[ Смотреть видео на сайте НТВ ]
Рынок вторичного жилья превратился в последнее время в минное поле. Добросовестные покупатели квартир оказывается в ситуации, где все формальные гарантии — нотариусы, психиатрические справки и видеофиксация — бессильны перед одним лишь заявлением продавца об «обмане». Почему суды так часто поддерживают тех, кто заявляет о мошенничестве? И виден ли свет в конце этого правового тупика или покупателям по-прежнему грозит потеря и денег, и жилья?
Сорок лет Елена прожила в Сибири, в холодном Новокузнецке. Она мечтала о теплых краях и море рядом, поэтому купила квартиру в Сочи. Но ее мечты разбились о суровую реальность. Теперь в курортный город она приезжает не ради солнца и пляжей, а для участия в судебных заседаниях.
Елена Рябова, пострадавшая: «Естественно, я была в шоке. Я никогда с таким не связывалась, я квартиры каждый день не покупаю, я вообще не понимала, как такое может быть. Мы ей заплатили деньги, она деньги получила, а теперь она сделку признает недействительной».
Елена и не подозревала, что может столкнуться с так называемой «бабушкиной схемой». К тому же продавец Ирина Анисимова вовсе не пенсионерка. Ей всего 53 года, она работает медсестрой в местном санатории.
Сделка проходила дистанционно. Елена осмотрела квартиру по видеосвязи и рассчитывала, что через две недели приедет и заберет ключи. Однако сразу после подписания договора Ирина исчезла — перестала отвечать на звонки и не появлялась дома. Елене под видом пациентки удалось увидеться с продавцом, то та только отмалчивалась.
Женщина уходит от вопросов неслучайно. Вместе с адвокатом она избрала продуманную тактику защиты. Ирина пытается доказать, что не контролировала свои действия в момент сделки, а значит, заключала ее в невменяемом состоянии. По словам юриста, потребуется проведение психиатрической экспертизы, от результатов которой и будет зависеть исход дела.
Однако в таком случае возникает закономерный вопрос: если женщина не отдает отчета в своих поступках, как она продолжает работать в медицинском учреждении? И не свидетельствуют ли все ее четко спланированные действия о наличии злого умысла?
Наталья Бешлиу, физиогномист: «Она ведет себя нагло, лжет и не идет на контакт. Я склонна судить, что здесь она четко понимала, что она играет не в ту игру, что она ведет какую-то мошенническую деятельность».
Во всех подобных историях продавцы единодушно заявляют: деньги от сделки они передали в руки неизвестным. Однако никто почему-то не требует от них доказательств. А ведь предоставить их не так уж сложно: это могут быть переписки с мошенниками, история звонков, контакты курьеров.
Анна Фролова, юрист: «Пенсионерка, которая перечислила денежные средства мошеннику, по факту доказательств никаких предъявить не может. Она только руководствуется своими показаниями устными. Например: я не помню, куда я перевела деньги; я не помню, кому передавала, это был какой-то там человек. С какого номера мне поступали звонки, я не знаю».
Сибирячка Елена по документам является полноправным собственником квартиры в Сочи. Однако сам факт регистрации права не защитил ее от изматывающей борьбы за свое же жилье.
Елена Рябова: «Она проживает в квартире, я плачу коммуналку, суды могут длиться несколько лет. Я не понимаю, почему какая-то чужая женщина живет в моей квартире, а я еще плачу за нее коммуналку».
По закону, жилье неприкосновенно, и никто не имеет права проникать в него без согласия проживающих. Но из этого правила есть исключение. Если собственник квартиры сменился, а прежний владелец отказывается освобождать квадратные метры, новый хозяин имеет право войти внутрь и даже сменить замки. Для этого необходимо вызвать полицию и составить опись имущества. Так и поступила Елена Рябова — другого способа оказаться в своей законно приобретенной недвижимости у нее попросту не было.
Теперь, когда она смогла попасть в свою квартиру, Елена не намерена ее покидать. Она собирает вещи предыдущей владелицы и составляет их опись, чтобы освободить пространство для себя. И пока суд окончательно не определил судьбу жилья, она может хотя бы на время ощутить себя настоящей хозяйкой квадратных метров на берегу Чёрного моря.