1909г.
В напрасных поисках за ней
Я исследил земные тропы
От Гималайских ступеней
До древних пристаней Европы.
Она забытый сон веков,
В ней несвершенные надежды.
Я шорох знал ее шагов
И шелест чувствовал одежды.
Тревожа древний сон могил,
Я поднимал киркою плиты...
Ее искал, ее любил
В чертах
Микенской Афродиты.
Пред нею падал я во прах,
Целуя пламенные ризы
Царевны Солнца - Таиах
И покрывало Монны Лизы.
Под шум молитв и дальний звон
Склонялся в сладостном бессилье
Пред ликом восковых Мадонн
На знойных улицах Севильи.
И я читал ее судьбу
В улыбке внутренней зачатья,
В улыбке девушек в гробу,
В улыбке женщин в миг объятья.
Порой в чертах случайных лиц
Ее улыбки пламя тлело,
И кто-то звал со дна темниц
Из бездны призрачного тела.
Но неизменная не та
Она скользит за тканью зыбкой
И тихо светятся уста
Неотвратимою улыбкой.
УСТАЛ.
Устал уже я убегать
То в Гималаи, то в Европу.
Ну надо ж так меня достать
За то что просто послал в ...опу.
Я жил под плитами червём
И под мостами жил клошаром,
Везде я слышал шум шагов
И запах чувствовал духов,
Гнала меня ты без одежды.
Я потерял покой и сон
Иссякли всякие надежды.
Не женщина ты, командор,
Твоя десница тяжела,
Любовь твоя вдвойне опасна.
Ну было, было, приходил,
Ласкал тебя, вселял надежды,
Но замуж выйти не просил
Когда увидел без одежды.
Ты в миг зачатья ожила
Сказала мне, всё, мол, попался.
А я пустился вдруг в бега
Пытая толику надежды.
Ты встала гончею на след
И гонишь жалости не зная,
Я уже в Африку бежал
Прошёл Сахару вместе с Гоби,
Но у тебя достало сил
По всему миру меня гнобить.
Уйду наверно в монастырь
Или к турецкому султану,
Уж лучше охранять гарем
И танцевать я буду славно.