Начало главы
Екатерина
-Давай-ка посмотрим твою квартиру. Мне нужно встретиться с призраком и пообщаться, - я отправилась переодеваться.
- Вы, и правда, их видите? - лицо Никиты вытянулось.
- Как тебя, - призналась я.
Дверь хлопнула, прибежал из школы сын.
- Максим, время есть? Поищи пожалуйста, информацию про Створженскую часовню. Что там за призрак невесты обитает? - молитвенно сложив руки, попросила я сына. - Мы отправляемся в город, а ты пришли информацию мне на почту. Тебя покормить?
- Нет, я бабушку встретил, она меня к себе утащила и накормила, - улыбнулся он.
Родители Романа часто приглашали нас в гости. И в Максиме, и в Лизе они души не чаяли.
- Скажи папе... Нет, - передумала я. - Сама ему позвоню. Всё , целую, пока, сынок, - мы вышли с Никитой на крыльцо.
Декабрьский воздух обжег щеки легким морозцем. Парень распахнул дверцу своего навороченного, с иголочки, Audi. Салон пах кожей и дорогим деревом. Я утонула в мягком сиденье. Никита завел двигатель, и машина мгновенно ожила, издав сытый рык. Он улыбнулся мне краем губ.
По дороге мы почти не разговаривали. Никита сосредоточенно вел машину, а я смотрела в окно, наблюдая за мельканием зимних пейзажей и ожидая письма от Максима.
Наконец, телефон тренькнул, сообщив о новом письме на электронке.
"Нашел тут кое-что интересное. Часовня была построена где-то в конце XVIII века, вероятнее всего, на средства местного помещика Створженского, отсюда и название. Таких часовен, «по обету», в старину много ставили.
Есть и легенда о брошенной невесте.
Когда-то давно, в день летнего солнцестояния, здесь должны были обвенчаться прекрасная Агнесса и молодой барон Павел. Вся округа ждала этой свадьбы, ведь союз обещал мир и процветание двум враждующим семьям.
Но Павел не пришёл. Шли часы, а в часовне царило лишь тягостное молчание, нарушаемое редкими всхлипами несчастной невесты.
В тот день, Павел, ведомый своим коварным братом Романом, сбежал с чужеземной графиней, оставив Агнессу у алтаря в день свадьбы. Говорят, Роман всегда завидовал брату и мечтал сам жениться на Агнессе. Он намеренно распустил слух о богатстве и красоте чужеземной графини, зная слабость брата к красивым женщинам.
Агнесса не пережила позора. Она умерла от разбитого сердца на следующий день. Говорят, ее дух до сих пор бродит по часовне, оплакивая свою несостоявшуюся любовь.
С тех пор Створженская часовня считается проклятым местом. Никто не осмеливается приближаться к ней в день летнего солнцестояния. Легенда гласит, что в этот день можно увидеть призрак Агнессы, стоящий у алтаря и ждущий своего жениха. А в полночь слышен ее тихий плач, эхом разносящийся по тёмному лесу, напоминающий всем о трагической любви и предательстве, что произошли под сводами этой злосчастной часовни."
Значит, Агнесса устала от одиночества, и, увидев молодоженов, захотела занять место невесты. Ох, уж эти неупокоенные призраки...
Полированные двери лифта бесшумно раздвинулись, и мы вышли в просторный холл, отделанный мрамором и стеклом. Квартира Никиты - это было не просто жилье, а бункер роскоши, напичканный гаджетами и дизайнерской мебелью. Панорамные окна открывали захватывающий вид на ночной город, но в этом сиянии огней чувствовалась какая-то холодная, отчужденная красота.
Едва мы сделали несколько шагов вглубь квартиры, как в воздухе появился призрак невесты. Не клубящееся облако, не размытое пятно, а вполне отчетливая фигура в поблекшем свадебном платье. Она стояла посреди гостиной, словно ждала нас.
Никита замер. Я же, напротив, ощутила прилив адреналина, сменивший первоначальный страх.
-Что ты хочешь? - мой голос прорезал тишину. Она не ответила, лишь медленно повернула голову, словно прислушиваясь к шепоту из другого мира. В ее глазах, темных и бездонных, отражались отблески городских огней, но в глубине мерцала невысказанная, мучительная тайна.
Ее взгляд задержался на Никите, и по лицу призрака скользнула тень грусти. Казалось, время замерло, оставив нас троих в этой странной, нереальной точке между мирами. Атмосфера сгустилась, наполнившись ощущением утраты и горького сожаления. Я чувствовала, как холод пронизывает меня до костей.
- Зачем ты здесь, Агнесс? Что тебе нужно? - повторила я, стараясь говорить спокойно, но внутри меня бушевала буря эмоций. Призрак молчал, но его взгляд ясно говорил о том, что он пришел не просто так. В бездонных глазах плескалось отчаяние, мольба о помощи, и, вместе с тем, угроза. Агнесса пришла из мира теней, неся с собой тайну, которая, возможно, навсегда изменит жизни тех, кто посмел ее разбудить.
