На страницах газеты «Уральский рабочий» от 1 ноября 1939 года появилась короткая заметка о пойманном в Свердловске бандите-садисте. Видеть такое в одном ряду с посланиями товарищу Молотову и заметками о 22-й годовщине Октября было непривычно, но молчать о преступнике, который в конце 30-х годов убивал детей, было нельзя.
В этом тексте рассказываем историю самого молодого маньяка СССР Владимира Винничевского, в том числе с его собственными показаниями из материалов уголовного дела.
Четыре тома и 1093 страницы - весь объем дела Винничевского, которое до сих пор хранится в Госархиве Свердловской области. Хоть тем преступлениям уже больше 85 лет, многие страницы до сих пор скрыты, чтобы не задеть чувства жертв (которые, возможно, до сих пор живы) и их родных.
Но даже то, что не попало под цензуру, не оставляет равнодушным. Пугает сам факт того, что семиклассник был расстрелян за жестокие расправы над маленькими детьми, не говоря уже о том, что именно он с ними делал.
«Это всё то, что необходимо мне для удовлетворения»
Поймали Владимира Винничевского 24 октября 1939 года, когда ему было 16 лет. К тому времени по всему Свердловску стояли патрули. Один из них и заметил странного молодого человека, который около двух часов дня вышел из трамвая в районе УЗТМ и пошел в сторону леса, ведя за руку мальчика.
Трое курсантов разделились и, преследуя его, на короткое время потеряли из виду, но снова нашли по следам и разбросанной одежде.
«... был вскоре обнаружен в тот момент, когда он уже снял с ребенка его дошку (шубку), шапку, снял с себя пальто и ребенка держал между своими коленями и душил за горло», - говорилось в рапорте одного из курсантов.
Маленькому Славе - жертве Винничевского - тогда было чуть меньше трех лет. Мальчик, судя по всему, был в шоке, потому что даже не плакал. На шее у него остались следы от ногтей душителя, но убить ребенка тот, к счастью, не успел.
В первый раз Винничевского допросили в тот же день, и он сразу же сознался, хотя в показаниях о последнем нападении говорил «девочка», а не «мальчик». Под стражу молодого человека взяли 8 ноября.
- Я признаю себя виновным в том, что на протяжении около двух лет совершал убийства малолетних детей, - записано в протоколе допроса. - Делал я это из-за того, что, убивая детей, получал удовольствие, заключавшееся в том, что в момент убийства у меня из полового органа выделялось семя, кроме того, мне было очень приятно их резать. Этим и объясняется большое количество ранений, наносимых мной детям, которых я похищал с разных улиц города.
Владимир Винничевский родился 8 июня 1923 года в Верхней Салде. Мать Елизавета была домохозяйкой, а отец Георгий работал в Театре музкомедии. Семья жила на Первомайской, 21 - по соседству с одной из жертв будущего маньяка. Учился Винничевский до своей поимки в 16-й школе, в 7-м «Б» классе. В семье его, по словам матери, отец никогда не бил, а мать - единожды.
Арестованный сразу же сознался и в еще одной наклонности — своих жертв он специально раздевал, чтобы видеть их голыми.
- Детей, которых я похищал, раздевал и, когда они были голые, их гладил руками по животу... между ногами. Для получения желаемого удовольствия мне было важно погладить голое тело ребенка, задушить его и порезать - это всё то, что необходимо мне для удовлетворения, - рассказывал Винничевский.
При этом он говорил, что опыта с противоположным полом у него не было и не хотелось.
«Он щекотал детей, они смеялись. Я этому не придавала значения»
В свои 16 лет Владимир учился только в седьмом классе, потому что дважды оставался на второй год, а в школу пошел лишь в девять лет из-за проблем со здоровьем.
- Я наблюдала, что он вял, не общителен, - говорила мать на допросе спустя три дня после задержания сына. - Таким он был с раннего детства. Здоровье у него было слабое. Три раза болел воспалением легких, был коклюш, корь. Однажды была операция горла, операция аппендицита.
По словам Елизаветы, сын был сочувствующим и всегда жалел ее, когда она болела. Особого интереса к детям у сына мать не замечала, но ответила, что тот спокойно относился к плачу детей. В одном доме с семьей Винничевских жили дети трех и пяти лет, с которыми он часто играл.
- Причем он больше любил маленьких детей, чем своего возраста. Я замечала, что он щекотал детей, они смеялись. Я этому не придавала значения, - рассказывала мать на допросах.
- Домашних животных: собак, кошек - он никогда не бил. Когда ему было три года, был случай, что он и другие дети зарыли собаку в землю, - уже позже делилась мать, не уточнив при этом, была эта собака мертвой или ее закопали заживо.
В 1963 году новозеландский психиатр Джон Макдональд выделил набор из трех поведенческих характеристик, связав их с предрасположенностью к совершению особо тяжких преступлений, - это зоосадизм, пиромания и энурез. Но даже наличие всех трех признаков не говорит со стопроцентной уверенностью, что ребенок вырастет маньяком.
До четвертого класса, по словам матери, Владимир учился хорошо, а потом связался с плохой компанией и испортился. В пятом классе Елизавета стала замечать, что сын становится мужчиной - он писал письма девочкам, видимо, похабного содержания. Мать, увидев их и решив, что еще рано, ругала сына.
Из других странных признаков, которые замечала Елизавета Винничевская: Владимир постоянно грыз ногти, у него выделялось много слюны, а еще он часто беспричинно смеялся, объясняя это тем, что вспоминает школу и друзей.
В 1938 году подростка даже водили к врачу по нервным болезням, потому что тот жаловался на память. Но в детской поликлинике ответили, что во всём виноват переходный возраст и всё пройдет. Терапию Владимиру всё же назначили, это было электролечение, однако ходить на процедуры он отказался.
«Нанес много ранений ножом, отрезал ей руки и ногу»
На первом допросе 24 октября 1939 года Винничевский рассказал о 12 случаях нападений и убийств, включая и то, во время которого его поймали.
Первым, по его словам, было убийство пятилетней Геры Грибановой (в других источниках ее также называют Герта или Герда) - девочки, жившей по соседству в деревянном доме № 19 на Первомайской (сейчас на этом месте разбит сквер у «Черного тюльпана»). Винничевский назвал дату: 12 июня 1938 года.
- Когда одежды на Гере не было, я руками начал щекотать у нее между ног, она не плакала, а, наоборот, смеялась. Пощекотав Геру, я начал давить ей шею руками. В этот момент у нее из носу кровь пошла, после этого я нанес Гере много ранений ножом в туловище и голову, отрезал ей руки и ногу, - рассказывал Винничевский. - Отрезал, так как получал удовольствие от самого процесса отрезания. Сделал я это тогда, когда Гера была уже мертвая.
Изувеченное тело Винничевский спрятал неподалеку в кусте черемухи, закрыв пальто и лопухами. Нашли Герту лишь спустя четыре дня.