Недуг зачастую ведёт к завершению спортивной карьеры.
История болезни Антона Шипулина много лет оставалась на втором плане, хотя именно она определила его последний полноценный сезон в сборной. На фоне разговоров о форме, о допуске на Олимпиаду и о возможном завершении карьеры вопрос о здоровье казался второстепенным. Лишь спустя время стало ясно, насколько глубоко болезнь повлияла на его подготовку и результаты. Тогда, в сезоне-2017/2018, речь шла о мононуклеозе — вирусе, способном полностью выбить спортсмена из ритма даже при внешне нормальном состоянии.
Как начались проблемы
Первые тревожные симптомы появились ещё летом. После чемпионата России Шипулин чувствовал усталость, которую не удавалось объяснить накопившейся нагрузкой. Он несколько дней лежал дома, затем вернулся на тренировку и вновь оказался в том же состоянии. Повторяющиеся эпизоды слабости вызывали вопросы, но в команде их сначала списывали на перегрузку. Настоящая причина обозначилась позже.
По словам самого спортсмена, переломный момент наступил, когда стало очевидно, что стандартное лечение не помогает. Антибиотики не давали результата, восстановление занимало слишком много времени. Тогда команда приняла решение провести расширенные анализы. Полученные поздно вечером результаты заставили пересматривать весь тренировочный план: показатели вирусов были выше нормы в десятки раз. Консультации с врачами подтвердили — это мононуклеоз.
Что говорил тренерский штаб
Тренер Андрей Крючков, работавший с Шипулиным в тот период, вспоминал, что диагноз удалось поставить только после нескольких эпизодов болезни подряд. Первые симптомы на юге приняли за обычную простуду. После летнего чемпионата всё повторилось, затем случилось третье обострение на вкатке. Лишь тогда врачи настаивали на полном обследовании.
В тот момент тренеры не говорили о заболевании публично. Спортсмен прерывал тренировки в острой фазе, но полностью от работы команда не отказалась — медики не накладывали строгих ограничений. Важно было соблюдать режим, избегать интенсивных нагрузок и внимательно следить за восстановлением. Однако болезнь возвращалась, что и сделало подготовку нестабильной.
Почему болезнь была настолько критична
Мононуклеоз опасен тем, что у спортсменов он принимает затяжной характер. Даже после исчезновения острых симптомов организм остаётся ослабленным. У биатлониста это сразу отражается на скорости, стрельбе и, главное, на способности выдерживать соревновательный темп.
Сезон-2017/2018 стал для Шипулина чередой резких перепадов. В одной гонке он демонстрировал ход на уровне топ-10, в другой не проходил даже в тридцатку. На дистанции не хватало стабильности, а после стартов требовалось больше времени на восстановление. В итоге итоговая картина сезона выглядела разрозненной: отдельные результаты были конкурентоспособными, но системной формы не было.
Почему о болезни стало известно не сразу
Главный вопрос, который обсуждали позже, касался отсутствия публичной информации о диагнозе. На Западе спортсмены — от Мартена Фуркада до Дарьи Домрачевой — регулярно сообщали о подобных заболеваниях и объясняли свои колебания формы. В российской команде этот вопрос тогда не поднимался.
Шипулин же не считал нужным афишировать диагноз и продолжал работать по прежнему плану. При этом он сталкивался с рецидивами несколько раз за сезон. Позднее стало очевидно, что скрытность сыграла против него: на фоне спадов формы появлялись версии о недопуске на Олимпиаду, о допинговых расследованиях, о психологическом давлении. Реальные причины обозначились только после окончания сезона.
Что говорит история болезни других спортсменов
Опыт биатлонистов прошлых лет показывает, что мононуклеоз способен менять карьеру. Лив-Грете Пуаре не смогла вернуться на прежний уровень. Сюннёве Сулемдаль и Александр Ус пропускали сезоны. У Фуркада болезнь проходила легче, но даже он говорил о последствиях. К сожалению, для спортсмена высокого уровня это не разовое заболевание, а фактор, который может преследовать годами.
Как это повлияло на дальнейшие решения
По итогам сезона Шипулин сам признавал, что последние годы работал на пределе возможностей, рассчитывая пройти олимпийский цикл без пауз. В ритм регулярных стартов болезнь уже не вписывалась. Рекомендации врачей сводились к необходимости полноценного отдыха и снижению нагрузок, однако ситуация вокруг допуска к Олимпиаде и давление на российский биатлон делали паузу малореалистичной.
В итоге эта история с мононуклеозом оказалась одним из ключевых факторов, повлиявших на решение завершить спортивную карьеру. Болезнь хоть и не была единственной причиной, но её роль в том, как развивались последние месяцы в сборной, трудно недооценивать.