В нём нет тяжеловесной основательности «картофеля» или барской размашистости «помидора». Его судьба в нашем сознании — роль статиста. Горсть рубленой зелени для супа, пахучий венок на маринованных огурцах, необязательное дополнение. Его сеют «между», «по краю», «заодно».
Но это не самая простая трава я Вам скажу. Всё начинается с терпения, которого у современного человека почти не осталось. Ты зарываешь в чёрный, пахнущий сыростью грунт крошечные, плоские зёрнышки, похожие на древесную чешую. Они могут лежать в земле мучительно долго — неделю, две, — проверяя твою веру на прочность. Ты уже махнёшь рукой, решив, что история не удалась, и вдруг — о чудо упрямства! — из земли выстреливают десятки петель, похожих на швейные иглы с ушком. Это первые «семядоли».
А дальше начинается магия чистого роста. Это медитативное зрелище. Укроп не плодоносит, не завязывает кочанов, его цель — тянуться к солнцу, рассекая воздух своими ажурными, похожими на папоротниковые, листьями. Каждый новый ярус — сложнее и изящнее предыдущего. Из центра розетки выдвигается тонкий, полый внутри стебель — «дудка», — и он становится осью, вокруг которой закручивается всё великолепие. Рвать первые листочки — занятие, полное нежности. Лёгкий щелчок ногтей, и воздух наполняется чудесным ароматом. Это запах свежести, доведённой до концентрата. Запах утра, росы и чистоты.
Но укроп — не просто пассивный объект созерцания. Он — строгий учитель. Он безжалостно казнит ошибки. Мало света? Он вытянется в тонкие, бледные, плачущие ниточки, теряя и цвет, и вкус. Слишком жарко и сухо? Он грубеет, желтеет по краям, торопливо выбрасывает цветочную стрелку, будто пытаясь завершить свой жизненный цикл до срока. Он требует постоянства: ровного, нежного полива под корень, прохлады на ночь, пространства для вольного кущения.
Ты не можешь ускорить его рост. Ты не можешь заставить его выдать новый ярус листьев к важной встрече. Ты вынужден подстраиваться под его неспешный, вегетативный пульс. Майские посевы в Подмосковье обычно удаются, а вот июльские не всегда.
Полив, рыхление, поворот к свету — это маленькие, ежедневные ритуалы, возвращающие связь с фундаментальными циклами природы: земля, вода, свет, рост.
И вот наступает кульминация, которую обычно не замечают. Укроп готовится к главному. Он выбрасывает зонтик — архитектурное сооружение невероятной сложности и грации. Сначала это тугая, изумрудная корзинка, затем она раскрывается в кружевной купол, усыпанный мелкими жёлтыми цветками, над которыми с утра до вечера гудят пчёлы, сбитые с толку таким высокоэтажным пастбищем. А потом зонтик буреет, созревает, и в нём зреют те самые плоские семена, что дали начало этой истории. Полный круг.
Выращивая укроп, ты выращиваешь не приправу. Ты выращиваешь целое растение от семени до семени. Ты становишься свидетелем и соучастником тихой, но несокрушимой силы жизни, которая умещается в горшке диаметром двадцать сантиметров. И в тот момент, когда ты, щепоткой свежего укропа, ставишь точку-аромат в тарелке только что сваренного супа, происходит странное. Ты добавляешь в него не просто зелень. Ты добавляешь в него время — своё, вымеренное, вложенное, пророщенное. И этот суп, этот простой акт насыщения, вдруг становится актом глубокого смысла. Потому что ты вкушаешь не просто пищу. Ты вкушаешь собственное, вновь обретённое, терпение.
Добавь свежий укроп в лапшу быстрого приготовления, и ты удивишься, насколько преображает вкус эта невзрачная травка.
Для моей мамы - это любимое растение и самая важная майская посадка.
Мой многолетний опыт выращивания укропа сводится к тому, что он очень любит чернозем. Там он рос как сорняк. На тяжелом суглинке растет гораздо хуже. Больше всего мне в нем не нравится, что в отличии от петрушки или кориандра, за одну ночь может пожелтеть вся грядка, если погодные условия ему не понравились.
Еще я заметила, что случайно проросшие семена в клумбах или между грядками дают более мощное растение, чем холеные в грядочках.
Выращивайте укропчик. Покупной не так ароматен.