В некотором царстве, некотором государстве на берегу синего пресинего моря жил старик со своею старухой. Долго жил. Старик ловил рыбу и продавал её на базаре. А бабка пряла пряжу и стирала людям одежду, тем и жили.
Надо сказать, что море у берега, на котором стояла их ветхая землянка, образовывало прекрасный залив, излучину, и местная знать, во главе с царём и царицей, повадились в этих местах отдыхать. Ну понятное дело, что и остальные люди близлежащего городка тоже стали отдавать предпочтение в этим местам.
Бабка, которую кстати, звали Матрёной, очень любила присесть на скамеечку, отдыхая от стирки, и, занимаясь пряжей, наблюдать издали за гуляющими. Ох как ей хотелось вместе с ними погулять, посмеяться.. Да куда там! Работы было у бабки Матрёны непочатый край!
А самая большая, заветная мечта была у Матрёны – чтобы из её старой, тёмной, тесной землянки переехать в большой, просторный, светлый дом, с большой русской печкой, со светёлкой, с большими окнами, расписными ставнями и резным крылечком. Чтобы росла яблоня под окошком, в палисаднике бы цвели подсолнухи и розы, в саду жужжали бы пчёлы в ульях, на пригорке паслась бы белая козочка, и кудахтали бы вездесущие куры. А она, Матрёна, сидела бы в саду, да пила бы чай из фарфоровой кружки, и угощала бы малиновым вареньем и рыбными пирогами свою подругу с мужем, и деда своего, Тимофея.
А ещё чтобы прялка у неё была бы новая, и бабка Матрёна бы пряла бы шерсть удивительно тонкую, и вязала бы шали узорчатые, давно мечта у неё была такая. Создавать тонкие белые шали.
И руки бы её, загрубевшие от работы, от постоянного трения, полоскания, выжимания, перестали бы болеть, а наоборот, стали бы красивыми, и чтобы смогла тогда Матрёна одевать своё колечко, которое Тимофей подарил ей много лет назад на свадьбу.
Матрёна тяжело вздыхала, убирала тыльной стороной ладони выбившиеся из-под платка волосы и опять принималась за стирку.
Надо ещё успеть к возвращению деда с рыбалки каши наварить…
Но вот в один прекрасный день стала Матрёна наливать воду в корыто, а вода-то и уходит, не держится. Оказывается, корыто от старости треснуло!
Что же теперь делать? Чем на жизнь зарабатывать?
Заохала Матрёна, схватилась за голову, только охай не охай, другого корыта ведь нету! Сказала она своему деду Тимофею, что новое корыто надобно, а он только руками разводит – да где ж его взять, новое! Самому делать – силы уж не те, а купить… И так еле-еле концы с концами сводят.
Махнул рукой, взял свой невод, и пошёл его чинить. Тоже ведь уже старый, сколько лет служит.
А бабка Матрёна задумалась.
Вспомнились ей старые истории, которые она слышала ещё в молодости. Что если пойти вдоль моря, можно дойти до огромного дуба. Якобы стоит дуб там лет 500, если не больше, и живёт на рядом с тем дубом кот учёный, Баюн, который умные советы людям даёт. Правда то, или нет, бабка Матрёна не знала, как не знали и этого и те, кто это ей рассказал. Но вот всё-таки ходили же слухи, что те, кто туда дойти смог и у кота Баюна совета спросил, стали жить совсем по другому.
«А что, - думает Матрёна, - Мне терять нечего уже. Пойду, спрошу кота, может, подскажет мне, где мне новое корыто раздобыть?»
Думает, а сама вещи не спеша собирает. Положила в котомку пирожки с рыбой, что остались от завтрака, повязала свежий платок, взяла свою клюку и пошла не спеша вдоль моря.
Шла она, шла, дошла до речки. Речка небольшая, да глубокая, через речку мост перекинут, а доски то расшатались, ни конному проехать, ни пешему пройти.
Что делать?
Попробовала Матрёна идти по шатающимся доскам, а страшно, вдруг упадёт?
Призадумалась. Домой, что ли, возвращаться? И что её там ждёт?
Смотрит - по дороге повозка едет, кузнец товар свой в город везёт на ярмарку. Покричала ему Матрёна, кузнец услышал её, подошёл, спрашивает:
«Чего тебе, мать, надо?»
А Матрёна и говорит:
«Сынок, я вот на тот берег перебраться не могу, мостик уж больно хлипкий. Ты бы помочь мне не мог бы?»
Улыбнулся кузнец, говорит: – «Это мы легко исправим!»
Достал из сумки гвозди, молоток, и прибил все доски крепко-накрепко, и перила подправил. Поблагодарила его Матрёна, пирожком угостила, кузнец дальше поехал, и бабка дальше пошла.
Идёт, видит, растёт яблоня, вся яблоками усыпанная крупными, блестящими, от одного вида слюнки текут. А вокруг гномики бегают, пытаются яблоню трясти, да куда там!
Подошла Матрёна к яблоне, клюку свою подняла, ветку зацепила, да вниз и наклонила.
«Рвите, милые, я подержу!»
Гномики обрадовались, давай яблоки рвать и в корзинки складывать. Одну ветку освободили от яблок, Матрёна им другую наклонила. И так, пока у гномов все корзинки не были полные. Матрёна и себе взяла несколько яблок.
Гномики её поблагодарили и сказали, что яблоки это волшебные, молодильные, и от хворей исцеляющие.
Идёт бабка Матрёна дальше. Устала уже, идёт и думает – «И зачем я в такую даль пошла. И вот выдумала на старости лет, отправиться к чёрту на кулички, может, этот дуб уже спилили давно, и кот наверняка уже давно состарился и из ума выжил. Может, назад вернуться?»
А сама идёт. Потому что уже какая разница, куда идти – и до дуба неизвестно сколько, и от дома уже далеко ушла.
И тут деревья расступились, и бабка Матрёна увидела.. ДУБ!
Огромный, здоровенный, почти до неба, ствол не обхватить и пятерым, и ветки толстые, огромные!
Обошла Матрёна вокруг дерева. И где тут кота искать? И здесь ли он?
«Кот! Баюн! – позвала она. – Ты где?»
«Чё орёшь? – раздалось недовольное. – Я прекрасно слышу.»
Оглянулась бабка Матрёна – а рядом стоит КОТ. Под стать дубу. Огромный, толстый, лохматый. Рыжий.
Растерялась Матрёна. Думает «Щас он меня съест!»
И от страха говорит : «Пирожка хочешь? С рыбой и икрой»…
«Пирожка? – облизнулся кот. – Давай.» И лапу протягивает. А там когти! Страшные!
Но бабка Матрёна виду не подала, что боится, пирожок достала, и в лапу коту положила.
Кот пирожок съел, усы облизнул, и у же мягче спросил: «Так ты чего хотела-то?»
«А? А ты кто? Баюн?»
«Ну да, Баюн, - вздохнул кот. – Я тут делом занимаюсь, а ты кричишь. И меня от дела отрываешь»
«А каким делом ты занимаешься?» - бабке Матрёне стало интересно. Ну какие такие дела могут быть у кота? Мышей только ловить?
«Заболел я, - сказал кот Баюн. - Давеча слезал с дерева и неловко повернулся. Теперь вот спина болит. Старый я уже. Мне уж и не помню сколько лет. Всяко больше 100. Вот я и лечить спину надумал. Солнцем грел свои старые кости. Думал, полежу спокойно, погреюсь…»
«Слушай, а может, тебе яблок молодильных дать? Они, гномы говорили, и молодильные, и целебные. Хвори могут лечить.»