Вчера, мой нежный Дыма, я услышала твой стон. Я еще не знала, что это ты стонешь. Я подумала, что это звуки на улице. Но они были такие странные, что я решила проверить. И побежала смотреть. Ты лежал на полу в луже собственной мочи, вытянув тело и громко стонал. Я ничего поняла, кроме того, что тебе очень плохо и ты не можешь шевелиться. И что надо срочно ехать в ветеринарную клинику.
Я побежала одеваться, на бегу вспоминая, где ближайшая круглосуточная ветеринарная клиника. Потом я завернула тебя в полотенце и отнесла в машину. Все это время ты громко стонал. И хотелось рыдать, слыша твои стоны, но тогда я бы потеряла свою собранность. А ее в тот момент терять было нельзя.
Мы подъехали к ближайшей клинике, но табличка на ее дверях говорила, что они больше не работают круглосуточно. Хорошо, что я не достала тебя из машины, как хотела сразу, как только мы подъехали.
Мы быстро поехали в следующую ветеринарную клинику, которая точно работала круглосуточно - мы там были раньше. Но на ее месте был открыт косметологический кабинет.
Все так не вовремя и так некстати изменилось, мой нежный и сильно страдающий Дымочка.
Я поняла, что передвигаться методом поиска это - преступная и опасная потеря времени. Поэтому включила поиск в телефоне и нашла ближайшую круглосуточную ветеринарную клинику в соседнем городе.
Ты все время стонал, я пыталась вести машину и гладить тебя по голове. Я пыталась что-то тебе говорить. Даже - уговаривать. Но, скорее, говорила я себе, и уговаривала я себя. Мне было больно и страшно одновременно.
Хвала кошачьим богам, клиника действительно была круглосуточной и в 8 утра 6.12.2025 мы с тобой туда приехали.
Я бросила машину под табличкой "Парковаться запрещено" (другие места были заняты) и взяла тебя на руки.
Ты очень похудел в последнее время. А в тот день ты казался мне невесомым и очень страдающим серым комочком. От выплеснувшегося адреналина я не понимала, как мне открыть эту дверь. Но мне ее открыли с той стороны.
Посетителей в клинике в силу раннего часа было очень мало, поэтому уже через пять минут нас принял врач. Она сразу сказала, что забирает тебя в реанимацию и что с большой долей вероятности это - легочная эмболия.Ждите, "- сказала она мне.
И я села ждать. Скоро меня пригласили подписать документы на размещение в реанимации, а я никак не могла это сделать. Пальцы были одеревеневшими. И было ощущение, что я не помню, как это "поставить подпись". Но все же мне удалось это сделать. И я вернулась на скамейку ожидания. Ждать пришлось долго. Час или больше. Сейчас мне сложно сказать - время тянулось. Но все же врач пришла и сказала, что я могу к тебе пройти в реанимацию.
Ты лежал на такой маленькой высокой кроватке, укрытый греющимся одеялом и подключенный к разным мониторам.
- Нормальная температура для кошек 37 градусов. Вы привезли его с температурой 32 градуса. И давление у него тоже очень низкое. Еще у него сильный тромбоз конечностей. Кровь туда не поступает.
- Дыма парализован?
- Да. И мы не можем сейчас провести полную диагностику. В таком состоянии это негуманно. Но нам пока не удалось стабилизировать его состояние. Поезжайте домой. Мы позвоним, как только он станет стабильнее. Вы сможете к нему приехать.
Так я в то злое утро поехала домой, увозя с собой полотенце, в которое ты был завернут.
Я честно пыталась ждать, но не понимала, как это не удается стабилизировать тебя. Почему температура и давление не поднимаются?!?
В час дня я не выдержала, и сама позвонила в клинику. Вежливый и нейтральный секретарь ответила, что доктор сам перезвонит. И доктор перезвонил буквально сразу. Собственно, она просто повторила то, что говорила раньше:Состояние стабилизировать не удалось. Давление и температура намного меньше нормы. Идет процесс образования тромбов по всему телу. Четвертая лапка, которая была меньше других затронута этим процессом, тоже уже ничего не чувствует.
