В тишине этой ночи скрип входной двери разнёсся как настоящий гром над открытым полем — резкий, оглушительный и по-настоящему пугающий. Елена, которая только очнулась от лёгкой дремоты, так сильно перепугалась, что даже не шелохнулась. Она просто замерла на месте и впилась пальцами в тонкое одеяло — они даже побелели от напряжения. Скрип тут же повторился, а за ним раздался шорох тяжёлых шагов по ковру в коридоре. Елена прикусила губу, стараясь не издать ни звука. Нет, это точно не могло ей просто показаться, это происходило на самом деле. Она сделала тихий и глубокий вздох через нос, пытаясь взять себя в руки и унять этот накатывающий страх, но вместо облегчения только почувствовала, как голова начала болеть ещё сильнее. Будто череп сжало тисками, а глаза забегали по тёмной комнате в поисках хоть чего-то, что могло бы послужить защитой от того, кто пробрался в квартиру.
Но ничего подходящего не попадалось. Взгляд зацепился только за электронные часы на полке — они ярко светились красными цифрами: 03:18. Шаги тем временем затихли прямо напротив двери в её спальню. Может, это хозяйка квартиры вернулась? — мелькнула мысль, но Елена сразу отогнала её от себя, не давая зацепиться. Ведь арендодательница, какая бы странная она ни была, точно не заявилась бы в такое позднее время. Тем более шаги звучали слишком тяжело — явно там был не один человек. В ушах у Елены пульсировал стук сердца, но сквозь него она расслышала, как шаги переместились на кухню. Там скрипнул стул, а потом что-то покатилось по столу с тихим стуком. Женщина крепко зажмурилась, и перед глазами поплыли красные круги. Шаги теперь торопливо направились от кухни обратно к двери спальни. Дыхание у Елены перехватило, и она замерла в ожидании.
— Ну, давай уже, — раздалось негромкое слово, произнесённое шёпотом с той стороны.
Одеяло вот-вот могло порваться — так сильно Елена вцепилась в него пальцами.
— Что, дверь открывать? — прошептал в ответ другой голос, но Елена не разобрала его толком.
Преодолевая страх, который сковывал всё тело, она медленно приподнялась на постели. Уставилась на дверь, не отрывая взгляда. Что ей сейчас делать, женщина совершенно не представляла. В голове царила полная пустота. Тем временем те двое за дверью начали перешёптываться между собой. Елена улавливала только обрывки слов, но из-за нервов никак не могла сосредоточиться и понять их смысл. Всё так же кутаясь в одеяло, она опустила ноги на пол и бросила быстрый взгляд в сторону окна. Шестой этаж — прыгать оттуда означало бы верную гибель, без всякой надежды. Она поднялась на ноги, сделала пару шагов к стулу неподалёку. Подумала, что им можно подпереть дверь. Эта идея на миг подарила проблеск надежды, но только до того момента, как ножки стула шаркнули по полу с лёгким шумом. За дверью на секунду повисла полная тишина. А потом дверь резко и громко распахнулась.
Елена успела только коротко вскрикнуть, когда её рот зажала широкая мужская рука.
— Пустите! — пыталась она кричать сквозь эти пальцы, но изо рта вырывался только отчаянный и неразборчивый скулёж.
От этого собственного звука она паниковала ещё сильнее. Взгляд её цеплялся за нападавшего, но лица разглядеть не получалось. На голове у него красовалась какая-то дурацкая маска в виде мультяшного героя. А позади него замаячила вторая такая же фигура.
— Что вам от меня нужно? — пыталась спросить Елена сквозь руку.
Но чужая ладонь на лице стиснула ещё крепче. Большой палец крепко держал её за челюсть, не давая даже повернуть голову, не то что вырваться из захвата. Елена всхлипнула, промычала что-то невнятное и в последнем порыве отчаяния вцепилась зубами в эти пальцы. Во рту сразу стало мерзко от вкуса крови. Мужчина взвыл высоко и отпрянул назад.
— Держи её! — закричал второй человек.
— Нет, отпустите! — закричала Елена, пытаясь вырваться, но замерла, увидев знакомую фигуру.
