Ирина Сергеевна Глебова рассказала, что отличает хорошего продюсера от плохого, за что отвечает продюсер Первого канала и какими запрещёнными приёмами пользуются все, но никто не признаётся.
Ирина Сергеевна Глебова — креативный продюсер «Первого канала», продюсер концертных мероприятий в Кремлёвском дворце и Национальном центре Россия; продюсер телевизионных программ «Угадай мелодию», «Контрольная закупка», «Розыгрыш», «Галилео», а также сериалов «Не родись красивой», «Моя прекрасная няня»; член Союза журналистов России; член Союза писателей России
— Объясните, пожалуйста, простыми словами: чем занимается продюсер?
— Основная задача продюсера — придумать оригинальный или актуальный концепт проекта, который будет рассчитан на определённую целевую аудиторию. Важно, чтобы по этому концепту он понимал, чем продукт будет отличаться от предыдущих. Знаете, как музыканты говорят: «У нас всего семь нот, а мы всё равно вынуждены придумывать новые произведения».
Так и продюсер: всегда должен придумывать какой-то новый концепт и способы его реализации. Но важно понимать: придумать можно всё, что угодно, но есть реалии. А реалии — это бюджетные ограничения. Также важно следить за современными технологиями, потому что всё, что придумывает человечество, продюсеры сразу интегрируют в творческие и производственные процессы.
Продюсеры — это идущие в ногу со временем люди, никогда не консерваторы, а, наоборот, новаторы, которые вводят новшества в целях экономии бюджета. Как, например, в 2023 году на шоу «Угадай мелодию» мы совершили революцию на ТВ. В эфире Первого канала появилась соведущая Валдиса Пельша — девушка Гамма, сгенерированная искусственным интеллектом. И чтобы разнообразить игру, многие конкурсные рубрики были также сгенерированы искусственным интеллектом.
— А что сложнее: придумать концепцию или заставить её работать в медиапространстве?
— Пожалуй, самое сложное — это найти идею, которая выстрелит. Именно эта чуйка отличает хорошего продюсера от плохого. То есть в какой-то момент продюсер должен почувствовать, что та или иная идея актуальна или оригинальна. И он начинает делать что-то невообразимое. Кто-то даже скажет, что продюсер «жуть» какую-то делает, и люди не будут понимать, зачем он это делает. Но, делая ту самую «жуть», он вдруг становится продюсером Влада А4, у которого активная аудитория порядка 70 миллионов человек. Мы, например, во время ковида сделали документальное шоу, которое называлось Pro.Dobro.Life. Вместе с блогерами-миллионниками в каждой серии учили наших зрителей, что делать добро — это не только просто, но и очень круто! С этим проектом мы выиграли конкурс ИРИ (Институт развития интернета) и получили грант, а потом выиграли много международных фестивалей.
— Существует ли какая-нибудь продюсерская формула по вычислению «выстреливающих» идей, или это чисто интуитивный процесс?
— Только интуиция может позволить что-то запустить. У каждого продюсера огромное количество проектов в его сценарном портфеле. Он может десятилетиями вынашивать идею, но только сейчас почувствует, что пора её доставать. Это чисто интуитивная история.
— В чём заключается Ваша работа креативного продюсера Первого канала?
— Когда ты работаешь креативным продюсером, ты должен понимать, что Первый канал — целый механизм, это машина, у которой есть огромное количество цехов, которые производят разный контент: новостной, политический, экономический, культурный, развлекательный. И у меня в этой машине есть своя сфера деятельности. Я занимаюсь разработкой, съёмкой и запуском пилотных версий развлекательных программ. Я делаю либо адаптации каких-то форматов, либо придумываю какие-то новые, которые сейчас нужны.
Моя основная задача — придумать творческую концепцию проекта, а затем сравнить её с конкуренцией на других каналах. Также важно настроить оперативное производство. Любой федеральный канал требует, чтобы линейка запущенных программ была максимально технологически выверенной. Поэтому я, как креативный продюсер, сразу понимаю, какое количество людей будет задействовано, какое количество дней потребуется на производство и, естественно, понимаю приблизительный бюджет каждого выпуска проекта.
— А какими проектами «Первого» Вы больше всего гордитесь?
— Наверное, одним из сложнейших проектов за всю историю Первого канала было шоу «Розыгрыш» (юмористическое шоу, в котором разыгрывали знаменитостей, прим.автора), потому что каждый выпуск готовился за полгода. Каждый «Розыгрыш» был смоделирован группой специалистов, и звезда, которую разыгрывали, никогда не знала, что её разыгрывают. Перед командой стояла задача заманить звезду в эту ловушку розыгрыша, придумать легенду, придумать интересный сценарий, по которому ей всё равно придется стать героем, либо спасти кого-то, либо кого-то выручить из какой-то сложной ситуации. То есть проявить свои человеческие, хорошие, добрые качества. И чтобы ни в коем случае не проявились иные качества, потому что в противном случае знаменитость просто не подпишет этот розыгрыш на эфир.
Это была, наверное, самая сложная задача из всех, потому что нужно было просчитать все возможные и невозможные поведенческие, психологические и эмоциональные реакции человека.
— Как Вы дошли до креатива на федеральном канале?
