Вера мыла посуду после ужина, когда Игорь вошёл на кухню. Села напротив, скрестила руки на груди. Лицо его было довольным, почти торжествующим.
— Твоя лучшая подруга мне всё про тебя рассказала, — сказал он, ухмыляясь. — Теперь я знаю правду.
Вера замерла, держа тарелку под струёй воды. Повернулась к мужу медленно.
— Какая подруга?
— Катя. Твоя Катерина, — он откинулся на спинку стула. — Встретились вчера случайно в торговом центре. Разговорились. Она мне такого наговорила.
— Чего наговорила? — Вера поставила тарелку в сушилку, вытерла руки.
— Ну, про твоё прошлое, — Игорь ухмыльнулся шире. — Про то, что ты мне не рассказывала.
Вера села напротив. Руки сами сжались в кулаки под столом.
— И что именно она сказала?
— А ты не знаешь? — он наклонился вперёд. — Про Андрея твоего. Бывшего. С которым ты пять лет встречалась.
— Ну и что? — Вера не понимала, к чему он клонит. — Я тебе про него рассказывала.
— Рассказывала, — кивнул Игорь. — Только не всё. Не сказала, что он тебя бросил. Что ушёл к другой. Что ты за ним бегала, умоляла вернуться.
Вера почувствовала, как лицо горит.
— Это было десять лет назад. До тебя.
— Знаю, что до меня, — Игорь встал, налил себе воды из-под крана. — Но интересно другое. Ты мне говорила, что сама от него ушла. Что поняла — не твой человек.
— Я...
— Врала, — перебил он. — Вот что. Врала мне все эти четыре года.
Вера смотрела на мужа и не узнавала. Этот довольный оскал, эти глаза, полные торжества. Будто он поймал её на чём-то ужасном.
— Игорь, это было так давно. Зачем ворошить?
— А затем, — он поставил стакан на стол, — что мне нравится знать правду. Вся твоя гордость, вся твоя независимость — оказывается, выдумка. Ты такая же, как все. Бегала за мужиком, унижалась.
— Я не унижалась, — голос Веры дрогнул.
— Унижалась. Катя сказала, что ты ему звонила каждый день. Писала сообщения. Караулила возле дома. Жалкое зрелище.
Вера встала, прошлась по кухне. За окном темнело, фонари зажигались один за другим. Холодильник загудел — надо мастера вызвать, уже месяц собирается.
— Зачем ты это говоришь?
— А затем, что хочу, чтобы ты знала, — Игорь подошёл к ней. — Я знаю всю правду о тебе. И теперь ты не сможешь корчить из себя недотрогу.
— Недотрогу? — Вера обернулась. — О чём ты?
— О том, что ты постоянно себя ведёшь как королева, — он скрестил руки. — Нос задираешь, требуешь уважения. А на деле обычная брошенка.
Слово повисло в воздухе. Тяжёлое, обидное. Вера смотрела на мужа и не понимала, кто этот человек. Четыре года вместе. Четыре года она думала, что они счастливы.
— Ты правда так считаешь?
— А что, не так? — Игорь пожал плечами. — Катя всё рассказала. Как ты за ним бегала, как унижалась. Как плакала по ночам.
— И что с того? — Вера шагнула к нему. — Я была молодая, глупая. Любила. Думала, что если буду стараться, он вернётся. Ошибалась. Поняла это и ушла. В чём проблема?
— В том, что ты мне соврала, — Игорь ткнул пальцем в стол. — Говорила, что сама его бросила. А на деле он тебя.
— Какая разница?
— Большая разница! — он повысил голос. — Я думал, ты сильная. Независимая. А ты просто брошенка, которая притворяется гордой.
Вера отвернулась к окну. В горле стоял комок. Руки тряслись.
— Почему ты так говоришь? Что я тебе сделала?
— Ничего не сделала, — Игорь успокоился, вернулся к столу. — Просто теперь я знаю, кто ты на самом деле.
— И кто же?
— Обычная, — он пожал плечами. — Не лучше других. Вот и всё.
Вера обернулась, посмотрела на мужа.
— А зачем тебе это знание? Чтобы что? Чтобы унижать меня?
— Не унижать, — Игорь ухмыльнулся. — Просто знать.
Вера не спала всю ночь. Лежала рядом с мужем, смотрела в потолок. Думала о Кате. О том, зачем та рассказала. Они дружили пятнадцать лет. С института. Катя знала всё — про Андрея, про боль, про унижение.
И вот рассказала Игорю.
Утром Вера позвонила подруге.
— Привет, — ответила Катя бодрым голосом.