– Агнесса, тебе пора покинуть этот мир, – как можно увереннее проговорила я.
– Я уйду с ним, – призрак невесты указал рукой на Никиту. Его зрачки сузились, он словно замер в черном плену ее взгляда.
– Ему ещё рано покидать Землю, он даже не пожил. И потом не он бросил тебя у алтаря, это был совсем другой мужчина. Ты должна уйти одна.
– Он – мужчина, – прошипела Агнесса, и Никита судорожно вздохнул, пытаясь вырваться из ее власти. – Все они одинаковы.
– Он не виноват в твоей боли, Агнесса. Позволь ему жить. Позволь себе обрести покой.
Глаза призрака наполнились слезами – странно видеть слезы у создания иного мира. Казалось, что он борется с собой, разрываясь между жаждой мести и давно забытым желанием покоя.
Мелькнувшая мысль заставила меня замереть. А что если вызвать дух Павла Створженского? Это же он бросил ее у алтаря. Возможно, ей не хватает последнего разговора с ним? Безумная идея, опасная, но другого выхода я не видела.
Я колебалась, понимая, что играю с огнем. Вызвать дух – это не просто развлечение, это открытие портала в неизведанное. Но другого выбора не было. Ради Никиты, ради себя, ради самой Агнессы.
Отошла в центр комнаты, туда, где, как мне казалось, концентрация энергии была максимальной. И, закрыв глаза, трижды произнесла имя ее жениха.
– Павел Створженский! Павел Створженский! Павел Створженский!
Тишина сгустилась, стала почти осязаемой. И затем, в углу комнаты, начала сгущаться тьма. Холод пронзил меня до костей, заставив непроизвольно вздрогнуть.
Темнота уплотнилась, закружилась, и из нее, словно выплескиваясь, вышла фигура. Бледная, размытая, но вполне узнаваемая. В ней легко угадывался молодой человек, хотя его лицо было искажено ужасом.
Агнесса застонала. Стон был полон боли, ненависти и отчаяния.
Призрак Павла, увидев брошенную невесту, закрыл в ужасе лицо руками. Свет луны, пробивавшийся сквозь окно, отражался в его призрачном силуэте, делая его еще более жалким. А потом он опомнился и опустился перед бывшей невестой на колено.
– Прости меня, Агнесс, прости, если сможешь, – его голос был хриплым, словно шелест осенних листьев. – Я знаю, что нет мне прощения за то, что я совершил.
Он рассказал ей о том, как бежал, охваченный страхом перед браком с ней, перед ответственностью, перед самой жизнью. Как часто, живя за границей, преследуемый кошмарами, вспоминал ее ясные глаза, ее нежную улыбку, ее надежду. Как тосковал по тому счастью, которое сам же разрушил.
– Каждую ночь я видел твое лицо, Агнесс, – продолжал Павел, – в нем был укор, в нем была боль. Я винил себя, день за днем, год за годом. Помнил тебя до самой последней минуты жизни.
Он признался, что его жизнь после бегства превратилась в бесконечную череду мучений, а другая женщина, богатство и успех не принесли ни капли утешения. Его душа была отравлена виной, и он мечтал лишь об одном – встретить Агнессу и вымолить прощение.
– Я был трусом, Агнесс, я знаю. Но я никогда не переставал любить тебя. Прости меня за всю боль, которую я причинил. Дай мне шанс хоть немного искупить свою вину.
Призрак Павла, закончив свою покаянную речь, замер, ожидая приговора. Агнесса молчала. Ее бледное лицо выражало бурю эмоций – от ненависти до жалости. Комната затихла, повиснув в ожидании.
И вдруг Агнесса заговорила. Ее голос был слабым, почти неслышным, но в нем звучала нежность, давно забытая и погребенная под слоем обиды.
Она приблизилась к нему, и призрак Павла невольно вздрогнул. Но Агнесса не причинила ему вреда. Она протянула к нему свою призрачную руку.
– Возьми меня за руку, Павел, – попросила она. – Пойдем вместе.
Павел посмотрел на нее с недоумением.
– Куда?
– Туда, где нет боли, нет страданий, нет печали. Туда, где мы сможем начать все сначала.
Он взял ее за руку, и в этот момент их призрачные фигуры начали светиться. Комната наполнилась ослепительным светом, который с каждой секундой становился все ярче и ярче.
Я закрыла глаза, ослепленная сиянием. Когда свет начал меркнуть, я открыла глаза и увидела, что в комнате никого нет. Агнесса и Павел исчезли, оставив после себя лишь легкий запах сирени и ощущение умиротворения. Наконец-то они обрели покой. Наконец-то их души смогли отправиться в свет. И я, выполнив свою миссию, вздохнула с облегчением.
Никита расплакался от облегчения.
-Неужели я теперь могу спокойно вернуться к жене? Спасибо, Екатерина Андреевна!
Вот так и закончилась ещё одна история с неупокоенной душой.
Первая глава книги "Видящая" здесь
Благодарю за прочтение 🌺
Если понравилось, ставьте лайк и подписывайтесь на мой канал 🥰
Я в Телеграм