Не причиняя зла
👇
***
Россия, г. Санкт-Петербург
2016 год
Я познакомилась с Денисом в начале семестра. Это случилось именно тогда, когда мое настроение подпортил препод по истории. Вообще учёба с самого начала шла плохо. А все почему? Мама сообщила, что отец присматривает мне жениха. Подумать только! Сейчас женихов присматривают, как смартфоны на день рождения.
«Я не хочу жить в Стамбуле с мужем, которого не люблю!» — кричала я ей в трубку.
Мама клятвенно пообещала поговорить с папой на эту тему. Словно это так просто!
И никакие ее обещания не подняли мне настроения.
Я вышла из аудитории, не спросив разрешения. Просто психанула. Не успела я сделать и шага, как меня сбил какой-то нахал. В коридоре пусто. И места сколько хочешь. Я же не шкаф, меня можно было обойти.
Я присела и стала собирать тетрадки, бурча себе под нос:
— Ни «извини», ни «дай помогу», ни… слова! В Питере все такие наглые?
— Не все, — ответил мягкий басистый голос. — Дай помогу.
Я подняла голову, а парень уже присел и его карие глаза были на уровне моих… ну, почти. Ладно. Он уставился на вырез моей блузки. Я почувствовала, что покраснела. Поэтому встала и дождалась, пока парень в черном соберет остаток моих тетрадей.
— Ты библиотеку ограбила? Или канцелярский магазин? — Спросил он, вручая макулатуру.
— Э… нет, это история.
— Первый курс?
— Да.
— Меня Денис зовут. — Он протянул мне сильную руку, на которой пробивалась часть татуировки. Рисунка полностью не было видно. Часть татуировки скрывал рукав футболки. — Э… можно просто Ден. Я программист. В этом году диплом получу.
— Здорово, — хмыкнула я не очень радостно. А потом студенты повалили в коридор, и я смешалась в общей толпе.
— Эй! Имя не назовёшь? — крикнул мне Денис.
Но я даже не обернулась.
***
***
Россия, г. Череповец
2017 год
Я сбежала в день своего рождения.
Двадцатого июля мне как раз исполнилось семнадцать лет. Лучшего времени нельзя было придумать. Я выдумала потрясающую историю, что буду отмечать свой праздник с подругами за городом. Отец не препятствовал и выслал деньги на поездку. Так мы с Деном получили дополнительные наличные. На них мы поехали в Череповец и сняли у его тетки квартиру.
— Я боюсь, — сказала я, глядя в темное окно. Его загораживали ветви старого дерева, поэтому комната казалась еще мрачнее.
— Чего ты боишься?
— Правильно ли я поступила, Ден? Нужно ли было брать те деньги? Теперь из-за них у отца могут быть большие проблемы.
Денис молчал. Правильно. Ответить на это нечего. Ден просто старался быть мне верным другом, хотел помочь. А сбежать — это только мое решение.
Я закрыла глаза, наслаждаясь мягким поглаживанием по плечу. У Дена подушечки пальцев вовсе не были огрубевшими, хотя он днями и ночами стучит по клавиатуре.
— Хочешь вернуться?
— Нет. Я уже сделала это. Дороги назад нет. Я не хочу жить жизнью, которую выберут мне родители. Я сама вершу свою судьбу. И мне плевать, если это опасно.
Ден крепко обнял меня со спины.
— Ты теперь миллионерша. Я думаю, ты сможешь построить свою жизнь в любой точке мира.
Тогда я еще не знала, что слова Дена станут пророческими. Однако злой рок судьбы будет препятствовать спокойной жизни.
Я не знала, что за деньги краду у отца. Меня же никто не посвящал в то, что у моего честного, порядочного папы в сейфе его личного кабинета прямо у нас дома лежат нелегальные деньги. Я думала, что найду кое-какие наличные и «займу» их у папочки. Правда, мне пришлось прибегнуть к хитрости, чтобы подсмотреть шифр. У меня ушло на это почти два месяца.
В тот день — день, когда я решила ограбить Эдиза Демиреля — отец вместе с мамой находился в Турции, а прислугу они отпустили отдохнуть. Я сказала, что у меня экзамены и не смогу поехать с ними. Никто не станет проверять, что экзамены закончились еще в июне. Время было очень подходящее. Деньги на поездку у меня уже были. Осталось еще немного подворовать и дело в шляпе.
Я же не подразумевала, что сейф ломится от наличных. А когда открыла, челюсть моя отвисла, как денежный банкомат. Там были евро. Миллионы евро! Не раздумывая, я поскладывала все пачки с евро в чемодан и закрыв его на кодовый замок, покинула отцовский дом. Навсегда.
Я шла на вокзал и меня потряхивало. Отец обнаружит пропажу не сразу. Он редко открывает сейф. Забрав деньги, я закрыла аккуратно дверцу, а отпечатки стерла кухонным полотенцем. Так что он не сразу поймет, что это я их взяла. У меня было алиби. Я отсутствовала в Москве.
Задаваться вопросом, откуда у отца столько наличных я начала, уже подъезжая к Питеру. Он хранил их дома, не в банке. Значит… все это — взятки? А может, отец связан с криминалом?