— Привет. Слушай, что ты Игорю рассказывала?
Пауза.
— О чём ты?
— Про Андрея. Про то, как я за ним бегала.
— А, это, — Катя засмеялась неловко. — Ну мы болтали о разном. Разговор зашёл. Я и рассказала. А что?
— Зачем?
— Ну... Не знаю. Просто говорили, и я вспомнила. Верка, ты чего? Обиделась?
— Обиделась? — Вера сжала телефон сильнее. — Катя, это было в доверие сказано. Десять лет назад. Я же тебе плакалась. А ты моему мужу рассказываешь?
— Да ладно тебе, — подруга фыркнула. — Муж же. Ему можно всё знать.
— Можно, если я сама расскажу. А не ты за моей спиной.
— Вер, не драматизируй, — голос Кати стал холоднее. — Я ничего такого не сказала. Просто про прошлое твоё.
— Моё прошлое — моё дело, — Вера встала, начала ходить по комнате. — Я сама решаю, что рассказывать мужу, а что нет.
— Ну извини, — Катя явно обиделась. — Не думала, что ты так воспримешь. Больше не буду.
— Ага. Не будешь.
Вера отключилась. Села на кровать, уронила голову на руки. Пятнадцать лет дружбы. И всё из-за чего? Из-за случайной встречи в торговом центре?
Или не случайной?
Вечером Игорь пришёл с работы довольный. Пахло алкоголем — видимо, с коллегами посидели.
— Привет, — сказал он, проходя мимо Веры на кухню.
— Игорь, нам надо поговорить.
— О чём? — он открыл холодильник, достал бутылку пива.
— О вчерашнем разговоре.
— А что там говорить? — он сел за стол, открыл бутылку. — Я всё сказал.
— Ты сказал, что я брошенка. Что унижалась. Что врала тебе.
— Ну да, — он отпил пива. — Всё так и есть.
Вера села напротив.
— Игорь, ты понимаешь, что обидел меня?
— Обидел? — он поднял брови. — Правда обижает?
— Обижает, когда её говорят с таким презрением.
— Я не презирал, — Игорь пожал плечами. — Просто констатировал факт.
— Факт, — повторила Вера. — Слушай, а зачем ты вообще с Катей разговаривал? Почему расспрашивал про меня?
— Не расспрашивал, — он отмахнулся. — Она сама рассказала.
— Сама?
— Ну да. Встретились, разговорились. Она спросила, как у нас дела. Я сказал — нормально. Она говорит — а знаешь, Верка раньше совсем другая была. И понеслось.
Вера смотрела на мужа и понимала — он врёт. Катя не могла просто так начать рассказывать. Её надо было спросить. Намекнуть. Подтолкнуть.
— Игорь, ты её расспрашивал?
— Нет.
— Врёшь.
— Не вру! — он поставил бутылку. — Она сама всё рассказала! Я просто слушал!
— И тебе не стыдно было слушать?
— Почему мне должно быть стыдно? — Игорь нахмурился. — Это про мою жену говорят. Я имею право знать.
— Ты имел право спросить меня, — Вера встала. — А не копаться в моём прошлом за спиной.
— Да не копался я! — он тоже поднялся. — Вера, хватит истерику устраивать! Катя рассказала — я узнал. Всё. Какая разница, как именно?
— Большая разница, — Вера подошла к нему. — Ты специально искал на меня компромат. Зачем?
Игорь промолчал. Отвёл взгляд.
— Зачем, Игорь? — повторила она. — Что я тебе сделала?
— Ничего, — он прошёл мимо неё к двери. — Просто хотел знать правду.
— Правду ты и так знал. Я рассказывала про Андрея. Просто не все подробности.
— Вот именно, — он обернулся. — Не все. А я хочу знать всё.
— Зачем?
— Затем, что я твой муж!
— Муж, — Вера покачала головой. — Муж, который радуется, узнав о моих унижениях. Который ухмыляется, когда говорит об этом. Какой ты муж, Игорь?
Он не ответил. Вышел из кухни. Через минуту хлопнула дверь в спальню.
Прошла неделя. Они почти не разговаривали. Игорь приходил поздно, уходил рано. Вера готовила, убирала, работала. Обычная жизнь. Только вот ничего обычного больше не было.
Однажды вечером Вера сидела на кухне, пила чай. Игорь вошёл, сел напротив.
— Слушай, может, хватит дуться?
— Я не дуюсь, — Вера не подняла головы.
— Дуешься. Неделю молчишь.
— А что говорить?
Игорь помолчал.
— Прости, ладно. Если обидел.