Ей следовало бы бежать, выскочить из комнаты, а потом и из всей квартиры, стучать в двери соседей, вызывать полицию. Но она просто стояла и смотрела на девушку, которая стояла за спиной нападавшего. Этот голос она знала отлично.
— Ольга, — негромко произнесла Елена имя, и это подействовало как спусковой крючок.
— Быстрее, что стоишь? — воскликнула девушка и толкнула мужчину в плечо.
Тот дёрнулся в сторону Елены. Его рука пронеслась совсем близко, но женщина успела проскочить под ней и бросилась к двери. У неё ещё оставался шанс выбраться и спастись. Оставив спальню за спиной, босиком, громко топая по полу, она помчалась к входной двери. Но добежать не успела всего чуть-чуть. В глазах резко потемнело, удар пришёлся в затылок. Женщина рухнула прямо на стоявшую у выхода коробку. Перед глазами всё плыло. Внезапно воспоминания нахлынули. Такой страх она испытывала только однажды, ещё в детстве. Тот день ничем не отличался от всех остальных: будильник, завтрак, поездка в школу — сплошная рутина, ничего особенного. Только вот родители успели поругаться как раз перед выходом из дома. Их крики не утихали даже в машине. Маленькая Лена сидела на заднем сиденье и смотрела на свои руки, не поднимая глаз. Она не видела, что именно стало причиной той аварии. Помнила только, как сильно болела голова, как жгло в животе и ноге, слышала чьи-то крики, сирену и этот хрип. Он доносился откуда-то спереди, где сидели родители, такой медленный, тихий, но для маленькой девочки в тот момент он был самым громким звуком на свете. Лена никогда не забывала этот хрип. Он крепко переплёлся с воспоминаниями о родителях и стал неотъемлемой частью тех образов.
— Всё будет хорошо, ты скоро поправишься, поживёшь у нас пока, — говорила тётя, которая приходила в больницу стабильно утром и вечером и подолгу сидела в палате у племянницы. — Тебе же нравится гостить у нас с дядей Сашей, Сергей очень ждёт, когда ты приедешь.
Она говорила и говорила, но иногда замолкала, низко опуская голову и стараясь скрыть слёзы. Лена видела это, хотя и отворачивалась. Из больницы её выписали только через полгода.
— Ленка! — навстречу девочке, едва она переступила порог квартиры, выбежал мальчик. — Наконец-то ты дома!
— Привет, Сергей, — ответила девочка, позволив брату обнять себя.
Она скривилась от боли, но не оттолкнула его, а потрепала по волосам, как раньше делал папа. Лена осталась жить с тётей, дядей и двоюродным братом. На её теле осталось множество шрамов, которые год за годом бледнели, но, казалось, становились только заметнее. Сильнее всего бросался в глаза росчерк бледных широких полос на животе. Тётя пыталась пересказать девочке слова врачей в более мягкой форме, но Лена всё равно не слушала. Она задумчиво водила пальцем по длинным зарубцевавшимся линиям, тыкала в точки, оставшиеся от швов. На долгие годы Лена отстранилась от всего мира, и только Сергей всегда оставался где-то рядом. Со временем, когда Лена повзрослела, она встретила Алексея, и их отношения развивались постепенно, от дружбы к чему-то большему.
— Вы женитесь? — спросил он однажды.
— Да, — улыбнулся Алексей и взял Лену за руку.
Та кивнула в подтверждение.
— Я всегда знал, что вы будете вместе, вот уверен был, — повторял Сергей из раза в раз.
Лена отмахивалась, а Алексей обнимал её и целовал в щёку.
— Какой внимательный у тебя брат, — говорил он.
В тот вечер посидеть и нормально поболтать так и не получилось. Любой разговор Сергей сводил к грядущей свадьбе. Лену эти разговоры совсем не веселили. Она всё больше мрачнела.
— Ты в порядке? — спросил Алексей.
— Да, голова болит, — нашла она достойную отговорку.
Алексей немного поторопил события, объявив о свадьбе. На деле Лена ещё не дала ему окончательного ответа.
