В последние годы в новостях имя Алексея Баталова всё чаще всплывает не из-за его блистательных ролей, а из-за непростых историй внутри семьи. И особенно много разговоров ходило вокруг его старшей дочери — Надежды. То писали, что она якобы не ладит с младшей сестрой Машей и её мамой Гитаной Леонтенко, то намекали на какие-то тайные обиды и вопросы по наследству…
Но что между дочерьми актёра было на самом деле? И какую позицию сама Надежда заняла в истории с Дрожжиной и Цивиным?
Надежда появилась на свет в 1955 году, когда Баталов ещё был в первом браке — с Ириной Ротовой. Чувства к ней у актёра зародились ещё в юности, но спустя семь лет после рождения дочери муж и жена всё-таки разошлись, а Алексей Алексеевич женился на артистке цирка Гитане Леонтенко.
Ходили разговоры, что даже если бы Гитана не появилась в его жизни, брак бы всё равно не удержался — слишком много противоречий накопилось. Однако, несмотря на развод, о роли отца Баталов не забывал.
Надежда вспоминает его очень тёпло: да, он постоянно работал, был невероятно востребован и знаменит, но это не мешало ему любить дочь. Обид у неё на него не накопилось — она прекрасно понимала, сколько ответственности на нём лежит.
«У нас дома был отчим, так что мужского воспитания мне хватало. А папа хоть и бывал редко, но никогда не пропадал. Это главное», — говорила она.
Забот у актёра стало ещё больше после рождения особенной дочери Маши в 1968 году. Её здоровье требовало повышенного внимания, поэтому Баталов работал без передышки, но к счастью, режиссёры ценили его талант, и ролей у него хватало.
Позже пресса напишет, будто Алексей Алексеевич жил только Машей и Гитаной, а Надю держал на расстоянии. Но сама Надежда помнит другое. На её шестнадцатилетие отец приехал с двумя бриллиантовыми кольцами: одно подарил дочери, а второе — её маме, поблагодарив за то, что она вырастила замечательного ребёнка.
После ухода из жизни актёра СМИ вновь раздули скандал: мол, вся наследственная масса ушла Маше, а Надежду «отодвинули». Но она не стала устраивать раздоров: спокойно сказала, что ни на что не претендует, ведь ещё при жизни отца все вопросы были решены.
А затем грянул новый виток — история с Михаилом Цивиным и Натальей Дрожжиной. Надежда открыто призналась, что с самого начала относилась к этой паре настороженно.
«Мне они никогда не нравились. Цивин пытался со мной подружиться, но его репутация шоумена была мне известна. Едва отца не стало, он стал интересоваться, знаю ли я, что мне ничего не полагается. Это выглядело странно», — рассказывала Надежда.
Она предупреждала Гитану быть аккуратнее, но та, увы, доверилась. Когда же поняла, что подписала не те бумаги, долгие месяцы боялась признаться падчерице.
На слова тех, кто считает, будто она недостаточно близка с Марией, Надежда отвечает спокойно. Сестру с детства ограждали от лишних контактов. Но при этом у них всегда были тёплые отношения.
Семидесятилетняя Надежда Алексеевна называет Машу «золотой». Отмечает, что сестра очень трудолюбивая и талантливая — пишет книги, работает над сценариями. Сама Надежда тоже успешна: она переводчик, мама 47-летней дочери и бабушка. Ей всего хватает, и никакие материальные претензии ей не нужны — память об отце для неё ценнее любой недвижимости.
Она выросла достойным, порядочным человеком — поэтому и не ввязывается в склоки, которые столько лет окружают имя её семьи.