Найти в Дзене
Шпионский роман

"Черная молния" или "Охота на Шакала"

Мюнхенская Олимпиада 1972 года это рубежный период в террористическим движении и для самих террористов и для их противников. Арабский террор окончательно зашел в Европу, подмяв пол себя, по сути, национальные террористические ростки в Германии, Франции, Греции. Сопротивлялись и отстаивали свое право на индивидуальность только ирландцы. У них на Острове всегда были сильны прежде всего национальные корни. Палестинцы возглавили движение за свое государство, пойдя по пути терроризма. Но их довольно быстро сменил религиозный терроризм. Именно он стал гораздо более жестоким и масштабным. Если спор об Палестинском государстве вели несколько миллионов самих палестинцев и евреев, то следующая волна религиозных войн захватила сотни миллионов. Бойня на Олимпиаде послужила и последним толчком для активизации контртеррористических сил. Немцы создали спецподразделение. Парадоксально, но инструктировали и всячески помогали им евреи. Израильтяне учили воевать германцев. В это же время и в СССР стали

Мюнхенская Олимпиада 1972 года это рубежный период в террористическим движении и для самих террористов и для их противников. Арабский террор окончательно зашел в Европу, подмяв пол себя, по сути, национальные террористические ростки в Германии, Франции, Греции. Сопротивлялись и отстаивали свое право на индивидуальность только ирландцы. У них на Острове всегда были сильны прежде всего национальные корни. Палестинцы возглавили движение за свое государство, пойдя по пути терроризма. Но их довольно быстро сменил религиозный терроризм. Именно он стал гораздо более жестоким и масштабным. Если спор об Палестинском государстве вели несколько миллионов самих палестинцев и евреев, то следующая волна религиозных войн захватила сотни миллионов.

Бойня на Олимпиаде послужила и последним толчком для активизации контртеррористических сил. Немцы создали спецподразделение. Парадоксально, но инструктировали и всячески помогали им евреи. Израильтяне учили воевать германцев. В это же время и в СССР стали создаваться силы антитеррора. В книге «Черная молния» не просто подробно описывается захват и трагедия израильских спортсменов. Здесь показаны закономерности по которым, ранее пользовавшиеся поддержкой обездоленные палестинцы, превращаются в глазах общественности в бандитов. Лидеры движений к идее революции, справедливости, борьбы с империализмом жестко привязяли и бизнес. Терроризм стал приносить очень большие деньги. А как известно, в бизнесе, как и в езде на велосипеде нельзя останавливаться, надо все время двигаться вперед. Надо набирать скорость. Соответственно и растет число жертв как чужих, то есть противников, так и своих. Поэтому и привлекли арабские лидеры венесуэльца Карлоса Шакала к миссии «сакральной» жертвы. Погибнуть должны были и напавшие и заложники. Мир должен был замереть от ужаса. Теперь он из союзника арабского движения стал довольно независимой, очень значимой фигурой в международном терроре. Стали закладываться основы международного интернационала террористов.

Не могли мимо этих процессов пройти и Соединенные Штаты. Попытка захвата параллельно с израильскими заложниками и членов советской делегации вполне закономерна и соответствует духу американской политики противодействия Советскому Союзу на всех направлениях. Представить венгерских националистов как борцов за избавление родины от коммунистического влияния это сильный ход. Точно так же как и палестинцы, венгры должны были захватить в заложники членов советской спортивной делегации. Затем следовали бы публичные требования перед телевизионными камерами о выводе советских войск из Венгрии. После этого можно сдаться и просить политического убежища. Это нанесло громадный ущерб образу социалистического государства. Благодаря вмешательству советской внешней разведке эти планы были сорваны.

Таким образом «Черная молния», в авторском оригинале «Охота Шакала», это классический шпионский триллер. Интриги, роковые женщины, противостояние разведок, все, что положено в этом жанре. Но главная интрига в том, что многие персонажи и события подлинные.