— Хочешь сказать, что ты меня всё же не любишь? — шутливо надулся Алексей, когда ему удалось выпроводить Сергея за порог.
Лена смахнула с плеч руки жениха.
— Ну чего ты? Расскажи, — попросил он.
— Да, я давно хотела тебе рассказать, — ответила Лена.
— Если речь не о том, что у тебя уже есть муж, то я всё пойму и приму, — продолжал шутить Алексей, но Лена глянула на него остро и недовольно.
— Ну правда, любовник, что ли? — добавил он.
Девушка сердито толкнула его в плечо, чем вызвала искреннюю улыбку.
— Ладно, прости, я слушаю, очень внимательно, — сказал Алексей, присев прямо на пол перед сидящей на диване Леной.
Он взял её ладони в свои, поцеловал каждую поочерёдно.
— Ты хочешь, чтобы у нас были дети? — спросила Лена.
Первое мгновение после такого внезапного вопроса Алексей растерялся, не зная, что ответить.
— Ну да, а ты не хочешь? — переспросил он.
— Хочу, — ответила Лена и опустила голову, скрывая лицо за распущенными волосами.
— Тогда в чём проблема? — поинтересовался он.
— Я не могу иметь детей, — сказала девушка и всхлипнула, отняла руки у парня и спрятала за ними лицо.
Она громко всхлипывала и не пыталась продолжить разговор, а Алексей не настаивал. Он сел рядом, обнял и успокаивающе гладил по спине. Лишь когда истерика утихла, Лена смогла рассказать и об аварии, и о своих шрамах, и о том, как много у неё из-за случившегося проблем со здоровьем.
— Я не могу иметь детей чисто физически, и вылечить это никак нельзя, — добавила она в последний раз издавленно всхлипнув, потому что лечить просто нечего.
Алексей ничего не сказал, только прижал к себе Лену и молчал. Сейчас он передумает, была уверена девушка, предложит расстаться.
— Если это всё, — заговорил вдруг Алексей, — то давай выбирать дату для свадьбы, я бы хотел летом, а ты?
Лена вновь залилась слезами. Свадьбу всё-таки решили устроить летом. Это был прекрасный день, солнечный и яркий. Лена, пусть и уставшая после всего этого дня, счастливо улыбалась, глядя на мужа, который разбирал подарки.
— О, у нас уже три миксера, этот пока мой фаворит, — сказал Алексей, поставив все три в ряд и глянув на жену.
Они теперь исчезнут, подумала Лена, не сразу поняв шутку, а поняв, рассмеялась. На душе было легко. Если Алексей отнёсся к новости спокойно, то его родители остались недовольны. Выяснить это предстояло не самым приятным образом.
— О таких вещах нужно предупреждать заранее, — услышала Лена крик свекрови из комнаты, хотя сидела на кухне за закрытой дверью.
Девушка нахмурилась. О чём они там с Алексеем только спорили? Ещё пару минут назад молодожёны, толкаясь локтями у плиты и посмеиваясь, готовили себе завтрак. Чайник негромко бурчал, закипая, и вот-вот должен был щёлкнуть кнопкой, оповещая о готовой воде. Лена, играя, собрала пальцем стекающую с половника каплю теста для блинов и вымазала им нос мужа. Алексей забавно и наигранно поморщился.
— Что это вы, гражданка, делаете, хулиганите? — спросил он.
— Ничего подобного, меня подставили, я вообще только пришла, — ответила она.
Она попыталась отскочить в сторону, когда Алексей обнял её и стал тереться носом по щекам и шее девушки.
— Прекрати, — смеялась та, вырываясь из рук.
Тактичный кашель свекрови помог Лене спастись. Алексей отпустил жену и повернулся к матери.
— Что случилось? — спросил он.
Лена не могла не заметить, что в последние дни отношения этих двоих стали натянутыми. Они постоянно бросали друг на друга недовольные и даже злые взгляды, игнорировали или даже попросту разворачивались и уходили, едва оказавшись в одном помещении. Это не могло не смущать, но Алексей каждый раз отмахивался.
