За 2025 год наша студия выполнила около двадцати проектов. Из них показать мы можем только два. Остальные — под грифом NDA. И мы не одиноки: коллеги из индустрии — от независимых фрилансеров до топовых креаторов и крупных агентств — в приватных беседах делятся той же статистикой и жалуются на ту же проблему. За последние годы каждый второй, а то и первый проект сопровождается соглашением о неразглашении. Это уже не исключение, а новая норма, молчаливо принятая рынком.
Но за этим повсеместным явлением скрывается парадокс, который медленно душит отрасль: договоры, созданные для защиты, всё чаще работают против интересов всех участников рынка — от фрилансеров до самих заказчиков.
NDA как инструмент мифотворчества
Безусловно, в определённых случаях NDA необходим и оправдан. Речь о проектах, связанных с государственной тайной, патентованием технологий или действительно конфиденциальными бизнес-процессами. Однако сегодня под эту же гребёнку попадают совершенно иные истории.
Крупные корп
- За 2025 год наша студия выполнила около двадцати проектов. Из них показать мы можем только два. Остальные — под грифом NDA. И мы не одиноки: коллеги из индустрии — от независимых фрилансеров до топовых креаторов и крупных агентств — в приватных беседах делятся той же статистикой и жалуются на ту же проблему. За последние годы каждый второй, а то и первый проект сопровождается соглашением о неразглашении. Это уже не исключение, а новая норма, молчаливо принятая рынком.
Но за этим повсеместным явлением скрывается парадокс, который медленно душит отрасль: договоры, созданные для защиты, всё чаще работают против интересов всех участников рынка — от фрилансеров до самих заказчиков.
NDA как инструмент мифотворчества
Безусловно, в определённых случаях NDA необходим и оправдан. Речь о проектах, связанных с государственной тайной, патентованием технологий или действительно конфиденциальными бизнес-процессами. Однако сегодня под эту же гребёнку попадают совершенно иные истории.
Крупные корпорации и медиахолдинги всё чаще накладывают вето на любое упоминание о сотрудничестве со сторонними студиями. Причина редко кроется в реальной безопасности. Чаще — в желании сохранить миф о собственной самодостаточности. Признать, что ключевой проект сделала сторонняя команда, — значит, публично заявить о зависимости от внешних ресурсов и отсутствии эксклюзивной экспертизы внутри компании. И этот подход тиражируют не только гиганты, но и средний бизнес, стремящийся казаться таким же «неприступным».
Результат? Порядка 80-90% работ даже у признанных агентств оседают в «секретных папках». NDA превращается из правового инструмента в инструмент пиара, призванный поддерживать иллюзию всемогущего внутреннего креатива.
Почему рынок принял эти правила?
Ситуацию усугубляет рыночный перекос. В условиях высокой конкуренции и экономической неопределённости исполнители вынуждены соглашаться на любые условия. Крупные заказчики этим пользуются, ужесточая договоры, зная, что альтернатив у подрядчика часто нет.
В ход идёт и юридический момент: проще вставить в договор шаблонный пункт о полном запрете на разглашение, чем тратить время на проработку гибких условий и исключений. Это порочный круг, в котором оказалась вся индустрия: чем меньше кейсов в открытом доступе, тем сложнее новым игрокам доказать экспертизу, а значит — тем больше их зависимость от любых условий заказчика.
Эффект домино: чем вредит тотальная секретность
Последствия этой практики напоминают эффект домино, где падение первой кости запускает цепную реакцию.
• Для индустрии: Исчезает открытый обмен опытом. Портфолио агентств и фрилансеров наполняется лишь «безопасными» работами, не отражающими реальный уровень. Даже звёздные креаторы вынуждены показывать публике лишь вершину айсберга, в то время как их лучшие, прорывные работы похоронены под NDA. Молодым специалистам нечего показать, чтобы начать карьеру.
• Для клиентов: Казалось бы, они в выигрыше, но это иллюзия. Жёсткие NDA лишают бренд мощного инструмента — бесплатного социального доказательства. Успешные кейсы, которыми могли бы делиться довольные подрядчики, остаются в тени. Клиент, настаивающий на тотальном NDA, получает проект, но теряет мощный канал органического продвижения, который мог бы работать на его репутацию годами. При этом выбор подрядчика сужается до тех, чье портфолио уже не отражает их реального уровня из-за прошлых NDA.
Что делать? Стратегии выживания
Полностью избежать NDA не получится, но можно выработать стратегии, которые снизят ущерб.
• Предлагать альтернативы на стадии переговоров. Не всё подлежит секретности. Можно предложить показать не функциональные фишки проекта, а общую стилистику, работу со светом или цветом на отдельных, нефункциональных кадрах. Иногда возможно согласовать публикацию проекта без прямого указания имени заказчика.
• Инвестировать в творческие проекты. Сейчас личные, некоммерческие работы перестали быть просто хобби. Это теперь полноценный инструмент для демонстрации навыков, философии и экспертизы, не скованный чужими NDA. Всё чаще именно они, а не «засекреченные» коммерческие работы, становятся визитной карточкой и для фрилансера, и для целого агентства.
• Обсуждать «срок годности» NDA. В некоторых случаях есть смысл заложить в договор возможность пересмотреть условия конфиденциальности после завершения проекта или через определённое время (например, через год после запуска кампании). Этот пункт — маркер зрелости и уважения заказчика к труду креатора.
Жёсткие NDA, навязанные как стандарт, — это не защита, а барьер. Барьер для роста молодых талантов, для здоровой конкуренции, для обмена лучшими практиками и, в конечном счёте, для развития всей индустрии. Пока лучшие работы самых ярких умов рынка лежат в сейфах, мы все проигрываем. Выход — не в тотальном отказе от конфиденциальности, а в поиске разумного баланса. В переходе от культуры запретов к культуре прозрачного и профессионального диалога, где защита интересов бизнеса не означает забвения для лучших работ тех, кто этот бизнес создаёт. Будущее креативного рынка — за теми, кто найдёт в себе смелость этот диалог начать.