Марина Ивановна, учитель русского языка и литературы с двадцатилетним стажем, всегда считала, что запятые — это как звёзды на небе: каждая на своём месте, и без них мир погрузился бы в хаос. Она знала наизусть все правила пунктуации, могла с закрытыми глазами процитировать «Евгения Онегина» и видела поэзию даже в расписании автобусов.
Но однажды, в хмурый октябрьский понедельник, всё изменилось. На родительском собрании мама одной ученицы — бухгалтер по профессии — всплеснула руками:
— Марина Ивановна, вы такая умная! Вам бы в бухгалтерию — там тоже порядок нужен, как в ваших сочинениях!
«А ведь правда!» — подумала Марина Ивановна по дороге домой. — «Я же каждый день считаю ошибки в диктантах. Это почти как дебет с кредитом!»
Она записалась на курсы бухгалтеров. Первые две недели были полны энтузиазма: «Проводка — это как грамматическая основа предложения!»; «Счёт 50 — это подлежащее, счёт 60 — сказуемое!»; «Активы — это существительные, пассивы — прилагательные!»
Но уже на третьей неделе случился первый кризис. Глядя на оборотно‑сальдовую ведомость, Марина Ивановна прошептала: «Это не таблица. Это какой‑то бессвязный текст без знаков препинания…»
Устроившись помощником бухгалтера в небольшую фирму, Марина Ивановна быстро поняла, что реальность далека от её поэтических представлений. Цифры никак не желали рифмоваться. «Как можно работать с числами, если они не складываются в красивые строки?» — недоумевала она. Отчёты не имели ни завязки, ни кульминации — только бесконечные столбцы цифр и таблиц. А когда она попыталась оживить рабочую атмосферу, заявив, что «эта проводка — как Онегин в третьей главе: всё красиво, но бессмысленно», коллеги посмотрели на неё с недоумением.
Апогеем стал день, когда она решила привнести в первичную документацию немного красоты и грамотности. Вместо стандартного оформления она расставила запятые и расшифровала сокращения:
«Получено 100 000 (сто тысяч) руб., в т. ч. НДС 20 % (двадцать процентов), оплата произведена 01.10.2025 г. (первого октября две тысячи двадцать пятого года)».
Главный бухгалтер, увидев это, схватился за голову:
— Вы что, издеваетесь?! Где стандартные формы?!
— Но так же понятнее! — защищалась Марина Ивановна. — И красивее…
В один прекрасный день, заполняя очередной акт сверки, она вместо цифр написала:
«В далёкой‑далёкой галактике, где цифры жили в гармонии с буквами, юный бухгалтер Марина обнаружила, что дебет — это не просто столбец, а целая поэма о балансе мироздания…»
И тут её осенило: «Я не бухгалтер. Я — писатель!»
Марина Ивановна уволилась. Сначала было страшно: кто она теперь? Как жить без стабильного оклада? Что скажут родители её учеников? Но уже через неделю она написала первый рассказ — про бухгалтера‑инопланетянина, который пытался вести учёт на планете, где числа менялись каждый час. Рассказ опубликовали в маленьком литературном журнале, а читатели писали: «Так смешно и понятно про бухгалтерию ещё никто не писал!»
Сейчас Марина Ивановна ведёт блог «Филология против бухгалтерии: битва титанов», пишет юмористические рассказы о «переквалификации души» и иногда подрабатывает репетитором по русскому — но теперь добавляет в занятия «элементы бухгалтерского юмора». Она мечтает издать сборник «Как я пыталась подружить дебет с Пушкиным».
Её девиз:
«Если жизнь даёт тебе цифры — преврати их в стихи.
Если стихи не получаются — напиши рассказ.
А если рассказ не идёт — ну, значит, завтра будет лучше!»
А главный бухгалтер той фирмы до сих пор иногда звонит ей:
— Марина Ивановна, ну объясните вы мне наконец, почему эта проводка не закрывается?!
— Потому что у неё нет души, — отвечает Марина Ивановна. — Как и у вашего отчёта. Хотите, напишу ему эпилог?