Тоска по матери заполнила все пространство. Надо развеяться. «Господи, зачем я так напилась?», - стучало молотком в голове женщины. «Где они меня закрыли? Зачем»… Это что, холодильник? Как я тут оказалась? Господи! Неужели это конец?
Светлана Рогова 28-и лет проживала в Витебске обособленно. После кончины матери она почти не поддерживала связь с родней, и алкоголь служил ей утешением. В тот злополучный вечер она пригласила в гости Наталью, подругу юности, с которой давно не виделась, но хранила теплые воспоминания. Встреча началась непринужденно: беседы, тосты, смех. Когда спиртное иссякло, девушки стали обзванивать знакомых – и одним из первых на зов откликнулся двоюродный брат Натальи, Руслан Сысоев.
Этот молодой человек, по свидетельствам знавших его, не отличался особой жестокостью, но и моральными принципами не руководствовался. Он явился в компании друзей: Владислава Монакова и Павла Синкевича.
Компания росла, алкоголь лился рекой. У заправки к ним присоединилась Марта Казарина, 24-летняя гражданка Латвии, недавно поссорившаяся с парнем и жаждущая развлечений. Тогда никто не мог вообразить, что этот случайный сброд станет орудием убийства.
Сначала – шумное веселье, танцы, смех. Затем – перейдена черта. Под влиянием спиртного и разгорающейся групповой неприязни мужчины начали всячески измываться над хозяйкой дома.
Светлану заточали в холодильник – не в морозильную камеру, а в обычное отделение, где она проводила долгие часы в темноте и стесненном пространстве, едва дыша. Позже в ход пошли шкаф, диван, который разбирали и складывали таким образом, чтобы она оказалась внутри.
Это перестало быть шуткой. Это был метод дегуманизации – превращения человека в вещь. Способ лишить человека человеческого достоинства, низвести до уровня вещи.
Особенный ужас ситуации придавал тот факт, что происходящее не ограничивалось стенами квартиры. Подруга юности Светланы, Наталья, не просто не предприняла попыток остановить это – она стала снимать происходящее на камеру.
И более того, видеозаписи с актами насилия и издевательствами впоследствии были выложены в сеть. Это не было похоже на обычную порнографию – это было извращение. Самое страшное, что в определенный момент Светлана прекратила сопротивляться. Алкогольное опьянение, шоковое состояние, психологическое подавление – все это сломило ее волю.
Она даже позвонила знакомому, чтобы рассказать о происходящем, но не вызвала полицию, когда тот настоятельно посоветовал это сделать. Почему? Возможно, из-за страха. Возможно, из-за чувства стыда. Возможно, она потеряла веру в то, что кто-то придет на помощь или что ее вообще услышат.
Этот не сделанный звонок сыграл впоследствии решающую роль в судебных разбирательствах: следствие и суд пришли к выводу, что «потерпевшая не оказывала активного сопротивления», а значит, действия обвиняемых не могли быть квалифицированы как особо жестокое обращение с сопротивляющейся жертвой.
Это вызвало общественный резонанс, ведь согласие, данное под давлением, в состоянии алкогольного опьянения и психологического потрясения, не является настоящим согласием.
На третий день бесчинства перешли на качественно новый уровень. Руслан Сысоев и Марта Казарина, несмотря на разницу в возрасте и социальном положении, нашли общий язык и общую цель - квартиру Светланы. В этот момент Рогова, истощенная и морально и физически, решила выпить. Этим окончательно подписала себе приговор.
Два человека, решили убить женщину, потому что она мешала им жить так, как хочется, ни в чем себе не отказывая.
Они выдумали легенду о пикнике за городом с костром и уборкой за собой. Добыли необходимые инструменты: лопаты и защитные перчатки. Привезли Светлану, находившуюся в состоянии сильного алкогольного опьянения и частичной дезориентации, в лесной массив. Она безучастно наблюдала за рытьем ямы, полагая, что это подготовка места для мусора. Когда углубление было готово, Сысоев нанес ей удар лопатой по голове. Казарина удерживала её конечности. Совместными усилиями они столкнули жертву в вырытую яму. После этого – привалили грудь камнем. И в заключение – засыпали землей. Живую!
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, состояние Светланы, отягощенное алкогольной интоксикацией и полученной травмой, исключало возможность самостоятельного спасения даже без камня и удара. Обнаружение тела произошло спустя несколько дней, после того как молодой человек Казариной, осознав «подтекст», поделился информацией с двоюродной сестрой пропавшей, которая немедленно обратилась в правоохранительные органы.
На судебном процессе в Витебске в 2019 году фигурантам были предъявлены обвинения по шести статьям. Сысоев был приговорен к 22 годам лишения свободы, что является максимальной мерой наказания, предусмотренной белорусским законодательством за совокупность преступлений, включая убийство, кражу, хулиганство и распространение материалов порнографического характера. Казарина получила 17 лет. Обвиняемые не выразили сожаления о содеянном. Напротив, их поведение отличалось вызывающим характером, они обменивались шутками в зале суда и заявляли о незначительности произошедшего и виновности самой жертвы.
Наталья Янчилина, близкая подруга Светланы с детства, получила условный срок в 2,5 года за съемку и распространение видеоматериалов.
Павел Синкевич, признанный соучастником хулиганских действий, отделался штрафом в размере 3 тысяч рублей.
Владислав Монаков избежал наказания в связи с отсутствием доказательств его причастности к физическому насилию, несмотря на его постоянное присутствие и употребление алкоголя во время издевательств над Светланой.
Речь идёт о справедливости? В Беларуси и за её пределами многие увидели в этих приговорах не триумф правосудия, а бессилие перед лицом системной проблемы: когда жестокость становится развлечением, свидетели становятся операторами, а убийство – «рациональным способом решения проблемы».
История Светланы Роговой – не исключение. Подобные преступления происходят в разных странах, чаще всего – в сплоченных компаниях, где алкоголь и давление группы размывают границы дозволенного.
Сегодня, спустя годы, в Беларуси эта трагедия периодически поднимается в разговорах о насилии в отношении женщин, праве на безопасность, культуре виктимизации и безнаказанности. Но главное – она напоминает о том, что зверство не всегда приходит с оружием в руках. Иногда оно приходит с бутылкой алкоголя.