— Нужно понимать, что любые мечты о той или иной профессии должны всё-таки сопровождаться неким трудоголизмом. Я, к примеру, постоянно смотрю огромное количество иностранных форматов. Придумываю, как можно было бы их адаптировать для российского зрителя. Наверное, это можно назвать одержимостью, потому что я всё время думаю о своей любимой работе. Ещё самое важное то, что здесь, конечно, надо было пройти все ступеньки: я по первому образованию журналист, и начинала тоже как журналист. Дальше была редакторская работа, потому что продюсер должен уметь работать как редактор. Также продюсер должен уметь работать и как сценарист, потому что должен знать все сценарные законы. И как режиссёр, потому что я, как режиссёр ещё по одному образованию, должна знать, как поставить шоу и как его смонтировать. То есть продюсер должен и законы монтажа знать, чтобы понимать, как снимать свой проект. Дальше он должен понимать, как работают операторский цех и звукорежиссёрский.
— Доводилось ли Вам когда-нибудь идти против зрительских ожиданий?
— Дело в том, что уходить от зрительских ожиданий — с одной стороны, огромный риск. С другой — нельзя, чтобы зритель мог тебя предугадать. Например, когда мы снимаем реалити-шоу, мы как бы подталкиваем зрителя сгенерировать определённую мысль у себя в голове. И когда он это сделал, мы выдаем другое решение, не такое, которое он сгенерировал. Моя задача, как продюсера — удивить аудиторию. И это, в некотором роде, уход от зрительских ожиданий.
— Есть ли запрещённые приёмы в продюсерском деле, которыми все пользуются, но о которых не говорят?
— Мы, как продюсеры знаем, что есть такие приёмы. Это когда мы априори используем только те темы, которые «зацепят» зрителя. Мы ещё сравниваем себя с рыбаками. У нас есть удочка, крючок и рыба, которую нам нужно поймать. И есть ряд тем, на которые эта рыба всегда клюнет. Кто-то это называет спекуляцией, кто-то — манипуляцией, но, если говорить откровенно, любой продюсер, в первую очередь, манипулятор зрительской аудитории. Он всегда знает, на что клюнет, а на что не клюнет его зрительская аудитория.
— Как Вы понимаете, что проект устарел и его пора закрывать, хотя рейтинг ещё держится? Или такого не бывает?
— Рейтинг — это достаточно важный сигнал для нас, на который мы всё время реагируем. Например, у нас был проект «Наедине со всеми» с Юлией Меньшовой, у которого рейтинги были очень высокими. Шоу шло на протяжении трёх лет, и звёздные гости приходили в студию уже по третьему кругу. Ведущая в один момент отказалась вести шоу просто потому, что ей уже не о чем было говорить. У Юлии всегда была ставка на то, чтобы во время интервью из каждого человека вытащить нечто истинное, больное, зажатое. Чтобы во время программы возникала некая кульминация, когда у героев проявляются эмоции.
Проект закрыли на моменте, как я считаю, его прекрасного рейтингового полёта. Зрители очень разочаровались, потому что они хотели и дальше смотреть интервью Юлии. Она всегда была интересна аудитории. Это было её, как автора программы, достаточно жёсткое решение.
— Бывает ли у Вас профессиональная ревность к чужим идеям?
— Конечно, бывает. И, честно сказать, если я вижу какой-то блестящий проект на другом канале, я могу сказать: «Чёрт, почему я это не придумала?». Но чаще всего бывает наоборот. На канале я рекомендовала какой-то проект, а его не запустили, потому что кто-то подумал, что он не зайдет, так как молодёжь «Первый канал» почти не смотрит. Этот проект выходит на другом канале и идёт там с высокой цифрой. И это обидно.
Я же не просто креативный продюсер «Первого канала». Я ещё и декан продюсерского факультета. То есть помимо того, что я знаю целевую аудиторию взрослую, возрастную, я ещё знаю возрастную аудиторию молодёжи. Я не согласна с тем, что молодёжь не смотрит «Первый канал». Я считаю, что любую целевую аудиторию можно обратить в свою веру, если ты правильно находишь к ней ключ. Есть много форматов, которые я хотела запустить, но которые были запущены на других каналах, и словили там большие рейтинги. Это обиднее всего, когда ты прозорлив, но не можешь эту прозорливость продвинуть.
— Какой проект за последнее время удивил Вас как зрителя?
— Меня поразил сериал «Триггер», который получил очень высокие рейтинги в прокате. Всё благодаря тому, что была проделана отличная продюсерская работа: правильный кастинг актёров и очень правильно сформированные истории в каждой серии. Создатели сериала запустили интересный фактор внутреннего самоанализа, такой был в «Докторе Хаусе». Таким образом, проект «Триггер» у нас стал как в мировом прокате Доктор Хаус, когда все его смотрели и искали в себе те же проблемы. Сериал «Триггер» в этом плане мне показался наиболее ярким. Я его не сравниваю, кстати, с «Хаусом». Я просто провожу аналогию, что «Триггер» талантливо сделан, и стал самодостаточными эксклюзивным проектом.
— Какую самую безумную идею Вам бы хотелось воплотить в жизнь?
— У меня была идея создать новогоднее шоу в виде немого кино. Но это невозможно. Считается, что во время новогоднего шоу все должны уже в пьяном угаре петь песни с экрана. Идея шальная, на «Первом канале» абсолютно невозможная, потому что мы очень трепетно относимся к нашему консервативному зрителю, который привык видеть каждый год определённый контент. Он просто хочет видеть одни и те же знакомые лица, потому что это формирует у него некое ощущение безопасности и стабильности. Поэтому Новый год на «Первом канале» всегда спокойный. Так же, как 20 и 30 лет назад.
Если проводить творческие эксперименты, зритель может впасть в недоумение или даже в панику. «Первый канал» вещает уже 70 лет и соблюдает традиции.