1. Некоторые полотна Брюллова завершали его ученики. Судьба не обошла стороной и знаменитый портрет Ивана Крылова. Созданный за один вдохновенный сеанс, он так и остался бы незаконченным, если бы не печальное стечение обстоятельств. Живописец успел запечатлеть все, кроме руки поэта, изящно свисающей со спинки кресла. Крылов, предчувствуя неладное, с грустью говорил, что портрет останется незавершенным и после его кончины. Так и случилось… Чтобы довести дело до конца, Брюллову пришлось прибегнуть к гипсовому слепку с руки ушедшего из жизни баснописца. Дописывал же руку ученик мастера, Фаддей Горецкий, с величайшим трепетом и уважением.
2. Порой, художник брался за доработку чужих произведений. Однажды, восхитившись головой графа Апраксина на портрете акварелиста Петра Соколова, он не смог скрыть беспокойства из-за неудачного соединения головы с шеей и туловищем. Эта мысль терзала его всю ночь, и, как только забрезжил рассвет, он, не в силах сдержаться, явился к Соколовым и, пока хозяин спал, собственноручно завершил портрет.
3. Поразительно, как первый эскиз к «Осаде Пскова» родился во время дружеского вечера у графа Толстого. Несколько чернильных пятен на бумаге, легкое движение пальца, и вот уже перед нами схема будущего шедевра: "Здесь будет пролом в стене, в котором разгорится жаркий бой. Через него я пропущу луч солнца, рассыпающийся искрами по шлемам, доспехам, мечам и топорам. Этот свет усилит хаос и бурю сражения!"
4. Несмотря на признание императора и оказываемые ему почести, Брюллов не создал ни одного портрета царской семьи, но с душевной щедростью одаривал великих княгинь и князей своими работами. Александре Николаевне он подарил рисунок главного придела Казанского собора, а Марии Николаевне – вдохновенную картину «Бахчисарайский фонтан».
5. В «Последнем дне Помпеи» Брюллов увековечил образ своей возлюбленной, Юлии Самойловой, в виде двух скорбящих матерей на переднем плане, а также девушки в розовой тунике, и там же, за ней, мы видим и его собственный автопортрет. В этом вся его любовь и память!