Вечером 14 апреля в частном доме на улице Герцена в сибирском городе Канске были обнаружены тела троих детей. Жертвами стали восьмилетний мальчик, его четырехлетняя сестра и их семимесячный брат. Мальчики погибли от ран, а девочка была задушена.
Подозрение в совершении этого чудовищного преступления пало на их мать, 29-летнюю Валентину. В этой семье воспитывался еще один ребенок – семилетний сын. Он не пострадал физически лишь потому, что в тот роковой день был в школе.
Неблагополучная семья
Снаружи дом ничем не выделялся среди других строений. Приусадебный участок был захламлен стройматериалами: повсюду лежали брусья, валялась тачка, были разбросаны щепки. Рядом с пнем, который, видимо, использовался как колода, лежал тот самый топор.
Корни произошедшего уходят далеко в прошлое. Как выяснилось, семья была официально поставлена на учет как неблагополучная еще в октябре 2024 года. Поводом для этого послужил факт жестокого обращения отца с одним из сыновей. С этого момента за жизнью в доме на Герцена, по идее, должны были пристально следить сотрудники соответствующих служб. Однако система, призванная защищать детей, дала сбой.
Валентина формально считалась домохозяйкой, но ее неработающий статус был связан не с осознанным выбором в пользу воспитания детей. Как стало известно после трагедии, женщина уже несколько лет состояла на учете у психиатра.
Диагноз был серьезным: острое психическое расстройство, а именно – раздвоение личности. Этот диагноз был поставлен еще шесть лет назад, когда Валентина сама обратилась за помощью и прошла лечение в стационаре.
«Она молчала и плакала»
В тот понедельник, 14 апреля, Валентина осталась дома одна с тремя младшими детьми. Семимесячный младенец, как всегда, требовал постоянного внимания. Старший сын и дочь были в соседних комнатах.
Что именно стало спусковым крючком, заставившим женщину убить детей – одному богу известно. Следствие установило лишь последовательность событий.
Удивительное хладнокровие и самообладание проявил старший, семилетний сын, который вернулся из школы и стал невольным свидетелем последствий содеянного. Мальчик не впал в истерику, а, увидев нечто ужасное, взял ситуацию в свои руки:
– Нам он рассказал, что шел со школы и увидел, как мать расправилась со старшим братом. Она его закрыла в доме, а затем повела к своим родителям. Перед бабушкой и дедушкой он начал говорить: «Мама, рассказывай, что ты сделала», а она молчала, плакала», – такие показания, данные мальчиком, были озвучены представителями краевого СК в беседе с корреспондентами «КП»-Красноярск.
«Нужно погулять из-за усталости»
Соседи по улице Герцена, с которыми удалось пообщаться журналистам, отмечали, что давно замечали неадекватное поведение многодетной матери. Женщина редко появлялась на публике, а когда выходила, ее вид и манера общения настораживали.
– Я видела ее пару раз недалеко от школы, потому что они живут рядом. Она очень странно выглядела всегда, даже как-то пугающе. Глаза то ли грустные, то ли потерянные, пустые. В свои 29 лет одевается старомодно: ходит с платочком на голове, как бабушка! Длинные юбки в пол и полностью закрытая одежда, – поделилась своими наблюдениями Елена, мать одноклассника одного из погибших детей.
Другая соседка, Ирина, подтвердила эти слова, добавив, что навыки коммуникации у Валентины откровенно хромали:
– Она могла спросить о погоде или, указав на машину, спросить, какой у нее цвет. Все это выглядело странно и нелепо.
Родственники позже рассказали, что примерно за три недели до трагедии Валентина стала периодически уходить из дома, иногда и ночью. На вопросы она отвечала, что ей «необходимо погулять из-за усталости». Эти прогулки были еще одним тревожным звоночком, который, однако, не привлек должного внимания.
«С самого детства росла забитой»
Более полную и страшную картину жизни семьи удалось восстановить после разговора журналиста с давней подругой Валентины, Ириной. Девушки были знакомы с детства, и Валя иногда делилась с ней переживаниями.
