В истории археологии и исследования Центральной Азии трудно найти фигуру более противоречивую и значительную, чем сэр Марк Аурел Стейн (Mark Aurel Stein). Венгр по рождению и британский подданный по службе, он посвятил свою жизнь поиску тайн древних цивилизаций, затерянных в песках Такла-Макан и отрогах Памира. Его открытия изменили представления о Шёлковом пути, но методы работы породили споры, которые не утихают и по сей день.
Истоки призвания: от Будапешта до Ладакха
Путь будущего исследователя начался в 1862 году в Будапеште. Блестящие лингвистические способности и интерес к Востоку привели его в университеты Европы, где он изучал санскрит, персидский языки и археологию. В 1888 году судьба забросила его в Британскую Индию, где он занял пост директора Пенджабского университета в Лахоре и руководителя Археологической службы Северо-Западной провинции. Именно здесь, среди древностей Индии и Кашмира, созрела его мечта — отправиться в сердце Центральной Азии, на поиски исчезнувших городов, погребённых под тысячелетними дюнами пустыни Такла-Макан.
Первая экспедиция (1900–1901): прорыв в Дуньхуане
Его первая крупная экспедиция финансировалась правительством Британской Индии и стала настоящим триумфом. Преодолев невероятные трудности — экстремальные температуры, нехватку воды и сопротивление местных властей, — Стейн достиг своей главной цели: оазиса Дуньхуан на краю пустыни Гоби. Здесь находились Пещеры тысячи Будд (Цяньфодун) — комплекс из сотен пещер-гротов, украшенных фресками и статуями.
Но величайшее открытие ждало его в небольшой замурованной нише, которую сторожил даосский монах Ван Юаньлу. Это была Библиотека из Дуньхуана — тайник, содержавший около 40 000 рукописей, свитков и рисунков на китайском, тибетском, согдийском и других языках. Возраст документов датировался V–XI веками. В их числе была и знаменитая «Алмазная сутра» 868 года — старейшая в мире точно датированная печатная книга. Уговорами, деньгами и демонстрацией своего интереса к буддийским древностям Стейну удалось приобрести у монаха огромную часть сокровищницы — около 10 000 свитков и 5 000 рисунков, которые были отправлены в Британский музей и библиотеки Индии. Эта операция стала основой его славы и главным источником будущих обвинений в культурном разграблении.
Вторая (1906–1908) и третья (1913–1916) экспедиции: систематический разворовывание
Воодушевлённый успехом, Стейн предпринял ещё две масштабные экспедиции, ставшие ещё более системными в своих методах. Он исследовал и раскапывал десятки памятников вдоль Шёлкового пути: руины древних крепостей в оазисе Хотан, буддийские ступы в Миране, китайские пограничные заставы.
Его команда, часто состоявшая из местных рабочих, действовала как хорошо отлаженный механизм. Находки — фрески (которые вырезались из стен целыми пластами), скульптуры, текстиль, монеты, деревянные таблички с документами — тщательно упаковывались и отправлялись на верблюдах, а затем поездами в Европу. Помимо Дуньхуана, он вывез тысячи артефактов из Хара-Хото, Турфана и других мест. Эти коллекции легли в основу собраний Британского музея, Британской библиотеки и музея в Нью-Дели. Научный мир был ошеломлён потоком новых материалов, но цена этого потока вызывала всё больше вопросов.
Методы и наследие: учёный или расхититель?
Именно методы работы Стейна стали предметом острой критики как в его время, так и особенно в XX и XXI веках. Он действовал в рамках колониальной парадигмы своего времени, считая себя вправе вывозить культурные ценности для их «спасения» и изучения в «цивилизованном» мире. Его переговоры с хранителями вроде монаха Ван Юаньлу сегодня расцениваются как сделка с использованием финансового и интеллектуального превосходства.
С другой стороны, невозможно отрицать его научный вклад. Вывезенные им материалы произвели революцию в изучении Шёлкового пути, истории буддизма, ранней китайской администрации, контактов между Востоком и Западом. Он подробно документировал свои путешествия в фундаментальных трудах, таких как «Древний Хотан» и «Сериндия». Его топографические съёмки и карты были бесценны. Стейн был не просто грабителем; он был одержимым учёным, чья страсть к открытиям заслоняла для него этические соображения.
Тень великого открывателя
Поздние экспедиции Стейна уже не имели прежнего размаха. Китайские власти, пробудившиеся к национальному самосознанию, начали ограничивать деятельность иностранных археологов. Его четвёртая экспедиция (1930 г.) в Синьцзян была прервана китайскими властями, и ему пришлось уехать почти с пустыми руками.
Стейн умер в 1943 году в Кабуле во время подготовки к новой поездке, до конца оставаясь верным своей страсти.