Новая Стратегия национальной безопасности США: Развороты и акценты

Новая Стратегия национальной безопасности США: Развороты и акценты

#сша #президентствотрампа2025 #геополитика

ЧАСТЬ I. Возвращение Доктрины Монро

Если говорить о ключевом элементе столь бурно обсуждаемой в мировых СМИ новой Стратегии национальной безопасности США [National Security Strategy – NSS], обнародованной 5 декабря, то это, однозначно, воскрешение Доктрины Монро с “Поправкой Трампа”.

ЦИТАТА “После многих лет забвения Соединенные Штаты вновь подтвердят и будут применять Доктрину Монро, чтобы восстановить американское превосходство в Западном полушарии, защитить нашу родину и обеспечить доступ к ключевым географическим районам по всему региону”.

NSS прямо заявляет, что Вашингтон не позволит конкурентам из Восточного полушария размещать войска, владеть стратегическими активами – например, портами, инфраструктурой – или контролировать их в Западном полушарии.

Это,в числе прочего, предполагает усиление военного присутствия в регионе ВМС и Береговой охраны США, борьбу с наркокартелями и миграцией, а также расширение партнерств с “дружественными” странами региона для предотвращения "враждебного иностранного вторжения".

СПРАВКА “Вавилон 2.0”

Доктрина Монро была выдвинута в 1823 году Госсекретарем США Джоном Адамсом в Администрации президента Джеймса Монро. Доктрина носила декларативный антиколониальный характер [в Южной Америке подходила к концу эпоха национально-освободительных войн против владычества Мадрида и Лиссабона] и провозглашала доминирование США в Западном полушарии.

В течение XIX века Доктрина Монро воспринималась властями США во все более и более широком и жестком смысле, что в начале XX века нашло свое отражение в поправках к Доктрине сенатора Орвилла Платта [1901], президента Теодора Рузвельта [1904] и сенатора Генри Лоджа [1911].

Эти поправки, в числе прочего, запрещали стратегические инвестиции неамериканских государств в Южную Америку, провозглашали США “международной полицейской державой” [!!] и напоминали соседям по полушарию: “право на независимость не может быть отделено от ответственности правильно ею пользоваться”.

Доктрина Монро в ее окончательном варианте давала США de jure право менять в Центральной и Латинской Америке “недружественные режимы” на “дружественные”.

С приходом к власти в 1933 году президента Франклина Рузвельта, который сменил “Политику большой дубинки” своего дальнего родственника Теодора Рузвельта на “Политику доброго соседа”, началась эпоха официальных отречений США [на словах] от Доктрины Монро.

В 1933 году США официально отказались от права на одностороннее военное вмешательство в Латинской Америке, т.е., от поправки Теодора Рузвельта.

В 1936 году США подписали “Конвенцию Монтевидео”, в которой признали принцип невмешательства во внутренние дела стран Западного полушария.

Принятая в 1948 году Хартия Организации Американских Государств [ОАГ] предполагала систему коллективной безопасности, при которой любое вмешательство должно было быть многосторонним.

В 1962 году в связи с кубинским ракетным кризисом президент Джон Кеннеди заявил, что доктрина Монро остается в силе только в части недопущения размещения советских ракет; в остальном США обязались действовать исключительно через ОАГ и ООН.

В период “разрядки” [1970-80-е] Госдеп и многие академические круги США открыто называли доктрину Монро “устаревшей” и “морально неприемлемой”.

При этом вторжения США в Гренаду [1983] и Панаму [1989] Администрация Рональда Рейгана объясняла “защитой Западного полушария”, но связывала это не с Доктриной Монро, а с “защитой американских граждан” и борьбе с наркотиками.

В 2013 году Госсекретарь Джон Керри на заседании ОАГ официально объявил: “Эра доктрины Монро закончилась”.

При Администрациях Дональда Трампа и Джо Байдена [2018–2024] использовались формулировки о “конкуренции великих держав в Западном полушарии” [в отношении Китая и России – в негативных коннотациях] и “демократического соседства” [в отношении “дружественных” и “недружественных” режимов в Центральной и Южной Америке].

[Продолжение следует]