— Всё нормально, — отвечал он на вопросы жены.
И нового ответа добиться не выходило.
— Пойдём, нужно поговорить, — позвала Алексея его мать.
Лена глянула на нахмурившегося мужа, а потом вспомнила, зачем они, собственно, здесь собрались.
— Блин! — воскликнула она и бросилась к сковородке.
Почти ровный плоский круг начал уже коричневеть.
— Идите, я сама доделаю, — сказала она.
Алексей открыл рот, собираясь поспорить, но почему-то передумал и обернулся к матери.
— Пошли, — сказал он.
Они вышли из кухни, плотно прикрыв за собой дверь. Шаги вскоре затихли. Лена услышала, как хлопнула ещё одна дверь, а потом на время стало тихо. Когда раздался крик, девушка вздрогнула и обожгла палец о бортик сковородки. Ярко-алая полоска проявилась через минуту и очень сильно болела. Свекровь вновь что-то прокричала, но в этот раз уже не так громко, так что слов Лена не разобрала. Девушка отключила плиту, выложила последний блин и вышла в коридор. Ей нужна была аптечка, ведь палец с каждой секундой жёг всё сильнее. Алая полоска украсилась пухлым волдырём. Лена подошла к ближайшей двери и попыталась открыть её. Именно там, в шкафу, лежала такая нужная сейчас аптечка. И именно оттуда раздавались крики свекрови.
— Если ты знал, что она не может родить, зачем женился, поиздеваться над нами вздумал? — кричала свекровь. — Мало того, что женился на какой-то простолюдинке, так ещё и это.
— Простолюдинка, — негромко воскликнул с нервным смехом Алексей. — А ты особо голубых кровей стала быть? Что ты несёшь?
— Говорю, что думаю, под каким забором ты её нашёл, ладно уж, мы с отцом её приняли, так и быть, а тут такие новости, ты долго скрывать от нас собирался такое? — продолжала свекровь.
Раздался глухой негромкий стук, будто что-то упало на пол. Лена подозревала, что это вряд ли вышло случайно.
— Каким боком это вас касается? — спросил Алексей.
— Таким, что это у нас внуков не будет, а это единственное, на что эта девчонка могла годиться, какой теперь в ней смысл? — ответила свекровь.
Лена отступила от двери, понимая, что не так уж и больно ей от ожога. Возвращаясь на кухню, она слышала, как Алексей рассказывал, какая Лена хорошая, как он её любит и ценит, как его не волнует, что у них не будет своих детей. Она слышала всё это, но успокоиться почему-то не могла. В следующие несколько дней Лена провела в своих мыслях. Ничто не могло её развлечь или порадовать. Алексей переживал.
— Да что с тобой такое? — спросил он.
— Ничего, — ответила Лена, отставив трижды вымытую чашку в сушилку и потянувшись к блюдцу.
— Ты такими темпами все рисунки с посуды сотрёшь, — заметил Алексей, шагнув к ней.
Он забрал блюдце и поцеловал в щёку, но шутка не разбавила атмосферу.
— Прости, — поникла Лена.
— Ты чего? Я же пошутил, — сказал он.
Но эти слова девушку не успокоили. Она прикрыла глаза и тяжело вздохнула.
— Зря мы поженились, — произнесла она.
— Почему это? — спросил Алексей.
— Потому что я не могу иметь детей, — ответила Лена.
Алексей нахмурился, глянул строго, а потом издал странный звук.
— Это мама с тобой поговорить успела, как же она достала со своими требованиями внуков, будто только в них одних и смысл, — сказал он.
Лена снова вздохнула и прикрыла лицо ладонью.
— Как я это ненавижу, она мне ничего не говорит, но так смотрит, — произнесла она, и голос девушки становился всё громче. — И по глазам читается: ты недостойна быть женой моего сына, ты неполноценная, а я что ли виновата в том, что случилось? Разве это мой выбор? В чём моя вина?
Она кричала, совсем не сдерживая подступившую истерику. Алексей остался лишь обнять её, прижать крепко к своей груди и дать прокричаться, рыдая в его домашнюю футболку.
Продолжение :