Во-первых, постулируем, что Трамп – не случайность, хотя бы ввиду его второго пришествия. Во-вторых, Трамп имеет подражателей в Европе. Те же Фицо и Орбан делают себя не с Путина, а именно с Трампа. Так что можно говорить о новом политическом явлении – трампизме.
Феномен Трампа и тот хаос, который данный персонаж порождает вокруг себя нельзя рассматривать отдельно от общего кризиса постиндустриального общества.
Термин «постиндустриальный» может создать иллюзию того, что крупная многотоннажная промышленность отмирает, заменяясь на что-то творимое в интернете типа биткойнов. На самом деле постиндустриальное общество не является анти-индустриальным. Скорее оно гипер-индустриальное. Товары – от продуктов питания до тех же компьютеров производятся во всё большем и большем количестве и мощности по их производству никуда не подевались (ну кроме Москвы, где умники посносили все заводы, устроив на их месте инкубаторы для размножения иммигрантов). Просто многократно выросла автоматизация производственного процесса, приведя к тому, что радикально изменилась структура занятости – производительным трудом занимается всё меньше и меньше людей.
20-й век был, наверное, последним, когда именно человек с его руками и головой являлся главным производителем прибавочной стоимости.
Современная демократия национальных государств возникла как констатация взаимозависимости власти (политической, экономической, военной) и граждан страны.
Сегодня у власти всё меньше причин и еще меньше желания соблюдать договоренности. В то время как власть всё больше укрепляет свои позиции, концентрируя в узком кругу львиную долю мировых финансовых ресурсов, значимость же массы простых людей столь же быстрыми темпами стремится к нулю.
Вот как описывают этот тревожный процесс Стивен Холмс и Иван Карстев в своей работе «Свет, обманувший надежды»
В эпоху устойчивых национальных демократий простой избиратель и гражданин обладал полномочиями, потому что был одновременно солдатом, работником и потребителем. Имущество богатых зависело от готовности работников защищать капиталистический порядок. Избиратель-гражданин имел большое значение, потому что защита страны зависела от его мужества в противостоянии с врагами. Он был важен, потому что его труд делал страну богатой, а потребление было двигателем экономики.
Чтобы понять, почему сегодня граждане на Западе не могут легко контролировать политиков демократическими способами, стоит взглянуть на размывание невыборных форм зависимости политиков от граждан. Когда гражданин-солдат заменяется профессиональной армией и беспилотниками, один из главных мотивов, по которым элита может быть заинтересована в общественном благополучии, существенно ослабевает. Заполнение рынка труда низкооплачиваемыми иммигрантами и перемещение производства товаров в страны с дешевой рабочей силой также уменьшают готовность элит к сотрудничеству.
Еще более тревожно. В течение нынешнего экономического кризиса стало очевидно, что показатели американского фондового рынка больше не зависят от потребительского спроса жителей США – и это еще одна причина, по которой граждане теряют рычаги воздействия на правящие группы. Именно уменьшение влияния гражданина – солдата, потребителя и работника – объясняет утрату избирателями полномочий и реальных прав, а также растущую неуправляемость современных демократий.
Безмерно укрепившаяся элита сегодня ищет новые, менее затратные формы легитимации своей власти. И если что делать с народами, не имеющими опыта самоуправления - пожизненный «смотрящий» при отсутствии конкурентной демократии (они просто не заметят подвоха), то что делать с людьми, исторически сроднившимися с демократией и не собирающихся отказываться от своего права контролировать власть - пока до конца не ясно.
Трампизм – это пробный шар «забронзовевшей» элиты по утверждению нового порядка. Он как таран, использующий для обрушения доставшихся от модерна демократических структур энергию народной поддержки (знакомая схема?). Поддержки «простого народа» он добивается благодаря антимиграционной политике. «Если хотите спасти планету – начните с миграции». Это цитата не из Трампа, а из антитрампистского фильма «Битва за битвой» с Леонардо Ди Каприо, но суть отражает.
Ну а может Трамп и впрямь народный трибун, призванный воплотить чаяния большинства американцев? Как бы не так. Даже его борьба с миграцией – лишь имитация. Чтобы в условиях капитализма победить миграцию надо сделать использование труда мигрантов невыгодным для капиталистов. И как ни странно, этого можно добиться не ограничениями, а уравнением прав мигрантов с коренными жителями. Если мигрант будет получать ту же зарплату, работать не 12 часов в сутки, а как положено - 40-часовую рабочую неделю, иметь оплачиваемый отпуск и всю прилагаемую социалку, только тогда работодатель подумает – зачем везти человека черти откуда, где-то его размещать, как-то социализировать - и платить за него те же суммы налогов? Не проще ли взять доморощенного?
Но имитация борьбы зрелищней – забор на границе, рейды по рынкам, по стройкам и общагам, нагибание мигрантов с языком и даже изучением истории бесконечно безразличного для них государства – это приятно электорату, это создает иллюзию активных и решительных действий.
То, что Трамп не «бунтарь», а проект элиты, можно понять и по тому, что он без проблем, не взирая на возраст и «бэкграунд» в который раз проходит праймериз одной из двух системных американских партий. Да и на президентских выборах ему, по сути дела, подставляют декоративных конкурентов. Вспомните, кого он победил? Двух баб. Баб, которые ни разу в истории не становились президентами и не скоро еще станут. Да, собственно, именно против Трампа они впервые и баллотировались на столь ответственную должность.
«Ну и что?», скажите вы, имитационная политика – не новость. Американские выборы всегда были борьбой нанайских мальчиков. На то оно и общество спектакля. Потому и упало доверие к демократическим процедурам.
Всё правильно. Но Трамп не обычный популист. Он имеет сверхзадачу. Она заключается в привитии американскому обществу нового политической парадигмы и новой политической практики, основывающейся на сознательном отказе от мешающих капиталу больших смыслов.
Просматривал американские паблики и обнаружил часто встречающееся удивление типа «Еще вчера мы жили в мире, где были представления о добре и зле, о свободе, морали и вине, а сегодня нас окружают только сделки, прибыль и тарифы»
Да, это и есть перевод политики (внутренней и внешней) на представления большого бизнеса. Помните как в «Подростке» у Достоевского? «При чем тут мораль? Это же выгодно!»
Это еще не конец. Рано или поздно следует ожидать и подмены конкурентных выборов их симуляцией, как уже опробовано на менее развитых странах. Ведь состав основных держателей капитала постоянен, зачем ему какая-то беспокойная «ротация элит»? Аналогично и с остальными правами (кроме фундаментального для капитализма права частной собственности).
«Все права человека заканчиваются на пороге офиса?» Так теперь их не будет и за порогом.
Скажите, Трамп старенький, скоро помрет? Ну да. Даже самые богатые, к счастью, не вечны, как бы того не хотелось всем видам пересидельцев.
Но капитал готовится. Вот, буквально из вчерашней ленты Яндекса:
«Старший сын президента США Дональда Трампа, Дональд Трамп – младший, рассматривается как один из вероятных наследников президентского поста»
Знакомый мотивчик, да и слова знакомы, не правда ли? Операция «преемник» в действии.
В общем, не только нам, но и всему человечеству грозит превратится в «лишенцев» – лиц, лишенных основных гражданских прав. Силы, заинтересованные в таком сценарии, растут по экспоненте и традиционного, стихийного противодействия (желтые жилеты, всевозможные «Оккупаи» и пр.) может оказаться недостаточно для надежного сдерживания.
И вот тогда у всего человечества будет шанс узреть «невозможный» либерал-фашизм в действии. И не говорите, что вас не предупреждали.