Вера подняла глаза.
— Если обидел? Ты правда не понимаешь, что обидел?
— Понимаю, — он провёл рукой по лицу. — Извини. Погорячился.
— Погорячился, — повторила она. — Назвал меня брошенкой. Сказал, что я унижалась. Что корчу из себя недотрогу. Это всё горячность?
— Ну я же не со зла, — Игорь наклонился к ней. — Просто... Злился на тебя.
— За что?
— За то, что соврала.
— Я не врала, — Вера отодвинула чашку. — Я просто не рассказала все подробности. Это разные вещи.
— Для меня одинаковые, — он откинулся на спинку стула. — Но ладно. Извини. Давай забудем.
— Забудем, — Вера встала. — Только вот не получится.
— Почему?
— Потому что ты показал, кто ты. Человек, который радуется, узнав о моих слабостях. Который хочет знать всё, чтобы потом использовать против меня.
— Вера, ты преувеличиваешь...
— Не преувеличиваю, — она прошла к двери, остановилась. — Игорь, я думала, что мы с тобой команда. Что мы друг друга поддерживаем. А ты... Ты как будто врага нашёл во мне.
— Какого врага?
— Не знаю. Но ведёшь себя именно так. Ищешь компромат. Радуешься, когда находишь. Унижаешь меня. Зачем?
Игорь молчал. Смотрел в стол.
— Я не хотел унижать, — сказал он наконец.
— Но унизил.
— Извини.
Вера вышла из кухни. Легла на диван в гостиной. Не хотела спать с ним в одной комнате. Не могла.
Лежала в темноте и думала — что дальше? Простить? Забыть? Сделать вид, что ничего не было?
Не получится. Что-то сломалось. Между ними образовалась трещина. Небольшая, но заметная.
И Вера не знала, можно ли её залатать.
Прошёл месяц. Они жили как соседи. Здоровались, обедали вместе, спали в разных комнатах. Игорь извинялся ещё несколько раз. Обещал, что больше не будет.
Но Вера не могла забыть его ухмылку. Его слова. Его торжествующий взгляд.
С Катей она больше не общалась. Заблокировала номер, удалила из друзей. Пятнадцать лет дружбы закончились в одночасье.
Однажды вечером Игорь пришёл домой рано. Сел рядом с Верой на диване.
— Мы так не можем дальше, — сказал он.
— Знаю.
— Что будем делать?
Вера посмотрела на него. На его усталое лицо, на руки, которые он сжимал в кулаки.
— Не знаю, Игорь. Честно не знаю.
— Может, к психологу?
— К психологу? — она усмехнулась. — Чтобы он сказал, что ты не должен был унижать меня? Или что я не должна была скрывать подробности прошлого?
— Чтобы помог разобраться, — Игорь взял её за руку. — Вера, я люблю тебя. Не хочу терять.
— А я не хочу жить с человеком, который радуется моим слабостям, — она высвободила руку. — Который ищет на меня компромат. Который видит во мне не жену, а соперника.
— Я не вижу в тебе соперника!
— Видишь, — Вера встала. — Иначе бы не радовался так, узнав про Андрея. Иначе бы не говорил, что я не лучше других.
Игорь молчал.
— Может, тебе хотелось сбить с меня спесь? — продолжала Вера. — Показать, что я не такая уж независимая? Что тоже умею унижаться?
— Нет...
— Тогда зачем? — она повернулась к нему. — Объясни мне. Зачем ты это сделал?
Игорь опустил голову.
— Не знаю. Правда не знаю. Просто... Когда Катя рассказывала, я почувствовал... Облегчение, что ли. Что ты не идеальная. Что у тебя тоже есть слабости.
— И это облегчение ты выразил, назвав меня брошенкой.
— Я дурак, — он поднял голову. — Полный дурак. Прости меня.
Вера смотрела на мужа и понимала — прощать не хочет. Не может. Что-то внутри надломилось. Не сломалось совсем, но надломилось.
— Игорь, мне нужно время, — сказала она. — Подумать. Решить, что делать дальше.
— Сколько времени?
— Не знаю.
Он кивнул. Встал, пошёл на кухню.
Вера осталась стоять в гостиной. Смотрела в окно на вечерний город, на огни, на машины внизу.
Думала о том, что доверие — хрупкая штука. Ломается легко, а чинится долго. Иногда не чинится вообще.
И она не знала, получится ли у них починить.
Или это уже конец.
❤️❤️❤️
Благодарю, что дочитали❤️
Если история тронула — не проходите мимо, поддержите канал лайком, подпиской и комментариями❤️
Рекомендую прочесть: