Иногда произведение искусства появляется в твоей жизни именно тогда, когда ты больше всего в нём нуждаешься. Для меня таким стал эпизод «Hope N' Mic Night» — шестая серия пятнадцатого сезона «Закусочной Боба», вышедшая в ноябре 2024 года.
На первый взгляд — просто забавная серия о том, как дети Белчеров организуют вечер открытого микрофона в семейной бургерной (школьное шоу талантов отменили из-за отсутствия этих самых талантов). Но когда фанатская любимица Маршмеллоу (теперь её озвучивает Джари Джонс) вышла на импровизированную сцену и спела замедленную версию песни «Seabird» под гитару — эпизод превратился в нечто большее, чем музыкальные шалости и Тинина одержимость попами.
Создатель «Закусочной Боба» Лорен Бушар в интервью рассказал, как появился этот эпизод и что он значит для развития персонажа Маршмеллоу.
Изначально Маршмеллоу озвучивал Дэвид Херман. Она впервые появилась в первом сезоне в эпизоде «Sheesh! Cab, Bob?» как неожиданная гостья на дне рождения Тины. Там она эффектно появилась и выдала отличную шутку про своё имя. (Для тех, кто не в курсе: marshmallow — это зефир, а героиня пошутила про сладкий картофельный пирог.) С тех пор Маршмеллоу появлялась снова и снова: вправляла Бобу спину, поддерживала детское подпольное казино и посещала все вечеринки — от дня рождения Тины до парада и тайной подземной рождественской дискотеки.
Фанаты её обожали. Но со временем начали задавать вопросы: почему белый цисгендерный мужчина озвучивает низким голосом персонажа-трансгендерную темнокожую женщину? К пятнадцатому сезону роль переозвучили — теперь Маршмеллоу говорит голосом Джари Джонс, и её дебют состоялся как раз в «Hope N' Mic Night».
«Не хочу упрощать и делать это слащавым, но мы развиваемся, — говорит Бушар. — Как не особо внимательные цисгендерные белые мужчины — я говорю про себя, у нас в команде много разных людей — мы все учимся. Маршмеллоу никогда не задумывалась как что-то обидное в плане репрезентации. Никогда это не было в духе «поняли? Этот человек другой и странный». Всегда подразумевалась любовь к персонажу. Но это было короткое, резкое знакомство с героиней».
Бушар продолжает: «Всё, что подразумевалось про невероятную жизнь Маршмеллоу, не было ясно с самого начала. Это был просто сногсшибательный выход и отличная шутка про имя. Мне нравился этот персонаж, нравился тот голос, потому что я, честно говоря, балбес — мне казалось забавным слышать низкий голос. Но это должно эволюционировать по мере того, как мы узнаём больше о трансгендерных людях и вообще о богатой палитре человеческого существования».
Когда фанаты напомнили о важности репрезентации в озвучке, особенно в контексте расы, — роль переозвучили. «И я рад, что мы нашли Джари. Она была идеальным выбором, это было очевидно. И тогда я смог обсудить с ней персонажа... Это было настолько разумное замечание — помочь мне увидеть, что низкий голос — это не то, о чём этот персонаж. И она всё ещё будет смешной, когда нужно. Не нужен низкий голос для комедии. Это не в этом шутка».
Почему Маршмеллоу так полюбилась зрителям? Бушар считает, что дело в химии: «Когда добавляешь персонажа, ты добавляешь не просто кого-то «смешного». Ты добавляешь химическую реакцию между существующими героями и новым персонажем. Всегда важно пространство между героями. Маршмеллоу фантастическая, но именно реакция Боба на неё заставила это работать в шоу».
Как говорит сам Боб о Маршмеллоу: «Она приходит и уходит, когда хочет, никому не подчиняется и по-настоящему свободна».
Теперь про сам эпизод. Луиза, Тина и Джин умоляют родителей разрешить им устроить вечер открытого микрофона. Пока дети рекламируют идею на набережной, Боб и Линда выясняют, насколько это дорого и сложно организовать. Но прежде чем они успевают отступить, заходит Маршмеллоу, чтобы записаться на выступление. Именно ради неё Боб продолжает готовить мероприятие. А когда назойливый пожарный инспектор грозит закрыть всё из-за превышения вместимости — снова Маршмеллоу спасает шоу (и семью Белчеров).
В тот вечер бургерная набита битком, куча повторяющихся персонажей исполняют чудаковатые каверы. А потом Маршмеллоу меняет настроение эпизода, исполняя «Seabird» под гитару. Она проникновенно поёт перед родителями и друзьями, и это настолько красиво, что у меня до сих пор наворачиваются слёзы при воспоминании.
Ну а дети, конечно, закрывают вечер зажигательной песней про попы. Потому что в своей основе «Закусочная Боба» — это всегда про то, как научиться любить себя, каким бы странным или чудаковатым ты ни был.
Бушар рассказал, как родился этот эпизод: «Он мне тоже очень дорог. Я писал его с подходом песочницы — типа, разве не будет весело устроить вечер открытого микрофона? У нас будет куча музыкальных номеров, мы лицензируем все эти песни. Это будет наш большой расход на музыкальный бюджет».
Вдохновение пришло с настоящего открытого микрофона, на который Бушар попал во время семейного отпуска. «Я был на таком мероприятии летом в маленькой кофейне на Кейп-Код, и я был просто очарован — чертовски очарован — этими людьми, которые выходили и рисковали, этим порывом. Я довольно застенчивый. Хотел бы я быть тем парнем, который выходит и поёт фальшиво на открытом микрофоне, или той женщиной, которая играла на флейте под фонограмму. Не уверен даже, что она была в нужной тональности, но это всё равно было так трогательно».
К тому моменту Джари Джонс уже была утверждена на роль Маршмеллоу. «Я написал Джари одно сообщение... Мы искали возможности для Маршмеллоу. И я спросил: «Ты умеешь петь?» Она ответила: «Да». Я сказал: «Как насчёт спеть кавер на что-нибудь?»»
Песня ещё не была выбрана, но Бушар знал, что это должен быть «большой момент». «Мы начали искать песню, и это было отдельное путешествие... Мы перебрали много всего, но когда подошёл дедлайн, всплыла «Seabird». Она была на моём радаре с тех пор, как я услышал её в титрах фильма «Охота на дикарей». Меня снесло. Я не знал, современная это песня или старая — оказалось, старая. Никогда раньше не слышал. The Alessi Brothers — я о них не знал. Но потом «Seabird» стала частью постоянной ротации в моём доме, мы с женой пели её до тех пор, пока дети не захотели её запретить. Сказали, что нам больше нельзя её включать, потому что мы её заездили».
«А потом — о боже, да. «Seabird» замедленная. Гитара и голос. Крис Максвелл, один из наших композиторов, сыграл этот гитарный рифф. И я просто обожаю это. А Джари выложилась, просто разнесла. Это была одна из тех записей, когда плачешь. Не можешь поверить своему везению, что записываешь такое исполнение. Кажется, мы сделали два дубля. Всё. Было идеально».
Когда я рассказал Бушару, как этот эпизод заставил меня почувствовать надежду, которую даёт сообщество, он ответил: «Я тоже. Это то, для чего он был задуман. И Маршмеллоу справилась — просто справилась как персонаж. Джари как исполнительница, Крис как гитарист, та песня — всё сошлось. Вот зачем мы этим занимаемся».
«Ради таких моментов и делаешь шоу вроде этого, когда всё так складывается. У нас было несколько таких моментов, и, боже мой, это значит всё — слышать, что это сработало. Потому что это и есть причина, по которой мы этим занимаемся».