Я тут же начала вспоминать людей, которые иногда приходили в наш дом. Я ведь никогда не придавала значения тому, кто и для каких целей к нам приходит. А телефонные разговоры в кабинете… отец просил, чтобы никто в те моменты его не тревожил. Мне вдруг стало очень страшно.
Приехав в Питер, я поделилась с Деном о своих догадках и опасностях. Когда я показала ему чемодан денег, он глазам своим не поверил. Час мы с ним не разговаривали. Он отругал меня: «Ты понимаешь, что осложнила себе этим жизнь? Теперь ты не просто сбежавшая из дома непослушная дочка. Ты воровка! И на тебя будет охотиться твой собственный отец!»
Я ревела навзрыд. Сначала решила вернуть деньги, потом хотела сжечь их и оставить идею с побегом. Но Ден не позволил: «Ты уже их украла».
Всю ночь мы думали, как с ними быть. В итоге, Ден предложил съездить в Швейцарию и положить деньги в банк. Он за сутки нашел знакомого, который занимается подделкой документов. Мы рисковали, но у нас были деньги. Много денег. Ден сделал документ о наследстве, и мы поехали в Швейцарию. Отец с матерью все еще были в Турции. Я вела с мамой активную переписку, чтобы все выглядело обычно.
Нам удалось провернуть операцию. Мы получили свисс-карту и код. Все было сделано чисто. Мое имя станут пробивать по всем базам, а вот имя Дена никому неизвестно.
Далее мы вернулись в Питер, купили билет на поезд до города Череповец и исчезли.
На всякий случай я дала одну пачку с евро Дену. Он долго сопротивлялся, но потом взял их, ибо мой ультиматум его убедил. Мало ли… на непредвиденные расходы. И себе взяла пачку наличных. Свисс-карта работает в любом уголке мира, но подстраховка не помешает.
Мы решили просидеть в городе Череповец месяц, а потом думать, куда двигаться дальше свободные и богатые. Но не тут-то было. Нашим планам уже утром пришел конец.
Яркие лучи солнца пробивались сквозь ветви в окно. Я потянулась и затем хотела обнять Дена, но его сторона оказалась пустой.
Решив, что он готовит завтрак, я натянула его футболку и с блаженной улыбкой вышла на кухню. Никого. Только телевизор работал. Я осмотрела дом. Вещи Дена на месте. Мои тоже — деньги, карта банковская, телефон. Ничего не тронуто. Записки нигде нет. Я предположила, что Денис вышел в магазин, поэтому вернулась в постель досыпать. Но уснуть я не успела, так как до меня донесся женский голос диктора: «На поиски Элы Демирель — младшей дочери турецкого посла в России Эдиза Демиреля — брошены все силы. Сейчас ее ищут сотни волонтеров по всей Российской Федерации и все силовые ведомства, в том числе МЧС, полиция, сотрудники следственного комитета и УФСИН. По данным МЧС девушка пропала 20 июля, в день своего рождения. Она должна была отправиться со своими подругами за город отмечать праздник. Однако уже на следующий день ее жених Антон Сабанов заявил, что не может связаться с девушкой. А подруги сообщили, что никакого праздника она не планировала…».
Дальше я не слушала.
Антон Сабанов. Вот же черт моржовый! Как же я о нем забыла?
Раз я в новостях, значит отец уже в курсе. А если он открыл сейф? Наверняка он догадался, кто взял деньги. У меня закружилась голова. Отец не сможет сообщить полиции о пропавших деньгах. Они лишь ищут пропавшую дочь. А люди отца — дочь-воровку.
Где Денис?
***
***
Россия, г. Энгельс
Саратовская область
2017 год
ЭЛА: Ты приедешь ко мне?
ДЕН: Да.
ЭЛА: Когда?
ДЕН: Не торопи события, детка. Прошло только два месяца.
ЭЛА: Так говоришь, как будто прошло два дня. Я в Энгельсе уже целых два!!! месяца. А ты мне только обещаешь, что приедешь. Разве ты не хочешь меня увидеть?
Я откусила булочку, намазанную толстым слоем масла. Через двадцать минут мне выходить на работу, а Ден опять портит мне настроение.
ДЕН: Я очень хочу тебя увидеть, Эла. Ты же знаешь, как я к тебе отношусь (смайлик «сердечко»). Но это не безопасно.
Ну, все! Я окончательно разозлилась, и завтрак отказался лезть в желудок. Я уехала из Саратова. Чтобы уж наверняка не быть пойманной, пересекла мост и вот я в Энгельсе. Работаю официанткой в кафе «Удача». На удачу! Живу на проспекте Строителей в однокомнатной квартирке и жду, когда же мой парень изволит ко мне приехать!
ЭЛА: Мне пора идти на работу.
Дописав сообщение, я посмотрела в окно. Вид на старое кладбище не вызывал восторга. Однако сейчас, когда я так зла, деревья, торчащие из-за забора кладбища, казались мне тропическим садом. Небо хмурилось перед дождем, а мой лоб хмурился перед следующим взрывом эмоций.
ЭЛА: Когда надумаешь приехать, напиши. А до тех пор забудь, кто такая Эла.
