Екатерина Великая. Имя, которое звучит как гром победы. Золотой век. Расширение границ от Чёрного моря до Аляски. Эрмитаж, Вольтер, «Наказ». Кажется, она сделала всё, чтобы Россия навсегда встала в ряд великих европейских держав. И это правда.
Историки спорят о её реформах, восхищаются её умом, осуждают личную жизнь. Но есть один угол её правления, который часто остаётся в тени парадных портретов. Финансы.
Именно здесь, в сухих столбцах доходов и расходов, среди векселей и банкнот, скрывается самая большая ироничная тайна её эпохи. Пока Россия блистала на мировой сцене, её государственная казна училась жить по принципу «возьмём сейчас заплатим потом». И заплатили. Платил сын, внук и правнук за Величие императрицы.
Когда в 1762 году Екатерина взошла на престол, она получила вполне здоровую казну. Долги были мизерные, торговый баланс положительный. Но у новой императрицы были амбиции, которые не умещались в рамки скромного бюджета.
Это не было случайным мотовством. Это была системная трата на статус:
- Войны, расширявшие границы, но выкачивавшие казну (русско-турецкие кампании стоили фантастических сумм)
- Строительство дворцов и городов как символов новой, европейской России
- Содержание двора, по пышности соперничавшего с Версалем
Результат к 1796 году был предсказуем: доходы выросли, но расходы росли быстрее. Государство, как небогатый аристократ, играло в большую игру, постоянно занимая на поддержание образа.
Когда не хватает денег, обычный человек ищет работу. Империя — ищет финансовые лайфхаки. Екатерина нашла три.
Шаг 1. Печатать, как будто завтра не наступит
В 1769 году в России появились ассигнации — первые массовые бумажные деньги. Цель была благая: облегчить крупные расчеты. Но очень скоро удобный инструмент стал наркотиком для казны.
Война с Турцией? Напечатаем денег.
Подарок фавориту? Напечатаем.
Дворян нужно осыпать милостями? Снова печатный станок.
Цифры говорят красноречивее слов:
- 1769 год: ассигнаций на 1 миллион рублей (обеспечены серебром)
- 1796 год: ассигнаций на 157 миллионов (серебра в запасе менее 20 миллионов)
Результат был законом экономики, который не отменишь императорским указом: бумажный рубль стремительно дешевел. К концу правления Екатерины за один серебряный рубль давали уже полтора бумажных. Инфляция в 32% за десятилетие. (А ведь серебряные рубли инфляции до этого не подлежали)
Ключевая деталь о налогах и зарплатах:
Государство совершило классическую финансовую подмену. Налоги (особенно подушная подать с крестьян) часто исчислялись в условном серебряном эквиваленте. А вот жалование чиновникам, оплата поставок для армии, расчёты с подрядчиками — всё чаще шли бумажными ассигнациями, которые уже теряли цену. Это создавало чудовищный дисбаланс: население должно было продавать продукты за обесценивающиеся бумажки, чтобы потом заплатить налог, стоимость которого в серебре оставалась жёсткой. Чиновник же, получая жалование ассигнациями, беднел на глазах и искал способы «компенсации» на службе.
И я не хочу критиковать Великую Екатерину, но просто поставьте себя на место простых людей. Платить вам стали зарплату бумажными деньгами, а налоги собирают серебренными, товары продают тоже за серебренные рубли. И бумажные деньги на серебряные поменять можно, но вот курс совсем не 1 к 1.
Когда своих напечатанных денег перестало хватать (ассигнациями нельзя было заплатить за границей), Россия совершила революционный шаг: впервые в истории массово вышла на европейский долговой рынок. Первый заем был размещен в Амстердаме в 1769 году.
Кредиторы радовались — молодая империя казалась надежным заемщиком. Финансовые советники Екатерины, вероятно, успокаивали: «Ваше Величество, проценты невысокие, а расплачиваться будут потом».
К 1796 году внешний долг достиг 41 миллиона рублей серебром - суммы, сопоставимой с двухлетним бюджетом мирного времени.
Парочка фактов: долги Екатерины Великой окончательно были погашены только в 1891 году, при Александре III.
А Павел 1, сын Екатерины Великой, после вступления на престол первым же приказом сжег 5 316 665 рублей. Вот только инфляцию это уже остановить не могло.
Третий шаг был самым циничным. Екатерина буквально покупала верных себе людей. Это не были случайные подарки. Это была продуманная политика, где щедрость измерялась в конкретных цифрах:
- Григорию Орлову на покупку графского титула в Германии - 6 миллионов рублей единовременно (в современных деньгах десятки миллиардов)
- Григорию Потёмкину - ежегодный «пансион» в 100 000 рублей (при годовом бюджете в 50 миллионов) и десятки тысяч крепостных
- Платону Зубову - имения с 20 000 душ и право собирать налоги с целых регионов
Общая сумма подарков приближалась к 50-60 миллионам рублей - сопоставимо с бюджетом всей империи на год.
Деталь, которая объясняет всё: когда фаворит получал «в вечное владение» 10 000 душ, это означало не просто земли. Это означало, что налоги с этих людей шли теперь не в казну, а в его карман. Государство само себя обкрадывало.
Так был ли «золотой век» действительно золотым? Да, если смотреть на фасад. Нет, если заглянуть в финансовые отчеты.
Екатерина оставила после себя:
- Двухъярусную экономику: твёрдое серебро для элиты и внешних расчётов, и «мягкие» ассигнации для внутреннего оборота и населения.
- Долговую яму, которую раскапывали целое столетие.
- Элиту, привыкшую богатеть не от развития страны, а от близости к трону.
- Народ, зажатый в тисках между твёрдыми налогами и обесценивающейся оплатой его труда.
Финал этой истории известен: финансовые проблемы екатерининской эпохи стали хронической болезнью Российской империи. Инфляция, долги, зависимость от иностранных кредиторов все эти проблемы будут преследовать Россию вплоть до 1917 года. До 1917 года страну будут преследовать и проблемы классовой не справедливости, которые приняли свою форму именно при просвещенной Екатерине. В общем есть такое ощущение, что золотой век Екатерины и золотой век России вещи-то разные.
#ЕкатеринаВеликая #Екатерина2