидев их, один из барыг, мужик с лицом, как вобла трёхгодичной выдержки, долго молчал. Его взгляд скользнул с огромного закованного холодильника на Федора, подтягивающего штаны, на Леру, вытирающую пот со лба.
«Блин, – наконец выдавил он, закуривая. – Ну вы и авантюристы. Цепь с замком – это круто. Беру дорого. За такой «спецзаказ» – четыре дозы и пачку «Беломора» в придачу, чтоб согреться. Как пацан с голой жопой тащил – за трудолюбие и креатив».
Эпилог: Быстрое правосудие и счастливый финал в «Куликовском»
«И знаешь, Света, – закончила Лера, доедая свой панини. – Самое «волшебное» случилось, когда мы, счастливые, вернулись. Мама стояла на пороге. Вернулась раньше. Не прошло и трёх часов. Взгляд у неё был такой, будто она не столько на меня, сколько сквозь меня смотрит. Ни крика, ни истерики. Молча подняла телефон и сказала всего три слова: «Всё. Хватит. Забирайте». Так меня и сдали в рехаб. Прямо под бой курантов.»
Я сидела, пораженная в самое сердце этой бизнес-хваткой и оперативностью материнского правосудия.
«А вот Виталий меня из рехаба и вызволил! – рассмеялась Лера. – Кто-то ему про эту историю проговорился. Он вызвал меня и говорит: «Человек, способный в таком состоянии провести такую сложную логистическую и сбытовую операцию, оценить актив и добиться максимальной прибыли – это талант! Мне в «Куликовском» как раз менеджер нужен, с креативным подходом и умением рисковать». Ну, я и отработала тут своё время честно. А теперь вот в новое медийное место ухожу, на повышение!»
Вот такая история. Жалко, конечно, что Лера нас покинула, но мы теперь навсегда запомним, что наш «Куликовский» хранит легенду о менеджере, который ради высокой цели был готов на всё. Даже на голую задницу напарника и кражу закованного в цепи холодильника.
Так что, если в новом медийном месте у неё что-то не заладится, мы всегда её ждём назад. Но только чтоль без холодильников. Наши-то нам ещё нужны. А то Виталий, чего доброго, и их цепями перетянет.