Несколько секунда я наблюдала, как двигался курсор в виде ручки, но ответного сообщения ждать не стала, а просто захлопнула крышку лэптопа.
Кафе «Удача» располагалось в десяти минутах ходьбы от дома, где я жила. Пока шла, слушала музыку — что-то романтичное и тяжелое одновременно.
Энгельс мне нравился. Современный небольшой город с умеренно-континентальным климатом. Мои коллеги говорят, что лето здесь жаркое, но я не знала, где окажусь следующим летом. Если Ден приедет, то мы придумаем, где будем жить. И это будет точно не в России.
Недостатка в деньгах я не испытывала. Я жила на тот заработок, что получала в кафе. А деньги отца я оставила на «черный день».
В баре меня встретили, как всегда, весело. У нас был дружный коллектив, который мог внести порцию позитива даже в самые унылые, трудовые будни. Парни шутили, дурачились и даже ухитрялись разыгрывать друг друга, втихаря от менеджера. Это была молодая женщина, явно старая дева. Иначе ее гневные выпады ничем не объяснить.
— Эла, хочешь сегодня с нами в клуб после работы? — спросил Колька — бармен. Кудрявый русый парнишка с серыми глазами.
Я решительно тряхнула платиновыми волосами и сказала:
— Что-то празднуем?
— Моё повышение, — через плечо отозвалась Вася. Ее розовое каре отливало синевой от тусклых голубых занавесок, через которые старательно пробивался свет. Василиса работала в этом кафе официанткой уже четыре года.
— Неужели ты теперь старшая официантка? — переспросила я, наперед зная ответ.
— Да. Теперь гонять нас будет, как Сидоровых коз, — проворчал Тарас — пепельный блондин с серьгой в носу. Именно он помог мне устроиться в это кафе, сказав, что мой цвет волос будет сиять в неоне по вечерам. Тогда я расхохоталась и директору понравилась моя легкость, с какой я принимаю шутки.
А у Тараса была не традиционная ориентация, чем, кстати, он гордился. Однажды он со своим бойфрендом взял меня на прогулку на теплоходе по Волге. Тогда я чуть не лопнула от смеха.
— Ну, так ты с нами? — спросила Вася.
Я не думала долго. На Дена я была зла, поэтому идея отвлечься показалась отличной.
Взяв ручку в одну руку, а блокнот — в другую, я ответила так, словно произнесла клятву:
— Согласна поехать в клуб, но к выпивке меня не принуждать.
Коля перевалился через барную стойку и заглянул в мои карие глаза, обведенные черным контуром.
— Ты — прелесть, — сказал он.
Так и проходили мои дни. В Энгельсе никто не знал Элу Демирель. Прежде, чем приехать сюда, я перечитала все газеты Саратова, просмотрела новости, обшарила интернет. О себе не нашла ни слова. Ден тоже сказал, что шансы спрятаться в этой области у меня отличные. До сегодняшнего дня он был прав.
В час ночи мы закрыли кассу, получили свои чаевые и запрыгнули в машину Кольки, чтобы ехать в клуб. С нами были еще две официантки — Ольга и Камилла. Камилла — узбечка, тоже, как и я, приезжая. Мы с ней поладили с первого дня. А вот с Василисой первые пару недель враждовали. Она дважды чуть не вышвырнула меня из кафе, подстроив разборки с клиентами. Тарас выходил на мою защиту и всё постепенно улеглось.
Тарас, Ольга и Вася были уже «навеселе». И когда они успевают бухнуть в рабочее время? Я сидела на заднем сиденье за Колькой. В салоне гремел хард-рок, пробуждающий во мне «плохую» девочку.
Сначала мы поехали в караоке-бар. Я пела, ведь я очень любила это дело. Так получилось, что я набрала высокий балл целых три раза. А Василиса один раз. И Колька предложил соревнование. Весь бар стоял на ушах. Я считала, что нет ничего веселее такого развлечения. Больше мы высоких баллов не набрали, потому что стали просто кричать в микрофон. В знак мира и дружбы, мы с Васей спели «Чашка кофе-ю» вместе. В баре не было человека, который бы на нас не смотрел.
После дебюта Тарас заставил меня выпить рюмку водки. Я согласилась. От одной рюмки не потеряю сознание и здравый смысл, решила я.
Мы выпили. Потом еще. И еще.
Ольга стала засыпать на столе. Колька попросил счет.
— Завтра рано вставать, — сказал он.
Мы все стихли, кивая.
В гардеробной мы опять устроили шум. Хохотали над Ольгой, которая не могла понять, как надеть куртку. Мы ей давали куртку воротником вверх, а она ее переворачивала и все заливались смехом. Даже гардеробщица.
Затем Колька взял Олю и, перекинув ее худое тело через плечо, потащил к машине. Камилла вышла с Васей под ручку. Тарас убежал первым, чтобы завести машину. Я, оставшись в тишине, встала перед зеркалом, поправила задравшуюся блузку, прическу, подтерла черные разводы от туши под глазами и толкнула дверь, чтобы выйти.
Но меня вдруг кто-то схватил за запястье.
