Художник: Уильям Хогарт. Картина: «Брак по-модному: Tête à tête», ок. 1743.
На первый взгляд — милый семейный утренник после свадьбы. Молодая леди зевает за столом, муж развалился в кресле. Сцена называется «Tête à tête» — по-французски «с глазу на глаз». Романтика, интим, всё такое. Но это Хогарт, главный тролль XVIII века, так что романтика тут быстро заканчивается.
Посмотри на жену. Она потягивается так лениво и самодовольно, будто у неё ночь явно удалась. Корсаж приоткрыт, поза — максимально не «лорд, подайте мне веер», а «я тут дома, мне можно». На передней части юбки — пятно, о котором приличные люди в салоне бы не говорили вслух. На полу валяются карты и ноты: нам тонко намекают, что «музыка звучала» совсем не только из скрипки.
Муж тем временем сидит как человек, которого жизнь немного покусала. Лицо помято, парик съехал, на шее — чёрный пластырь, классический намёк на венерическую заразу. Рядом — сломанный меч: символический отзыв сервиса «мужская сила, подписка отменена». У ног его собачка азартно вытаскивает из кармана дамский чепчик — явно не жены. Похоже, он тоже развлекался, но как-то… неудачно.
Гвоздь программы — выражение лица леди. Она косит глазом куда-то вправо, за пределы картины, и кокетливо поднимает над головой зеркальце. Современники читали это как сигнал: любовник только что выскочил из комнаты, опрокинув стул на переднем плане. Так что в сухом остатке: муж вернулся с сомнительных приключений, жена устроила свои — прямо в гостиной, и оба делают вид, что всё нормально. Семейная терапия уровня «мы просто устанем и это пройдёт».
В глубине комнаты бухгалтер с лицом «нам надо серьёзно поговорить» держит кипу неоплаченных счетов. Над камином — бюст с разбитым носом и абсурдные статуэтки, часы с котом и рыбами, закрытая зелёной шторкой “слишком откровенная” картина — весь интерьер кричит: «богатство есть, вкуса нет». Хогарт рисует мир, где у людей есть титулы, деньги, фарфоровые божки, но нет самого базового — уважения друг к другу.
И в центре этого цирка — она. Молодая жена, которая уже поняла правила игры и, кажется, играет в неё лучше мужа. Картина смешная, потому что всё это очень театрально. И немного грустная, потому что за юмором видно знакомое до боли: двое взрослых людей сидят в одной комнате и живут в параллельных вселенных.
Если бы у этой сцены был статус, как у отношений в соцсетях, там точно бы стояло:
«Всё сложно ».