- Продлевать это состояние – это только мучать его. Он уже в ступоре.
- Надо усыплять?
- Это будет гуманно.
- Я могу присутствовать и потом забрать его?
- Да. Приезжайте.
И я сразу поехала. Меня влекло туда, где ты, мой любимый котенок, как, наверное, никуда и ни к кому. Я должна была видеть тебя. И, если бы не эти боли, которые ты испытывал, я бы, наверное, согласилась просто продлевать твое существование - даже такое.
Когда я приехала и прошла к тебе, твои глаза уже смотрели вовнутрь. Не в буквальном смысле. Ты уже был не там и не с нами. Я начала гладить тебя по голове. Я плакала и просила прощения, что я не распознала это ранее и не помогла. И в этот момент ты открыл рот и сказал свое беззвучное "мяу", которое я так у тебя любила. Я не верила своим глазам - ты со мной попрощался.
Потом доктор взяла свои убийственно-спасительный шприцы, подняла одеялко и вколола тебе в лапку эту адскую смесь.
Ты смотрел в моем направлении. Казалось, что ты смотришь прямо на меня. Я рыдала, и ничего не могла с этим сделать. И я держала тебя за лапку, чтобы ты хоть какой-нибудь капелюшкой оставшейся чувствительности знал и чувствовал, что я рядом.
Так закончилась наша с тобой прекрасная 12-летняя жизнь, в течение которой я каждый день была благодарна, что ты у меня есть. И это не преувеличение. Никогда ранее я не представляла, что животное может быть таким чувствующим, деликатным, нежным.
Я очень тебя люблю, Дымочка, но тебя больше нет со мной.
Я привезла твое тело домой, завернутое уже в больничную пеленку. Положила на диван, развернула. И увидела, что лапки уже начали окоченевать. Тогда я выпрямила твои любимые лапки и спеленала тебя этой пеленкой.
Потом я долго делала из коробок твое последнее пристанище. Написала на коробках свои последние послания, нарисовала много сердечек. И положила тебе вовнутрь. оставила открытой только голову. Мне хотелось продлить этот момент, что я еще могу тебя видеть. Могу тебя потрогать хоть чуть-чуть. Хотелось, конечно, оставить тебя насовсем. В любом виде. Но мысль том, что ты можешь пустым чучелом жить в нашем доме, мне не понравилась. Надо было набраться смелости и сил тебя похоронить. Я знала, что похороню тебя в нашему саду. Да, в нашем. Я тебе всегда говорила, что ты - душа этого дома.
Я выбрала место на северной стороне, под молодым дубком.
Место было выбрано. Ты был готов к захоронению, а я не была готова. Я постоянно ходила мимо тебя, стоящего на диване в коробке, как большая кукла, и заглядывала туда. И встречала твой взгляд. Глаза у тебя остались открытыми.
Так ты провел еще одну ночь в своем дом. Со мной. Со всеми нами.
И только в 14 часов следующего дня, 7.12.2025, я решительно выпихнула себя с лопатой в сад:Соберись и сделай это!".
Это было сложно. Я сфотографировала твою мордочку в этой проклятой коробке-саване. Не знаю, буду ли я когда-то смотреть на эту фотографию, но мне очень надо знать, что она у меня есть. Я сильно скучаю. Нет. Я тоскую, Дыма...
Я выкопала яму. Хорошо, что в этом году декабрь теплый и земля совсем не промерзла. Потом пошла за коробкой, в которой был ты. Положила ее в яму. И очень быстро, как будто боялась передумать, закидала землей.
Так закончилась твоя земная жизнь, мой Дымочек.
Моя тоже когда-нибудь закончится. Надеюсь, мы встретимся там, куда ты так рано ушел.