– Валя с самого детства росла забитой. С ранних лет семье на нее было все равно. Ее мама часто била, а братья любили младшую сестру, но не Валю. У них не было ни дней рождений, ни Нового года, свет лишний раз не включали. Жили по принципу: «Сколько бог даст, столько и родим». Потом она познакомилась с будущим мужем, он ее старше. Валя рассказывала мне, что это было против ее воли, – рассказала Ирина.
По словам подруги, замужество не стало спасением, а лишь продолжило череду страданий:
– В доме на Герцена они живут недавно. Она не доедала, купить себе ничего не могла, все он телегу катит, а она следом идет и боится что-то взять с прилавка. Ее мать все знала, всем было все равно. Валя всегда жаловалась на мужа, называла его тираном и садистом. Я говорю – уходи от него. Знаете, что она мне ответила? «Он меня найдет и убьет». И когда все произошло, то я сразу поняла, что это она сотворила. На днях ее видела – забитая шла.
Показания Ирины о насилии в семье нашли подтверждение и в материалах уголовного дела. Следственный комитет установил, что муж Валентины, 40-летний Владимир Мытько, который был старше жены на 11 лет, регулярно избивал детей.
Период истязаний был определен следствием с 2018 по апрель 2025 года. А Валентину он поколачивал вообще с самого начала их совместной жизни. После трагедии Владимир Мытько был задержан, признал свою вину. Ему грозит до семи лет лишения свободы.
«Она просила прощение»
Первое время после задержания Валентина не шла на контакт со следствием. Она находилась в состоянии глубокого шока:
– На тот момент обвиняемая находилась в опустошенном состоянии. Она понимала, что сделала, что убила. И в присутствии адвоката подтвердила это. После замкнулась в себе. Однако последовательные показания дать не смогла в силу своего психического расстройства и состояния. И несколько раз повторила, что она устала и освободилась, – рассказала следователь Карина Прачковская.
Позже, придя в себя, женщина смогла дать показания. Она заявила, что помнит события того дня и глубоко сожалеет о содеянном, приносила извинения. Судебно-психиатрическая экспертиза признала Валентину невменяемой на момент совершения преступления. В отношении нее было вынесено решение о направлении на принудительное лечение.
Любопытную деталь в ходе следствия сообщил муж женщины, Владимир Мытько. Он рассказал, что накануне трагедии, 13 апреля, Валентина неожиданно попросила у него прощения. За что именно – он не понял.
Когда ему самому избирали меру пресечения, он охотно общался с журналистами. На вопрос о жене он заявил:
– Я ей прощаю и бог простит.
«Дочь называла себя королевой»
Оставался открытым вопрос о роли ближайшего окружения, в частности, матери Валентины. Женщина знала о психическом расстройстве дочери, знала о ее сложной жизни. На прямой вопрос журналистов, почему она не предприняла мер, чтобы помочь, та ответила уклончиво:
– Ну да, я знала, что дочь состоит на учете у психиатра. Она полтора или два года лечилась в психоневрологическом диспансере. Называла себя королевой. Но после лечения срывов у нее не было. Она говорила, что очень устала и постоянно спала. Я не знаю, почему она детей убила, – сказала мать Валентины.
В итоге, пустив все на самотек, семья Валентины и пришла к тому, что дети мертвы, а их семья «прославилась» на всю страну. Единственный оставшийся в живых ребенок, семилетний мальчик, был помещен в детский дом в Канске. Там он, возможно, впервые в жизни познакомился с простыми детскими радостями: сладостями, мультфильмами, играми без страха.
Итоги и последствия
В итоге Валентина была признана невменяемой и направлена на принудительное лечение в специализированное медучреждение. Владимир Мытько ожидает суда по обвинению в истязании детей и жены.
Кроме того, трагедия в Канске привела к возбуждению еще одного уголовного дела – о халатности. Следствие проверяет действия должностных лиц органов опеки и других служб, которые, зная о неблагополучии в семье, состоящей на учете, не предотвратили трагедию.
По материалам «КП»-Красноярск